Чагра подняла руки, и это стало знаком для всех присутствующих. Они встали с колен и принялись зажигать еще светильники, факелы, которые принесли с собой. И все это проделывалось в полной тишине. Наконец все масляные лампады были зажжены, Игорь принялся считать, но, дойдя до седьмого десятка, сбился, не сосчитав и до половины, так много их было. И тогда он увидел главную святыню этого богомерзкого капища.
В самом дальнем, прежде неосвещенном углу, в большом алтаре, стояла огромная статуя козла с бычьими, широко поставленными рогами. Игорь, чье любопытство взяло верх над всеми остальными инстинктами, подошел к статуе поближе и осмотрел ее. То, в честь чего была сделана статуя, – исполинское существо с козлиной головой и бычьими рогами – имело человеческое тело с женской грудью, переходящее в туловище животного, все четыре копыта которого опирались на сферу, в которой Игорь без труда опознал земной шар. Сферу обвивала змея, голова ее с разверстой пастью приподнималась спереди земного шара и была обращена к статуе. Стены алтаря были расписаны каббалистическими символами – в этом он мог быть уверен абсолютно, знаний, полученных на факультете, вполне хватало, чтобы с точностью идентифицировать принадлежность подобных знаков. Также Игорь прекрасно знал, что, несмотря на всяческое отрицание каббалистами дьявольской сущности своего учения, оно тем не менее всегда таковым являлось и теплилось до срока в глубоком подполье. И лишь теперь, в век, когда основные христианские ценности были закатаны в асфальт, когда само понятие Божьего промысла зачастую оказывалось распятым вниз головой, когда появилась брешь в обороне христианства и традиционные конфессии – католицизм и православие – ловко подменялись суррогатами сект, стал происходить массовый отток паствы от пастырей, вооруженных лишь требником или молитвословом, именно тогда и появилась на свет каббала, или «Зоар», чистая первозданная магия, данная людям дьяволом, статую которого сейчас рассматривал Игорь. Каббалу тут же замаскировали под «учение света», а правительство Соединенных Штатов, отцы-основатели которых составляли с каббалой единое целое, выделило фантастический бюджет в шесть миллиардов долларов на поддержку и распространение «учения света», как в чистом виде, так и в замесе с сектантскими учениями различного толка. Излишним будет напоминание о том отделе ЦРУ, который отвечал за продуктивное использование денежных средств, также излишне будет напоминать, что «Люцифер», даровавший каббалу миру, означает «ангел света». В честь него и названа каббала.
В то время как Лемешев осматривал статую, в пещере закончились приготовления к некоему обряду, и все присутствующие вновь опустились на колени, образовав вокруг ложа Чагры круг правильной формы. Игорь с расстояния нескольких шагов наблюдал, как в круге откуда ни возьмись появилась угольно-черная кошка. Гремучая змея, видимо, та самая, что столь недружелюбно встретила его наверху, теперь спокойно проползла мимо и обвилась вокруг козлиных копыт статуи, факир подошел к алтарю и сел слева от него, а колоссальных размеров летучая мышь, чей размах крыльев достигал не менее метра, облюбовала себе место на потолке пещеры. Затем один из присутствующих с поклоном поднес факиру, видимо, самому старшему в этом омерзительном обществе и по возрасту, и по званию, нечто, напоминающее шейную перевязь с золотым подвесом треугольной формы в виде раскрытого циркуля. Игорь, конечно, не знал и не мог знать, что именно такая перевязь, точная копия той, что держал сейчас в руках старый факир, была одета на шее императора Павла Первого в тот день и час, когда осенним вечером одна тысяча семьсот девяносто шестого года Платон Лемешев приехал в Гатчинский дворец с пророчеством от Авеля.
Факир некоторое время подержал перевязь на вытянутых руках, затем повернулся к статуе и принялся читать какую-то молитву на языке, в котором Игорь теперь совершенно точно распознал несомненное подобие иврита. Спустя месяц после знакомства с факиром он выяснит, что язык был древнехалдейским и всегда, везде, в любой части света, там, где возносят именно эту молитву сатане, делают это, пользуясь только им, сохраненным от Моисеевых скрижалей языком. Остальное – лишь несерьезная бутафория.
После окончания молитвы старик преподнес перевязь Игорю, тот понял, что от него требуется, принял перевязь из рук факира, надел ее на себя и вдруг услышал, как старик прошептал:
– Изида.
«Что-то похожее на пароль или условный знак. Изида? Богиня Древнего Египта? За кого он меня принимает, этот уголек? Пэм не сообщила ему, что я, так сказать, незнаком с теорией? Как там звали мужа этой Изиды? Вопрос из истории четвертого класса средней школы. Ладно, попытаюсь ему ответить».
– Озирис.
Старик, видимо, хотел сказать что-то еще, но Игорь перебил его:
– А что вообще происходит? Зачем они здесь собрались?
Старик на своем примитивном английском объяснил, что Чагра жрица, что она вот-вот помрет, и тогда все здесь присутствующие приступят к обряду ее погребения, что Игорю необычайно повезло, ему помогает Люциф, потому что лучшего момента для его посвящения в «друзей духа» и желать не приходится. «Дух» старухи перейдет в Игоря в момент церемонии сожжения.
Меж тем старуху вознамерились сжечь заживо, и ни в ком это намерение не вызвало ни малейшего сопротивления. Игорь с невольным содроганием смотрел, как ее ложе из ветвей, оказавшееся заранее сложенным костром, облили маслом и одновременно с нескольких сторон поднесли факелы. Огонь вспыхнул, взметнулся до потолка, а прямо в центре этого адского пламени стояла ужасная старуха и, казалось, медленно пританцовывала в такт песнопениям, которые хором исполняли собравшиеся. Вот она раскинула руки и принялась кружиться, не охваченная еще пламенем, которое бушевало пока только по краям, не затрагивая центра с безумной плясуньей. Время от времени все присутствовавшие прерывали свое пение и принимались сгребать раскаленные уголья ближе к центру костра, но старуха все еще держалась, хотя было видно, что она совершенно почернела от жара. Одежда и волосы ее сгорели, она в последнем усилии повернулась лицом к статуе, издав пронзительный смертельный вопль, и через мгновение рухнула в костер.
Далее уже ничего интересного не было, и все прошло как самый обычный ритуал, то есть с песнопениями чертовского гимна, исполняя который толпа индусов двигалась в такт своему пению. Костер догорел, старик взял в руку последнюю горсть тлеющих углей и, не обращая никакого внимания на запах своей жарящейся плоти, спокойно сказал:
– Игне Натура Реноватур Интегра.
Богохульный смысл этой фразы в ее схожести с надписью на кресте Иисуса по аббревиатуре: ИНРИ – ИНРИ, только надпись на кресте, сделанная по указанию Понтия Пилата, гласила: «Исус Назаренус Рекс Иудаеорум», а факир произнес сочетание, которым открывается множество сатанинских молитв: «Огнем Вся Природа Обновляется» – латинский оригинал, насчитывающий возраст, равный количеству лет с момента воскресения Христа.
Затем факир растер уголь в ладонях, подошел к Игорю и попросил его наклонить голову. Произнеся «ИНРИ» еще одиннадцать раз, старик посыпал его голову этим жертвенным пеплом, смешавшимся с пеплом старухи жрицы. С последней щепоткой пепла он назвал Игорю его новое имя. Вот так, без особенных происшествий в виде явления самого хозяина ада или еще кого-то из его свиты, наш герой, вчерашний московский студент Игорь Андреевич Лемешев, превратился в Великого Медиума самого сильного общества масонов-иллюминатов, которые отныне называли его Дагон.
Обретя новое имя, Игорь стал полноправным членом наиболее древнего вероисповедания культа зла. В силу своей молодости он ни разу не задал себе вопрос: «А не зашло ли все это слишком далеко?» Хотя это ничего бы не изменило. В любом случае теперь для его дара внушения нашлась единственная подходящая оправа. Единственная, как и для всех этих «потомственных ясновидящих», «ведунов» и «ведуний», «экстрасенсов», «оккультистов», «предсказателей» и прочей вполне легальной и безобидной на первый взгляд людской нечисти, – оправа Люцифера, падшего ангела, сатаны, во имя которого все они живут на белом свете, черт бы их побрал.
Игорь Лемешев. Кодекс Дагона. Индия – Вашингтон. 1992–1994 годы
Игорь провел в Индии около двух лет. И все это время он учился самым разным вещам, постигая все тонкости оккультной науки. Он проехал всю Индию из конца в конец от Бомбея, который к тому времени не был еще переименован в Мумбай, до Калькутты, и везде он посещал разнообразные секты демонопоклонников, похожие на ту, где его посвятили в масонский орден иллюминатов. Схожесть этих собраний всегда заключалась в наличии статуи козла, попирающего земной шар, Бафомета – воплощения сатаны, которому начали когда-то поклоняться первые иллюминаты-тамплиеры, основатели всего мирового масонства. Мало-помалу Игорь из наблюдателя превратился в прилежного ученика, а затем, как казалось, и в истинного служителя этой древней, как сам мир, религии под названием сатанизм.
