- Поттер применил непростительные заклятья по отношению к мистеру Бродли, вашему ученику, и ко мне, вашему преподавателю, а его вы даже не оштрафовали! - фыркнула Кооппли.
- Я что-то не слышал в исполнении Поттера ни заклятья смерти, ни Круциатуса, ни империуса, - мягко возразил директор. - Секо и Экспеллиармус - самые обычные заклятья боевой магии, мракоборцы применяют их на каждом шагу. Кроме того, в вашем случае Поттер защищал своего друга - не останови вас Гарри, вы бы убили единственного в мире чёрного пегаса…
- Это необходимо для…
- … а это наказуемо. Вас ожидало никак не меньше десяти лет Азкабана, и это ещё не говоря о том, что пегас вам не принадлежит, это собственность мистера Поттера и обратного вам не доказать. Поэтому здесь нет оснований для штрафа. С мистером Бродли дело совсем другое, Гарри…
- Мистер Бродли, извините меня, пожалуйста, - обратился к бухгалтеру сконфуженный юноша, тот хмуро поднял на него глаза. - Теперь я понимаю, что вы действовали их самых лучших намерений, но тогда я бы вне себя от беспокойства за друга и даже не осознавал, что творю. Мне теперь очень стыдно за себя…
- Забудь, - буркнул Бродли. - Ты блестяще с ним справился, поздравляю.
- Секо будет стоить двадцати штрафных баллов, а самому Поттеру - недели отработок у мистера Филча. Все свободны!
Глава 26. Перед бурей
На следующий день между заклинаниями и трансфигурацией Гарри рассказал друзьям (в том числе и Фреду с Джорджем, у которых было «окно») о происшествии в загоне. У всей компании волосы встали дыбом от ужаса.
- Невероятно! - простонал Ворон.
- Она хотела убить Чёрного Ангела? - не поверил Рикки. - Но убийство пегасов любой масти сурово преследуется, а чёрного - в особенности. Папа рассказывал, что такое случилось лишь однажды и убийца получил пожизненное! Но ты молодец! Чёрный Ангел и впрямь тебя очень любит, раз позволил себя успокоить после такого и подошёл к тебе, браво!
- Ничего геройского в этом нет! - налетела на Мародёров Гермиона, с волосами, развевающимися, как у фурии. - Это по тебе, Поттер, Азкабан плачет! Как ты смел ограбить Айрин?! - друзья даже не сразу сообразили, что речь идёт про Кооппли, которой почему-то сильно не нравилось её имя - Ирэн. - Как ты мог… Эту святую женщину… Да ты просто подонок! Тварь, без души и совести! И смеешь ещё называться гриффиндорцем! Правильно Рон тогда говорил, вам самое место в Слизерине, да среди Пожирателей! Дождётесь вы у меня - вы все! И ты… как ты мог опять позволить им водить тебя за нос?! Значит, так, или ты возвращаешь Айрин то, что ты у неё украл, преподносишь ей на золотом подносе ВСЮ кровь и ВСЕ внутренности этой дурацкой клячи, или я вам всем такую жизнь устрою, что вы Сами-знаете-кого об аваде с круцио умолять станете, вот! - с этими словами она гордо удалилась.
«Цепь Империо даёт о себе знать», - пробурчал Снейп, больше для самого себя, чем для Гарри.
«Неужели эту Цепь никак нельзя?..»
«Нет, если она закреплена. На Уизли она с самого начала еле держалась, поэтому он и освободился, но остальных сковали надёжно… И это не Кооппли, кто-то другой. Но имя Ирэн или Айрин Кооппли мне знакомо, не вспомню сейчас, откуда, но я точно его где-то встречал».
«А в какое зелье?..»
«Не знаю. И ритуалов таких я не знаю, - предварил Снейп следующий вопрос. - Скорее всего, это её собственное изобретение».
- Но какая дрянь эта Кооппли! - бушевал Рон. - Наверняка это она воду мутит! Да я начинаю уже жалеть, что Снейпа убили, по сравнению с ней - он просто ангел! Как бы нам её проучить? Я бы с огромным удовольствием искусал бы её, но…
- Нельзя, МакГонагалл известны наши анимагические формы и она нас по головке не погладит, - заметил Акела. - А в принципе - я за то, чтобы устроить нашей алхимичке сладкую жизнь. Посмотрим, кто кого.
«Они что, с ума сошли?!»
«Я тоже!»
- Я тоже за, - ответил Гарри, отрываясь от своего внутреннего диалога. - Но надо всё как следует продумать, чтобы сработало.
- Можно брать её коопплитом, как Амбридж, - предложил Рон.
- Не думаю, что это хорошая идея. Нас только семеро, других едва ли можно подговорить, учитывая Цепи. Я тоже думал, что неплохо было бы регулярно подкармливать саму Кооппли вашими знаменитыми завтраками, но это не подходит. Она не дура и примет меры.
- Тогда нужно придумать что-нибудь другое.
- Если бы можно было пробраться к ней в кабинет… Ладно, придётся воспользоваться книгой наших предшественников.
«Надеюсь, вы там ничего не найдёте и возьмётесь за ум!»
«Ну уж нет! Мой отец был Мародёром, крёстный был Мародёром, так что же мне, отставать?! Не дождётесь!» - Гарри уже начал закипать. Конечно, Снейп спас его на проверочной, а волосы юноши приходили в ещё больший беспорядок, чем обычно, при одной только мысли о той участи, что постигла зельевара, но - всё время слышать голос Снейпа и не иметь возможности скрыть от него что бы то ни было - это уже слишком! Гарри начал задумываться, не отстегнуть ли ему брошь и не спрятать ли её в своём тайнике.
Да, завтра надо будет бежать за росянкой. Даже нет - Гарри решил заночевать в той теплице, наплевав на все правила - хорро того стоило. Юноша опасался, что эта история с Кооппли и Цепями Империо будет стоить ему немалых нервов и всех его запасов. Но сейчас он опять с превеликой благодарностью вспоминал старушку Терезу за её подарок. Что там будет после мимбулус мимблетонии? Кажется, неделя кипячения, слёзы сирены (опять спасибо Терезе, прислала трёхлитровую бутыль, а на котёл нужно всего несколько капель, хватит надолго!) - пока не станет малиновым, снять с огня, разлить по бутылям, две недели настаивать - и опять на огонь!
Вечером Гарри заскочил в больничное крыло, навестить дядей-профессоров, но мадам Помпфри его не пустила, сказала только, что они пострадали довольно сильно, но опасности для жизни это не представляет, навестить можно будет дня через три. Гарри передал родственникам через целительницу по бутыли хорро из своего запаса и отправился в «ночное», прихватив с собой «Мародёрам от Мародёров». Ночь прошла плодотворно: юноша вернулся в замок, пока все спали, с огромной охапкой «чудоцветов» и несколькими идеями.
На следующем уроке Кооппли вдруг остановила Поттера, когда тот, сдав ей флакон с идеально приготовленной (благодаря ценным указаниям Снейпа) сывороткой правды, уже собирался уходить. Юноша догадался, что ей нужно и, незаметно отстегнув брошь, сунул её в сумку Алана.
- Задержитесь, Поттер, - повторила американка. Мародёры застыли. - Один задержитесь, вы что, шагу не можете ступить без своих прихлебателей?
- Алан, возьми…
- Нет, нет, останьтесь здесь с вещами!.. Где это, Поттер?! Я знаю, это у вас, а, возможно, и не одно! И это вам не принадлежит! - Кооппли устроила Гарри форменный обыск и её очаровательное личико от злобы и ненависти исказилось до неузнаваемости. - Акцио сиринги!
Гарри очень удивился, что не могло укрыться от американки, она отменила заклинание и выгнала юношу из своего кабинета. Но слово «сиринги» он хорошо запомнил и решил выяснить, что это такое, раз Кооппли из-за этого так заводится, а феникса он забрал у Алана, получив основательный выговор от Снейпа, которому совершенно не понравилась ссылка в чужую сумку.
Это был последний день занятий перед каникулами, утром большинство учеников разъезжались. Уехали и близнецы Уизли - им было необходимо проведать свой магазин и заодно запастись кое-какими материалами для будущего мародёрства - Гарри посвятил их в свою затею и Умники долго хохотали над этим.
Глава 27. Рождество в Хогвартсе
Большинство учеников разъехалось по домам на каникулы, но многие и остались. Остался Гарри и с ним четверо Мародёров, остались тётя Петуния и Дадли - они не захотели оставлять Регулуса и Себастьяна, которые, хоть и довольно быстро шли на поправку, но оставались в больничном крыле.
Профессор МакГонагалл продолжала работать с группой анимагов и на каникулах, благо, ей остались только Ангел со своими куриными крыльями, новичок Рон и трезанимаг. Гарри отрастил уже острые коготки, коротенький хвостик и белоснежные усики, которым ещё предстояло почернеть. Но вот со змеиной формой возникли проблемы: Гарри и его подружка Серпентина (значительно выросшая за это время) вдруг стали засыпать. То есть, Серпентина откровенно дрыхла, а Гарри с каждым днём становилось всё сложнее проснуться. Решила эту его проблему Тереза.
Старушка нисколько не обиделась ни на сыновей, слёгших после встречи с разъярённым пегасом, ни на внуков, не желающих оставлять отцов и дядей одних в такую минуту, но, догадываясь об отношении Гарри к её подарку, прислала ему ещё один погребец хорро - десять бутылок! Поттер этому очень обрадовался и теперь каждое утро, едва продрав глаза, хватался за бутылку, а если сон ни в какую не желал выпускать его из своих объятий, приходилось Рону вливать зелье ему в рот.
- Слушай, а если ты и после каникул будешь продолжать так храпеть?
