Читаем без скачивания Пиранья. Флибустьерские волны - Александр Бушков

Мазур взглянул на Лаврика. Тот, подавшись вперед, слушал с нешуточным интересом, ничуть не выказывая желания выставить прожектера к чертовой матери. Более того, сделал Мазуру подбадривающий жест: мол, слушай, слушай и не препятствуй, дело человек говорит...

Пожав плечами, Мазур сказал неуверенно:

– Что-то я не вижу особого смысла...

– Потому что ты, Джонни, уж прости, в таких делах совершеннейший лопух! – отрезал Билли Бат. – Эту историю можно хорошо продать. Это уже пахнет не паршивой заметочкой, а серией статей. У меня есть журналисты, которых можно подпрячь. Я специально выяснял: публика прекрасно хапает документальные рассказы про природу. Всякие там вулканологи, океанологи, путешественники... Ты видел, какая слава у этого лягушатника Кусто? Весь мир знает про Кусто! А он, между прочим, так же, как ты, ныряет, ты бы мог не хуже... Одним словом, вам, собственно-то говоря, даже не придется особенно напрягаться. Как работали, так и работайте – только с вами будет блистательная мисс Стентон. Подтянем репортеров, сварганим один репортажик, второй, приплетем какую-нибудь ерунду – ну, например, что бабка у Ким была ведьмой и научила ее чуять золото. Вот Ким вам и помогает, чувствуя золото на дне... – он закинул голову, отрешенно таращась в потолок, зачастил скороговоркой здешнего телеведущего: – Новое сообщение от нашего специального корреспондента! Сегодня благодаря таинственному дару мисс Кимберли удалось поднять со дна шесть золотых испанских гиней, а это значит, что экспедиция на верном пути! Ореол золота витает над волнами, мисс Кимберли видит его среди подводных скал!

– Во-первых, гинеи были у англичан, – сказал Мазур. – У испанцев...

– А какая на фиг разница? Кто такие тонкости поймет, кроме парочки чокнутых профессоров? Гинеи – вот они! Сверкают на солнце, настоящие, золотые!

– А где мы их возьмем?

– Это уже моя забота, парень! – отрезал Билли. – Есть у меня в Новом Орлеане один антиквар, который за нормальные деньги добудет пригоршню этих самых гиней... или, на худой конец, такую подделку из натурального золота, что даже эти самые профессора не отличат. Мы ж их не собираемся впаривать серьезному музею, мы ими поблестим перед репортерами, подарим даже парочку, они кинутся в город, к ювелиру, и любой им скажет, что это настоящее золото. Короче, все декорации на мне. Мы будем искать, напряжение будет нарастать, вы поднимете то пару гиней, то заржавевший эфес испанской шпаги, то еще какую-нибудь хреновину... А там, глядишь, вы и найдете этот ваш корабль... Ты ж говоришь, что он и вправду есть?

– Точно, – сказал Мазур. – У меня верная карта...

– Ну вот! Представляешь последние заголовки, снимки и кадры? Вы все-таки нашли кучу золота... вы и Ким! Упаси боже, ты только не подумай, что мы претендуем на долю... У меня своя выгода. Черт тебя побери, Джонни, ты же твердишь, что вполне законопослушный парень, что за тобой ничего такого нет! Значит, и лишняя реклама тебе не повредит. Более того, при такой огласке, при такой рекламе, притом, что рядом мисс Стентон, тебя никто не облапошит с кладом... Что скажешь?

– Надо подумать...

– А что тут думать? Ким вам ничуть не в тягость... – он хитро прищурился. – Учитывая, что вы подружились. Не смотри на меня так, Джонни, Билли Бат парень не промах, у него есть глаза и мозги... Ким на борту вам нисколечко не помешает... И потом! Если надо, «Русалка» в вашем полном распоряжении. Я ее арендовал у Монро надолго, заплатил вперед... «Русалка» во всех смыслах надежнее и удобнее вашей скорлупки...

– Она знает? – спросил Мазур.

Он был не любитель дурацкой романтики, но все равно чуточку неприятно было думать, что все вчерашнее случилось исключительно ради того, чтобы покрепче привязать его к этому вот плану.

– Представления не имеет! – захохотал Билли. – Мне эта идея пришла в голову сегодня утром в... в городе. Между прочим, как раз с похмелья мне в голову приходят совершенно гениальные идеи. Кимберли ни сном ни духом... Да ей и не надо забивать себе башку такими подробностями. Ее дело – ослепительно улыбаться и притворяться перед фотографами, что у нее вот-вот лифчик упадет. А деловые комбинации ей не по плечу, для этого есть пройдоха Билли Бат... Гляди! – он вытащил из портфеля целую пачку глянцевых номеров «Плейбоя», где на обложке красовалась великолепная Кимберли. – Ты говорил, не видел, вот, держи... Подумай потом, как наша девочка будет выглядеть в том же стиле, но на палубе «Русалки» в акваланге, с золотыми гинеями на ладошках... Точно тебе говорю, выгорит, это не дурацкий дом с привидениями!

Лаврик забрал у него один из журналов и принялся вдумчиво рассматривать, что вызвало у Мазура совершенно глупый приступ ревности. Тьфу ты, как она была хороша, раскованна и откровенна!

– Ну, балда?

– Билли, – вкрадчиво сказал Лаврик, с сожалением откладывая журнал. – А какой в этом наш интерес? Бизнес есть бизнес, парень, пока что игра идет в одни ворота...

– «Русалка» в полном вашем распоряжении.

– Маловато...

– Процент со всех денежек, что мы на той истории забашляем. Это только сначала придется платить журналистам, а потом уже нам начнут платить – за интервью, за рекламу... Мы обязательно сдерем с кого-нибудь за рекламу, за то, что Ким будет лопать именно эти шоколадки, носить именно эти часы, плавать на такой-то резиновой лодке, а не на сякой-то... В этом отношении у меня уже есть опыт: бижутерия, косметика, джинсы конкретных фирм, дело знакомое... Когда пойдут деньги – получить свой процент, без обмана! Да мало ли на чем еще можно будет заработать, я ж с вами делюсь предварительными наметками...

– Ну вот что, – сказал Лаврик решительно. – Это все прекрасно, Билли. Меня, во всяком случае, убеждает. Но такие дела не решаются с маху...

– Кто ж спорит!

– Сделаем так, – сказал Лаврик тоном акулы с Уолл-стрит. – Нам пора в море. А вечером, когда вернемся, мы с тобой сядем за бумаги – и вот тогда уже продумаем все железно, до тонкостей, так, чтобы выгода была обоюдной... Не налакаешься к тому времени, старина?

– Кто, я? Когда пахнет отличным проектом и деньгами? – Билли бешено огляделся и, уцапав свою бутылку, вмиг вылил ее содержимое в кухонную раковину. – Видал? Когда замаячат неплохие бабки и нешуточная выгода, Билли Бат становится трезвехоньким, как стеклышко!

– Отлично, – сказал Лаврик. – Вечером, значит, все обсудим... а сейчас, извини, нам с Джонни нужно потолковать. О деталях...

Двигаясь непринужденно, но решительно, он поднял Билли со стула, сунул ему в руку портфель и вмиг выпроводил за дверь, прежде чем Билли сообразил, что можно и сопротивляться. Мазур видел в окно, как мистер Бат шагает вверх по тропинке, то и дело спотыкаясь – поскольку полностью отрешен от реальности, машет руками в воздухе, определенно подсчитывая грядущие прибыли и возводя в уме убедительнейшие декорации для будущих триумфальных маршей...

– Истина, бывает, глаголет устами не только младенца, но и дурака, – сказал Лаврик.

– То есть?

– Нужно соглашаться немедленно.

Мазур молча вылупил на него глаза.

– Вот именно, – сказал Лаврик без улыбки, с сосредоточенным лицом. – Потому что в создавшихся условиях лучшего расклада для нас и не придумать. Если у нас, кроме «Черепахи», будет еще и «Русалка», мы разобьемся на две тройки, сможем обработать за день вдвое большую площадь... Учитывая, как поджимает время и начальство нервничает, идеальный вариант...

– Репортеры, – напомнил Мазур. – Наши рожи на пленке...

– Ну, это меня как раз не беспокоит, – отрезал Лаврик. – Все равно они не свалятся на голову немедленно. А пока они сюда доберутся, мы успеем как следует поработать... Да и потом нетрудно придумать что-нибудь, чтобы как можно реже попадать в кадр. Если напрячь извилины, можно выдумать что-нибудь, уж это ты мне предоставь... В общем, как ни крути, а выгоды для нас от этой похмельной идеи пока что гораздо больше, чем для твоей очаровательной знакомой... А вот, кстати, и она, у нас сегодня, такое впечатление, прием... Я тебя умоляю, спровадь ее побыстрее – в море пора...

Мазур посмотрел в окно. Оба фэбээровца уже торчали возле своей машины, а Ким, пройдя мимо них, словно мимо пустого места, уже поднималась на крыльцо. Постучала для приличия и тут же распахнула скрипучую дверь, влетела в кухню.

Лаврик старательно изобразил, будто обмер от восторга и изумления, узрев восходящую звезду вот так запросто – даже челюсть слегка отвисла, а в глазах горело столь искреннее восхищение и почтение, что Мазур мысленно сплюнул. Даже не глянув на него, Кимберли бросилась к Мазуру, форменным образом вцепилась:

– Джонни, ты живой?!

– А что со мной должно было случиться? – пожал он плечами.

И показал за спиной Лаврику кулак. Тот, судя по его шагам, ворчливо вышел из кухни – но, зная его, Мазур не сомневался, что подслушивать будет все равно – разумеется, в интересах дела.