зульрика народу.
На краю лагеря стоял не кто иной как злыдень собственной персоной с огромной тушей, подозрительно смахивающий на кролика переростка. Саблезубого кролика переростка! Да-да, тут и такие водятся!
— Одуван, ме потение — с поклоном поприветствовал профессора зульрик. — Удин! Кутять!
Несколько шокированный Даймас предпочел промолчать. Отошел немного в сторону и принялся разделывать тушку саблезубого зайки. Ловко орудуя внушительного вида ножом, мужчина за несколько минут справился с задачей и нанизав куски мяса на импровизированный вертел из ветки подвесил его над огнем.
Пока готовилось мясо заглянули в протараненную зульриком корзинку. В ней мы обнаружили с десяток привычных пирожков, размером с лапоть, несколько яблок и бурдюк с медовухой. Разделив угощение на шестерых, всучили одни пирожок Одувану, принялись наконец ужинать.
— Ну как зульрик затесался в ваши ряды? — нарушил затянувшееся молчание профессор, когда мы наконец добрались до зажаренного на костре мяса.
— Это Вилкин зульрик. — решила ответить Марго. — Она его вроде как спасла.
— Ага. Его, кстати, Одуван зовут. — присоединилась Шуня.
— Одуван? Оригинально. И как же она его спасла? — не хотел отставать с расспросами мужчина.
А девчонки словно этого и ждали! Перебивая друг друга, начали рассказывать о чудесном вызволении крошки зульрика из лап кровожадных спект. Нужно отдать должное, профессор слушал внимательно и не перебивал. Только иногда подначивал, задавая наводящие вопросы. Каэди с Харой тоже молча пожевывали. Они так же эту историю слышали впервые. Я же в повествование не встревала, наблюдала за бегающим по лужайки Одуваном и радовалась, что девчонки обходили стороной остальные наши приключения.
— Вам, Вилалика, очень повезло обзавестись таким другом. — подытожил маг, когда рассказ подруг подошел к концу. — Зульрики очень одаренные и главное преданные существа. Берегите его.
Сказано это было на удивление добрым тоном. Я даже растерялась. Вот не думала, что вечно мрачный злыдень способен выдавить доброе слово.
— Ну что ж, раз с ужином покончено, давайте укладывайтесь спать. Завтра рано вставать. — выдал очередное распоряжение профессор Даймас и занял свой лежак.
Спорить мы не стали. Долгая дорога и плотный ужин делали свое дело — глаза закрывались сами собой. Так что через пару минут мы последовали его примеру, улеглись, пожелали друг другу доброй ночи и дружно отправились в царство Морфея. Один только Одуван спать отказался.
— Зульрик будь оханять свая дузя! — вооружившись засохшим прутиком малыш принялся неспешно наворачивать круги по кромке лужайки. Оно и понятно, выдрыхся за день, пока в сумке прятался.
Глава 31
Утро у меня наступило неожиданно рано, да и само пробуждение нельзя назвать приятным. А все, потому что желтопузый Одуван скакал прямо по мне, усиленно дергал за волосы и нещадно щипался.
— Что такое? — шепотом поинтересовалась у зульрика. — Ты чего меня разбудил? Остальные вон, еще десятый сон видят.
— Дем, дем. Помачать. Нуна помачать. Погибь. — как можно тише отозвался побудчик.
Хотелось, конечно, расспросить что стряслось, да только зульрик меня такой возможности лишил. Как только я приняла сидячее положение он ломанулся в лесную чащу. Только пушистый зад забавно вилял из стороны в сторону.
Делать нечего, пришлось последовать за ним. Зульрику я доверяла и была уверена, что без надобности он бы меня не поднял. Было конечно немного страшно одной в лес идти, с него то помощник никакой, но что ж теперь.
Как можно тише, прямо-таки на цыпочках, пробралась мимо спящих подруг и профессора. Как только лагерь скрылся за пышным кустарником оглянулась убедится, что смогла проскочить не замеченной. К счастью, все по-прежнему лежали на своих местах и не подавали признаков активности.
Чуть впереди меня ждал Одуван и смешно размаивая лапками звал за собой. Поскольку лагерь оказался за спиной красться дальше смысла не видела, так что зашагала уже не таясь.
Идти пришлось минут двадцать. Хорошо хоть путеводный зульрик несся вперед и показывал дорогу. Наконец мы с ним вышли на очередную полянку. Она была еще меньше, чем та, на которой мы накануне обосновались. Да вот только внешне совсем не радовала.
Вся земля была изрыта неведомым зверем. Кое-где торчали пожелтевшие безжизненные травины. Напротив меня непреступной стеной высились жуткие кусты. Прилично выше меня, с длиннющими, как острые спицы, шипами и отвратительными на вид скукоженными крохотными листочками.
Именно перед этим жутким «забором» и остановился Одуван. И все время тыкал в них крохотным пальчиком, словно указывая на загадочное нечто.
Солнце еще не взошло и разглядеть хоть что-то было не реально. Только шерстка зульрика мерцала в темноте. Что же его там так всполошило?
Хоть совсем не хотелось, а пришлось подойти к грозным зарослям. По-прежнему ничего не было видно. Неожиданно где-то в глубине кустарника послышалось шебаршение и тихое, жалобное чириканье. Какая-то птичка попала в колючую ловушку и не могла выбраться.
Кое-как раздвинув ближайшие ветки, попыталась рассмотреть несчастного пленника. Но не тут-то было. Треклятая темнота! Что же делать? Что?
Очередной жалобный писк раздался в тишине. Создав небольшую огненную сферу, поднесла ее как можно ближе к зарослям, в попытке разглядеть наконец несчастное создание. От импровизированного фонарика толку было не особо много, но все же удалось рассмотреть в центре куста застрявшую птичку. Бедная зацепилась крыльями за колючки, трепыхалась и дергала когтистыми лапками.
«Спалить куст к чертям» пронеслась первая мысль, но тут же была отброшена как неудачная. Вдруг ненароком и птичку поджарю. Нужно было действовать по-другому.
Поскольку лезть через колючие ветки с огнем в руках было явно не лучшей идеей, пришлось импровизировать. Затушив магический «фонарик», принялась собирать засохшие ветки и травинки в небольшие кучки. Зульрик поспешил на помощь и тоже волок все что только мог.
За пол часа нам удалось выстроить вдоль кустарника аж четыре холмика из всякой всячины. Прутики, засохшие листья, жухлая трава — все пошло в дело. Как только с этой грязной работой было покончено пришла пора поколдовать. Призвав очередные магические шарики, подожгла поочередно каждую из них. Кучки вспыхнули мгновенно. Теперь света было в разы больше, чем от одного моего огненного шарика.
Собрав в кулак всю свою решимость с легким вздохом, полезла в самую гущу колючего чудовища. Кривые ветки цеплялись за одежду. Длиннющие шипы норовили исцарапать в кровь. Как только умудрилась не напороться на одну из этих «спиц» одному Богу известно.
Пробираться приходилось медленно и максимально осторожно. Не хотелось без глаза, к примеру, остаться. Спустя почти час наконец удалось достигнуть цели.
Как только мои руки коснулись перышек, птичка перестала дёргаться и пищать. Словно поняла, что ей не грозит опасность, что ее сейчас вызволят из заточения.
