- Скорее - правило… Однако я вам и так сказал слишком много…
- Не знаю, - протянула я, - не знаю, как вы, а я со страхом думаю о том, что произойдет, если Релар, этот больной человек, примет на себя титул маркиза. Представляете себе подобные последствия: такая власть и влияние - в руках безумца…
- Вот именно насчет этого я и хотел бы поговорить с вами - заторопился Лил-Ан. - Я не знаю, отчего вы скрываете свое умение лечить, но вам следует помочь юному Релару. Я специально не стал вмешиваться в ваш с ним разговор, чтоб вы поняли…
- Простите - покачала я головой. - Простите, но я действительно не умею лечить такие заболевания. С такими вопросами - не ко мне.
Я сказала правду. Мне не дано лечить не только подобные болезни, но и любые другие, связанные с психическими расстройствами. Я этого просто-напросто не умею. Тот же Канн-Хисс Д'Рейурр (чтоб ему вечно не покинуть Темных Небес!), хотя и заложил в меня умение лечить, но, опять-таки умение лечить далеко не все заболевания. И уж тем более эта способность лечить не относилась к душевным болезням. Да и как эрбат, тот, кто сам подвержен приступам безумия, может лечить другого безумца?
- Жаль… - а ведь лекарь расстроился не на шутку. Похоже, он всерьез рассчитывал на мою помощь. - Действительно, жаль. Но, думаю, вам в любом случае стоит принять предложение маркиза, и мы с вами сумеем хотя бы попытаться…
- Я уже сказала - нет!
- Поверьте мне на слово - будет лучше, если вы согласитесь сами, без понукания - мягко заметил лекарь. - На этом настаивает Релар, и его отец не будет противиться желаниям раненого сына. Мальчику отчего-то пришло в голову, что отныне вы должны постоянно быть при нем и лечить все возможные раны, которые он может получить в будущем…
- Да знаю я, что удумал ваш пациент. Вернее, что взбрело в его безумную голову. Он, как вы помните, мне это уже сказал. Да вот только у меня нет ни малейшего желания оказаться в заточении, и полностью зависеть от воли сумасшедшего мальчишки и во всем ему потакающего папаши. Так что я могу лишь искренне посочувствовать вам и посоветовать искать хорошего врача. Или умелого целителя. А такие есть… Пока не стало совсем поздно, парня надо полечить. Кто знает, может, ему сумеют помочь… Но, повторяю вам еще раз - это не ко мне.
- Кстати - вмешался в наш разговор Кисс - Во всей этой истории мне не понятно одно: каким это образом сын столь важного господина умудрился оказаться в столь неподходящей компании? Высокородный и состоятельный молодой человек - и приятели из придорожной банды… Подобное ну никак не состыкуется между собой! Куда смотрел все тот же маркиз? Неужели не знал, с кем общается его наследник?
- Простите, молодой человек, но я вас слишком плохо знаю, чтоб отвечать на подобный вопрос.
- А если бы этот вопрос задала я? - пришлось мне встрять в их разговор.
- В таком случае… Да не знаю я, где он мог с ними познакомиться! - вырвалось у лекаря. Как видно, он и сам в последнее время частенько задумывался об этом. - Видите ли, Релар - человек достаточно замкнутый, некие странности проявлял еще в детстве… Как-то так получилось, что у него не сложилось дружбы ни с кем из его сверстников. Мальчик с детства предпочитал находиться в одиночестве, любил долгие конные прогулки…А когда стал постарше, то и вовсе частенько рано утром уезжал из дома на оседланном коне, а возвращался лишь поздним вечером, и поделать с этим ничего не могли. Релар говорил, что любит верховые поездки, и предпочитает проводить время на охоте.. В подобных стремлениях нет ничего дурного или предосудительного. Когда маркиз все же настоял на том, чтоб у его сына в этих поездках всегда были сопровождающие, то Релар наотрез отказался от гвардейцев отца, и сам привел двоих охранников, сущих бандитов с виду! Вот с ними постоянно и ездил где-то все дни напролет… И казалось, что все в полном порядке!..
- Казалось - согласился Кисс. - А их, этих так называемых охранников, не было среди грабителей, захваченных на дороге?
- Нашли одного… Только убитого. А второй пропал. Как выяснилось, оба этих человека были среди числа тех бандитов… В общем, неприятная история.
- Согласен, хотя я бы не назвал ее неприятной. Тут годится другое слово - грязная… Кстати, а что там происходит? И крики какие-то…
Откуда-то со стороны до нас донесся гул людских голосов. Похоже, неподалеку от дома стражи что-то происходило при большом стечении народа. Что именно вызвало шум и крики - этого было не видно из-за высоких домов и деревьев, но и без того было понятно - происходит нечто, выходящее за рамки обычной жизни поселка, пусть даже и придорожного.
Я оглянулась по сторонам. Надо же, а ведь вокруг нас никого нет… Только сейчас я обратила внимание на совершенно пустые улицы. Выскочив из комнаты, где лежал раненый мальчишка, я была настолько рассержена, что даже не посмотрела по сторонам. А, между тем, посмотреть бы не помешало. В пределах видимости отсутствуют даже бравые гвардейцы маркиза. Вернее, по-прежнему стояли двое охранников возле дверей в дом стражи, но, кроме них, людей больше не было. Странно. Все же сейчас вечер, и народ после трудового дня обычно всегда появляется на улицах. Старики, после того, как наступает вечерняя прохлада, садятся на лавочки у ворот, а молодежь собирается на посиделки, или как там это у них называется… А тут - никого…
- Могу только предположить, что именно там происходит - лекарь также покосился в ту сторону, откуда по-прежнему доносился многоголосый шум. - Маркиз приказал казнить всех захваченных в плен разбойников. Думаю, их только что повесили, причем при большом стечении народа. Наверное, при той казни присутствовали все жители этого поселка…
- А что - повернулся к лекарю Кисс, - что, казнили всех, кого захватили в плен? Разве следствие уже закончено?
- Очевидно.
- Весьма шустро - неприятно усмехнулся Кисс. - Что, уже все досконально расследовали? От и до? Хм, быстро у вас работают стражники. Не стали тянуть…
- Видите ли, господин маркиз решил, что придорожным бандитам не стоит более обременять своим присутствием этот мир. К тому же подобное полностью отвечает пожеланиям тех честных людей, что обитают в этих местах. Так что сейчас все жители этого благословенного поселка находятся на площади, где и происходит…
- Простите, вы не скажете, сколько именно человек сейчас казнили? - Кисс все никак не мог успокоиться.
- Троих, разумеется. Всех тех, кого вчера живыми привезли в этот поселок.
- А, по-моему, живыми привезли четверых… Повесили же, как вы только что сказали, троих. Я не ошибся в подсчете? Вам не кажется, что цифры не сходятся меж собой?
- К чему вы ведете?
- Четверо захваченных в плен и лишь трое из них казнены… А разговор я веду к тому, что разницу между этими двумя цифрами вам скажет любой, даже самый неграмотный крестьянин. Четвертый - юный Релар, не так ли? Чем же тот, кого вы лечите, заслужил лучшую участь, чем те, кого только что вздернули? Грабили и убивали все одинаково, только трое сейчас болтаются в петле, а четвертый отдыхает на шелковых простынях…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
