Благодаря этому, Фишер мог с точностью определить, что человек, испытывающий в данный момент враждебность, спустя некоторое время опустится по эмоциональной шкале тонов до боли или, наоборот, поднимется до антагонизма, а жизнерадостный человек, испытывающий ко всему сильный интерес, поднимется до веселья или сделает шаг к нижней ступени – к консерватизму. И только так и не иначе.
Фишер никогда не ошибался. Обычно выяснялось, что задержанная личность не соответствует паспортным данным и находится в розыске либо перевозит контрабанду.
Грей протянул на прощанье руку:
– Ну, извини, пора бежать. Джеки заждалась.
– Да и мне пора на пост. Передавай привет Джеки.
– Непременно.
Проводив взглядом Грея, Ален дожевывал гамбургер и подошел к терминалу. Отпустив напарника, встал на пост. Стандартная процедура началась задолго до того, как тот или иной пассажир протягивал ему документ. Ален Фишер наблюдал за пассажиром еще издали. Он изучал походку, подмечал доминирующий в одежде цвет, следил за тем, в какой манере подают ему документы. Из всего этого Ален узнавал тип человека и судил о его предрасположенности к дурным замыслам. Многое о человеке могло рассказать и лицо, и Фишер не считал мелочью даже такие детали, как сбритые виски, форма усов и прически. Ну, все последнее – это о мужчинах.
Сейчас же внимание Фишера было приковано к стоящей в очереди женщине. Его захлестнуло необъяснимое волнение. Своим аппетитным телом эта молодая особа сводила его с ума, рождая самые нескромные желания.
Завалить на письменный стол, снять с нее трусики и «попарить хорька». Интересно, она стонет или нет?
Но «хорек» Алена, как и прежде, продолжал «отмалчиваться». Так коту завязывают тряпицей рот перед миской сметаны.
Ален поймал себя на том, что руки его дрожат. Он попытался унять эту несвоевременную дрожь и не смог. Его взгляд скользил по бедрам женщины – они пьянили и чуть заметно покачивались.
Хочешь меня?
Мутная зеленая пелена-пена захлестнула сознание, и только почему-то сейчас, на краю реальности и фальши, Ален заметил, что в одной руке женщина держит за ладонь маленькую девочку.
Как я сразу не заметил? Здесь что-то не так. Сейчас я тебя, красотка, выведу на чистую воду.
Однако то, что произошло дальше, полностью сломило волю Фишера. Женщина в Черном протянула ему документы и кончиками пальцев коснулась его руки. Легкий электрический разряд вызвал шок и головокружение, и он вдруг ясно осознал, что "мальчик" в его штанах настойчиво подает сигналы и гордо держит осанку.
Бог ты мой, да правда ли это? Мой «мальчик» стоит! Да – да, он…
Наплевав на все рамки приличия, Фишер опустил вниз руку и, подобно Майклу Джексону, в области гениталий сделал неприличное движение.
Боже, я не верю своей руке.
Его сердце, точно кузнечный молот, забилось в груди. Он здоров! И самое главное – он свободен. С его уст в адрес женщины был готов сорваться комплимент, но она заговорила с ним первой.
– Быстро сюда документы! – Женщина протянула руку, сверкнула зеленью глаз и, когда Ален Фишер беспрекословно повиновался, добавила. – И передавай привет своему «мальчику»!!!
В следующее мгновение эзотерическая сила выхолостила из памяти Алена события последних минут, и он не помнил даже того, как провожал взглядом женщину – женщину, ведущую к самолету маленькую девочку, чей неестественный облик был схож с обликом бездомной болонки.
Ален Фишер взглянул на часы. До окончания посадки на 47-й рейс до Бангкока оставалось пять минут. В связи с существенными изменениями в здоровье он уже мысленно корректировал планы на вечер.
Ключи в кармане, снять Сельму и задать ей жару.
Приближение старых знакомых остановило нахлынувший поток мыслей.
Он увидел подходящих к нему Бреда Ли и Слайкера. Рядом с ними он заметил монаха и очаровательную креолку.
– Привет! – Фишер поздоровался с Бредом и Слайкером. – Что за мрачные лица? Что-нибудь произошло?
– Да… – заговорил Бред. – Взгляни на фоторобот этого типа.
Комиссар выложил на стол небольшой лист бумаги, на котором графитовым стержнем был изображен человек с косичкой.
– Мы опросили некоторых ваших сотрудников, но никто этого француза не видел, – вздохнул Бред Ли. – Может, ты нас обрадуешь?
Алену Фишеру было достаточно одного взгляда, чтобы сказать нет.
– Нет, не видел, – отрезал Фишер.
Бред и Слайкер удрученно переглянулись, и в этот раз зазвучал голос детектива.
– Ну а пацана моего случаем здесь не видел?
– Нет, не видел, – Ален Фишер рубил фразы, как мясник тушку. – Мне ли не знать твоего Джефа. Я до сих пор помню, как на пикнике он на мне уголек под зад подложил. Если бы рядом не было бассейна, то из меня получилось бы неплохое жаркое.
Холодный взгляд двух друзей тут же остудил в нем всякое желание шутить.
– А что случилось?
– Мой Джеф в руках маньяка, – в интонацию Слайкер вложил всю злость и отчаяние. – Если что-нибудь вспомнишь, позвони в самолет на сорок седьмой рейс до Бангкока. Мы улетаем.
– Да, конечно, – сочувственно произнес Фишер, провожая взглядом друзей. Когда они скрылись из виду, Фишер ощутил сладостное ощущение внизу живота. Он вспомнил, что уже не импотент, но, как и при каких обстоятельствах это случилось, понять был не в силах.
Что произошло? Что-то с памятью моей стало. Всевышний сделал рокировку. Поменял импотенцию на склероз. Странные чудеса происходят. Ну и ладно. Нужно испытать свой аппарат.
С этими размышлениями Ален Фишер прошел в зал ожидания. Там под развесистой акацией у автомата "КОКА-КОЛА" стояла рыжеволосая девица.
– Здравствуй, Сельма! Присмотрела кого-нибудь на ночь?
– Привет, Ален! Опять бедную девушку гнать будешь?
– На этот раз нет. Хочу взять у тебя уроки любви. Сельма кокетливо задернула и без того короткую юбку.
– Мне мама запретила уединяться с мужчинами. От этого бывают дети, а я еще девственница.
– В таком случае я президент, – шлепок по заду дал ей понять, что Ален настроен серьезно. – Пойдем. Не обижу.
Он вынул из кармана сто долларов и положил в ее сумочку. Звякнул ключами и увел молодую женщину туда, где со списком жертв маньяков ее ждала смерть.
Глава 27
26 мая. 03:00 утра. Борт «Боинга-747», следующего рейсом «Сейшельские острова – Бангкок». Где-то над Индийским океаном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
