— Здесь зарубки на лезвии, — сказал Егор-хозяин, поднеся меч ближе к глазам; отблеск с клинка лег на его лицо светлой полосой.
— Ну да, — сказал Егор-гость, морщась, — с воспоминанием о вчерашнем вечере к нему вернулась боль в раненой руке. — Я же с Ёсицунэ этим мечом бился, и у меня еще не было времени привести в порядок клинок.
— Кто такой Ёсицунэ?
— Да тот самый доморощенный самурай, который убил Дениса Брагина и пытался убить меня…
И Егор-гость рассказал о последнем поединке с Ёсицунэ, о поражении самурая и о произошедшем затем ритуале сэппуку.
— Они отрубили ему голову?! — Егор-хозяин был в шоке. Он поспешно задвинул меч в ножны и нервным движением сунул его обратно в руки Егора-гостя. Произнес, уже в третий раз: — Психи ненормальные…
— Таков кодекс бусидо, — сказал Егор-гость, убирая меч обратно в футляр. — Хотя, признаться честно, я и сам… — Он замолчал, не договорив. Не рассказывать же о том, как в тот момент едва не заблевал всех присутствующих?..
— Той же ночью я нарисовал карту с изображением твоего двора. Только тогда я не знал еще, что это твой двор… Понимаешь, странное такое дело: я как будто засыпал, но еще не заснул по-настоящему, и вдруг очень явственно увидел это место, совершенно мне незнакомое. Видение было такое яркое, словно я раздвоился и находился в двух местах одновременно. Я открыл глаза, поднялся из постели, но это странное ощущение осталось — я все еще видел этот двор. Тогда я сел за стол, взял бумагу и стал рисовать, а под утро закончил карту, эмберский козырь, действующую модель. Оказалось, что мой рисунок работает в точности так, как это описано у Роджера Желязны, — с его помощью можно попасть в то место, которое изображено на козыре. Вот так я и попал сюда, в увиденный и нарисованный мною двор. Но поскольку наши миры очень похожи, то я думал сперва, что просто перескочил на несколько кварталов от своего дома. Но ведь и это было удивительно! Я решил зайти к Воронину на службу, похвастаться — вот, мол, какой я молодец! — эмберский козырь нарисовал. И вот там-то, в милиции, меня ожидало удивление посерьезнее…
Егор-гость сделал драматическую паузу, и Егор-хозяин, конечно, не удержался от вопроса:
— Чего же такого удивительного в отделении милиции?
— Я увидел Воронина, — сказал Егор-гость — почему-то шепотом.
— А в Воронине-то чего такого удивительного?
— Усы.
— Усы?! — Егор-хозяин фыркнул и помотал головой — мол, ну ты выдал. — Да сколько я Воронина знаю, он всегда в усах. И ничего удивительного в его усах нет.
— А у Воронина, которого знаю я, усов нет и никогда не было, — сухо сказал Егор-гость. — Поэтому я с усатым Ворониным говорить ни о чем не стал и поспешил уйти.
— Да, конечно, — насмешливо заметил Егор-хозяин. — Усы — это очень подозрительно.
Егор-гость скорбно вздохнул, помолчал и продолжил свой рассказ:
— Я направился к себе домой — а живу я, между прочим, на улице Володарского, дом шестьдесят три, квартира двадцать два…
— А почему там?
— А почему бы и нет?
— Да, действительно, — согласился Егор-хозяин, — почему бы и нет. Но что же оказалось там… то есть тут… то есть… Черт! — воскликнул он со смехом. — Я совсем запутался. Ну, в общем, что же оказалось в моем мире по вышеуказанному адресу?
— Оказалось, что там живут другие люди.
— Вот так ирония судьбы!
— Да иди ты в баню!
— Спасибо, но я уже принял душ.
— Неужели и меня такой же скверный характер? — грустно вопросил Егор-гость, глядя куда-то в сторону.
— Хуже, — с усмешкой сказал Егор-хозяин. — Но что же было дальше?
— Уже почти все. Я снова воспользовался картой и снова попал в этот двор. И тут от какого-то алкаша узнаю, что я здесь живу, и вообще, мы с ним, алкашом этим, — добрые соседи.
— А, Михалыч. — Егор-хозяин кивнул. — Ну, насчет добрых соседей — это сильное преувеличение. Он так, живет этажом ниже, время от времени приходит денег взаймы клянчить. Я иногда даю.
— У Михалыча я и уточнил свой — то есть твой — домашний адрес и отправился к тебе в гости. Вот вроде и все. — Завершив историю, Егор-гость поинтересовался на всякий случай и не без ехидства: — Или тебе рассказать, что было потом?
— Не надо, — отмахнулся Егор-хозяин. — Я сам при этом присутствовал и все помню. Кроме того, если ты продолжишь рассказывать, то остановиться уже не сможешь — круг замкнется, и получится у тебя сказка про белого бычка.
— Что ж, — с легкостью согласился Егор-гость, — уступаю тебе слово. Мели, Емеля…
— Спасибочки, — сказал Егор-хозяин, указал пальцем на свой пентиум и осведомился, как показалось гостю, излишне горделиво: — В твоем мире существуют подобные вещи?
— Да ну что ты? — язвительно сказал Егор-гость. — Мы до сих пор пользуемся счетами и этими… как их… арифмометрами. А информацию храним записанной на глиняных табличках.
Егор-хозяин в долгу не остался:
— Сперва я думал, что у вас средневековье, но теперь понимаю, что там — полный неолит.
— Нет, ну до чего же сложно разговаривать с самим собой, — вздохнул Егор-гость.
— А то, — сказал Егор-хозяин. Он развернулся к компьютеру. — А теперь — обещанная мною история… — И тут же спохватился: — Блин, я же Денису диск отдал…
— Он жив? — вскинулся Егор-гость.
— Кто?
— Как кто? Денис.
— Конечно, жив. Что ему сделается? Мы за рамки игры не выходим и друг друга по-настоящему не убиваем, разве только виртуально.
— Но игра есть и у вас?
— Игра — есть. Вот только у меня диска нету, чтобы ее тебе с самого начала показать. Диск я Денису отдал — его недавно в третий раз подряд сразили на дуэли, и он из третьего круга выпал, теперь начинает сызнова весь путь наверх. А впрочем… — Егор-хозяин оглянулся на Егора-гостя. — Ты мультики любишь?
— Больше всего на свете.
— Ну так подойди поближе. — Егор-хозяин с ловкостью профессиональной машинистки пробежался пальцами по клавиатуре. — Я сейчас открою демонстрационный ролик, он на сервере есть. Посмотришь, а я потом тебе подробно объясню — что да как.
Егор-гость поднялся из кресла, подошел, встал у стола.
Из динамиков послышалась музыка Clannad,сопровождаемая оцифрованным звоном мечей, а на экране монитора появилась надпись Swordworld, буквы отливали металлом и даже казались острыми, как сюрикены. Короткая увертюра отыграла, заглавный титр пропал, и на экране возник живописный лик седобородого старца, напомнивший Егору-гостю образ бога с фрески Микеланджело. Вполне возможно, что компьютерный старец и был оттуда срисован.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
