Глава 36. Вика
─ Привет! ─ сажусь в машину.
Настроение боевое.
─ Девушка пришла в себя? ─ сразу к делу.
Сейчас передо мной Витя, неуверенный в себе студент моей группы, который может слиться со стеной и быть совершенно не приметным для окружающих.
─ Да. Но она ничего не помнит. Шла домой, получила удар по голове и очнулась уже в больнице. Пока под наблюдением врачей, жизни ничего не угрожает. ─ садится ко мне в пол оборота. Тень слишком серьезен, именно серьезен, а не спокоен как обычно. ─ Держи. Через наушник будешь слышать меня и Мангуста.
Небольшая бусинка, которую будет невозможно рассмотреть за волосами.
─ Доброе утро, Корнеева! ─ слышу голос Мангуста, как только наушник оказывается в ухе.
─ И тебе привет. ─ непроизвольно улыбаюсь, голос мужчины бодр и весел. ─ Что еще узнали? Нашли следы? Тела, это те, о ком мы думали?
Зеленые глаза мне нравятся куда больше, чем серые линзы.
─ У тебя есть предположения, кто еще может ему помогать?
─ Слишком много вопросов. ─ похоже он без настроения, понимаю, но ответить придется.
─ Ты ведь сам сказал, что к этому можно привыкнуть. ─ парирую.
Слышу смех Мангуста.
─ Она тебя уделала, Антон. Твоим же оружием. ─ раз он так спокойно назвал его настоящее имя, значит знает, что я его знаю. Интересно, о чем еще они говорили.
─ Все есть здесь. ─ протягивает мягкую папку. ─ Изучи.
Заводит авто.
В моих руках отчет его экспертов. Все четко и по делу.
─ Я здесь подумала, ─ не отрываю глаза от текста решаю поделится предположениями. ─ если все так, как мы изначально предполагали и Гаврилюк помогает своему сыну, то о третьем лице не может быть речи, но следы говорят обратное. Значит, все куда запутаннее. Что если Гаврилюка обманули и заставили поверить в то, что Художник его сын, но на самом деле убийства совершает не Краснов? Что если Краснов и есть тот третий, которого ты ищешь? Получается Художник пришел за помощью к Краснову, а тот, понимая, что сам не справится, пришел за помощью к биологическому отцу?
Только заканчиваю говорить, как глаза находят результаты сравнительного анализа. Следы из подвала и следы на записке принадлежат одному и тому же человеку. И если верить анализам, взятым с зубной щетки Краснова, то это не его следы, но они совпадают на 25 %.
─ 25 %? Разве такое возможно? ─ говорю сама с собой. ─ Получается Художник и Краснов могут быть родственниками, хотя и мало вероятно. Если твои люди все правильно нашли, то у Аркадия из мужчин в родственниках муж приемной матери, и двое маленьких племянников. Но муж работает вахтами и сейчас его нет в городе и не было уже несколько месяцев, значит это не он.
─ Для более точно анализа необходимы другие исходные данные. Потожировые не подходят. Я считаю, что у Краснова есть брат.
─ Брат? Но тогда должно быть хоть что-то, хоть какие-то сведения.
─ Двадцать лет назад Грибова попала в больницу с подозрением на острое пищевое отравление. Об этом сделали запись в ее медицинской книжке, но никакого лечения назначено не было и на следующий день ее отпустили домой. При этом, было проведено гинекологическое обследование. Я считаю, что она не хотела афишировать свое положение. Ее тетя, ныне покойная, была заведующей больницы, куда привезли девушку. В то время было легко потерять ребенка в документах. Предполагаю, что, родив она просто отдала дитя или же продала. Через год после того, как она обращалась в больницу было заведено уголовное дело касательно торговли детьми. Медсестра попалась на том, что продавала детей из неблагоприятных семей тем, кто не мог их иметь.
─ Вот же… Этот город точно проклят.
─ Согласен, такого же мнения. ─ добавляет Мангуст.
─ Но тогда задача усложняется. Если есть только предположение и никаких фактов, никакой бумажки, то найти Художника без помощи его сообщников нереально. План должен сработать, просто обязан. ─ закрываю отчет и выдыхаю. ─ Машину так и не нашли?
─ Нет.
─ Плохо. Очень плохо. Мы все еще на шаг позади. ─ чертовски злюсь, хоть и понимаю, что сделать ничего не могу. ─ Нельзя позволить этому уроду залечь на дно!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
─ Вика, ─ говорит настолько стальным голосом, что мне становится не по себе. ─ предупреждаю еще раз. Не смей, что-то делать без согласования со мной!
─ И не собиралась. ─ в этот раз правда не собиралась.
Захожу в аудиторию первая, Антон высадил меня через улицу, от университета, чтобы не привлекать внимание. Стоило зайти и поздороваться, как тут же посыпались слова сочувствия. Информация о том, что от взрыва пострадал сотрудник полиции и что это мой брат, уже распространилась.
У меня достаточно терпения, чтобы выдержать слова каждого, улыбнуться каждому и поблагодарить. Ребята напомнили мне о том, что сегодня вечеринка и что они будут очень рады если я приду и хоть как-то отвлекусь, но если решу не приходить, то они все поймут и обид не будет. О том, чтобы куда-то идти и речи быть не может. Я от души повеселюсь и напьюсь так, что не буду на своих двоих стоять, когда ублюдок, унесший столько жизней, окажется под следствием.
Игнат: «Мой отец работает в больнице, если потребуется какая-то помощь, только скажи.»
Читаю сообщение и нахожу парня взглядом. Сидит боком на несколько рядом ниже и смотрит в мою сторону.
Вика: «Спасибо.»
У меня не лучшее впечатление об этом парне. Слишком навязчив. Он не привык принимать отказы, а я могу ему дать только их.
Витя появился почти к самому началу занятия. Молча прошел и сел на один ряд со мной, впрочем, как и всегда. Я несколько раз смотрела на него в попытках уловить взгляд, но он сидел с книгой в руках и не смотрел никуда кроме как на текст.
─ Гаврилюк подходит к аудитории. ─ слышу в наушнике голос Мангуста. Не привычно.
─ Здравствуйте, группа! ─ сразу видно, что у мужчины нет настроения. Волчьим взглядом проходится по всем присутствующим и особо долго задерживается на мне. ─ Начнём занятие!
Я мало слушала его, больше ждала подходящего момента, чтобы начать действовать.
─ На этом все. Задания получите через старосту. Вопросы? ─ берет в руки портфель начиная убирать конспект лекции.
─ У меня. А где прячется ваш сын? ─ говорю четко и громко.
Замирает с листами в руках.
─ Что? Кто это сказал? ─ поднимает голову ища сказавшего.
─ Я. ─ поднимаюсь, чтобы сфокусировать его внимание на мне. Группа перешёптывается не понимая, что происходит. ─ Могу повторить еще раз. Где прячется ваш сын, Павел Анатольевич?
Мужчина усмехается.
─ Корнеева, я понимаю у тебя шок и стресс от случившегося с братом, но это не повод задавать людям странные вопросы и ставить их в неудобное положение. У меня дочь и сейчас она в школе. Если вопросов больше нет, то…
─ Значит я ставлю в неудобное положение? ─ перебиваю его. ─ Вы как криминалист должны понимать, если полиция уже знает имя убийцы, то остается дело за малым. Они все равно найдут Краснова, но вот вопрос, пойдете вы как соучастник или как свидетель. ─ шум в аудитории усиливается. ─ Художника ждет самое страшное наказание, Павел Анатольевич, и полиция готова перевернуть весь город, чтобы его достать.
Мужчина начинает смеяться.
─ Виктория, я не понимаю, что вы хотите от меня. Какой соучастник, какой свидетель? Я не знаю никого с указанной фамилией. Не знаю, что с вами происходит, но советую показаться психологу, кажется угроза потерять единственного, ─ мужчина делает особый акцент на этом слове. ─ близкого человека отрицательно сказывается на вас. Занятие окончено, все свободны! ─ берет портфель и выходит из аудитории.
─ Работаем. ─ слышу через наушник тихий голос Антона.
Глава 37. Вика
«Принято. Вижу объект.»
Следом звучит голос Алисы.
«Ведем.»
Какой-то грубый незнакомый мужской голос.
Переглядываюсь с Тенью. Антон едва заметно кивает и поднимается. Моя учеба на сегодня закончена. Я пришла только ради этого выступления. Парень уходит первым, не торопясь и не привлекая к себе внимание, хотя при всем желании он бы не смог переключить его с меня.
