эха от него узнавать не только то, где находятся объекты, но и довольно много о том, что это за объекты и как они ведут себя. Видимость в воде часто бывает довольно ограниченной, поэтому звук — это лучший доступный способ для создания «картинок». Все звуковые волны длиннее световых, поэтому не могут формировать изображение с таким же высоким разрешением; но
высокочастотный звук может работать достаточно хорошо. В среде, где свет вообще не справляется со своей задачей, высокочастотный звук выигрывает.
У химических чувств вроде обоняния и вкуса также есть своё применение. Последнее ценно для нас главным образом для подтверждения того, что пища, которая уже находится у нас во рту, на самом деле является тем, чем мы её считаем. Оно также поощряет приём пищи, обеспечивая положительное подкрепление в форме удовольствия. Для некоторых других животных оно значит гораздо больше, чем всё сказанное выше. Похоже, что дельфины используют чувство, которое, наверное, лучше всего назвать «вкусом», для того, чтобы извлечь много информации из воды, в которой они плавают. Лосось пользуется им, чтобы найти обратный путь туда, где он вывелся, чтобы отложить свою икру.
Обоняние позволяет обнаружить множество разных вещей, от пищи до хищников, которые ещё не приблизились в упор, но уже находятся достаточно близко, чтобы им стоило уделить самое серьёзное внимание. Это особенно полезно в таких местах, как уже упомянутые джунгли. У некоторых хищников вроде собак и кошек оно развилось в нечто гораздо более чувствительное и утончённое, чем наш относительно грубый вариант. Тем не менее, представляется маловероятным, что оно будет надёжно служить в роли основного чувства дальнего радиуса действия, несущего очень подробную информацию такой же точности, как зрение или слух. Обоняние работает путём обнаружения и идентификации следовых молекул, которые распространились через атмосферу или жидкую среду от источника запаха до носа (или того, что вместо него) нюхающего субъекта. Здесь возникает двоякая проблема: такие молекулы движутся значительно медленнее, чем световые или звуковые волны, и при столкновениях с другими молекулами по пути они с большой степенью вероятности будут менять направление движения. Таким образом, они не могут дать достоверную информацию о быстро меняющихся условиях и не дают особенно точного представления о том, откуда они появились. (Разумеется, за исключением узкоспецифичных условий — таких, как в «Необычном чувстве» Хола Клемента, где безвоздушная среда позволяла молекулам перемещаться по [обычно] почти прямым линиям. Таким образом, его инопланетяне могли использовать органы, напоминающие камеру-обскуру, чтобы создавать «образ» пищи или добычи, используя молекулы вместо света или звука.)
Многим организмам также понадобятся некоторые органы чувств ближнего радиуса действия, чтобы информировать их об условиях внутри их собственного тела и в непосредственной близости от него — например, об остром предмете, горячем утюге или кубике льда, прижимающемся к их коже. Полукружные каналы в ушах дают нам чувство равновесия, которое позволяет нам сохранять невероятную вертикальную позу, которую многие из нас считают само собой разумеющейся. Боковая линия рыб позволяет им отслеживать малейшие изменения давления воды и течения. Некоторые рыбы могут обнаруживать (и создавать) электрические поля. Есть свидетельства, указывающие, что птицы следят за магнитным полем Земли, чтобы облегчить себе перелёты на большие расстояния (что может привести к неприятностям, когдв это поле в очередной раз изменится на противоположное, как это периодически происходит). Изобретая инопланетян для новых условий жизни, вы можете обнаружить, что иные специализированные органы чувств по-прежнему желательны и убедительны.
Излишества
В данный момент мы уже рассмотрели многие основные характеристики, которые вы захотите учесть при создании своих инопланетян, но у вас всё равно остаётся возможность поэкспериментировать с множеством второстепенных черт. Помните, что эволюция не всегда находит наилучшее возможное решение проблемы, и что корреляция между генами и признаками далека от состояния «один ген — один признак». Если эволюция ведёт отбор по одному признаку (например, длинная шея), может случиться так, что тот же набор генов случайно порождает другой признак (скажем, веки зелёного цвета). До тех пор, пока «побочный» признак не несёт в себе достаточно большого эволюционного ущерба, сводящего на нет преимущество «основного» признака, он может свободно распространяться по популяции. Некоторые особенности «эволюционно безразличны»: например, у людей вопрос о том, карие у вас глаза, или голубые, редко становится вопросом жизни и смерти. Другие могут наносить некоторый вред, но не настолько большой, чтобы он имел какие-либо значительные эволюционные последствия. Наши зубы мудрости (явно оставшиеся с тех времён, когда у наших предков были более длинные челюсти) в настоящее время причиняют многим из нас боль и неудобства, но мало кому приносят заметную пользу; но они также не часто убивают нас и не препятствуют размножению.
Такие признаки я собрал здесь вместе под названием «излишества» — это «дополнения», которые могут быть у организма, но не обязательно. Это могут быть излишества в буквальном смысле — в виде «декоративных» участков кожи или шерсти, или таких вещей, как цветовые узоры, точное количество пальцев на ногах или способность менять цвет. Такие варианты могут дать вам как писателю наилучшую возможность получить удовольствие от своих инопланетян, придав им характер и индивидуальность. И в некоторых случаях они могут стать гораздо важнее, чем были изначально. Например, в некоторых условиях изменения цвета могут быть чем-то несущественным, но в других они оказываются весьма полезными для маскировки или общения.
Самоизменение
Наконец, следует подчеркнуть, что, как только вид приобретает способность перестраивать искусственным путём собственную генетику, все ограничения, связанные с естественной эволюцией, в значительной степени ослабевают. Люди в том виде, какие мы сейчас, совершенно неспособны постоянно жить под водой без технической помощи. Но мы можем представить себе создание генетически модифицированных людей с жабрами вместо лёгких, которые могли бы жить только под водой.[32] Аналогичным образом мы можем встретить либо на Земле, либо на их собственной территории таких инопланетян, которые видоизменили себя и приобрели облик, совершенно непохожий на тот, который унаследовали их «природные» предки. Это может привести к интересным недоразумениям, скажем, если группа людей пытается угадать, откуда прибыла группа инопланетян, анализируя их внешний вид и образ жизни.
НЕСКОЛЬКО СОВЕТОВ В ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Однако если мы ограничимся формами, эволюционировавшими естественным путём, суть предыдущих рассуждений скорее сходится с мнением де Кампа в том, что в условиях, подобных земным, предпочтителен более или менее гуманоидный облик — как минимум, в той же степени гуманоидный, что у обезьяны, дейнониха (разновидность мелких динозавров) или кенгуру. Но заметьте также, что даже в их случае обычно будут наблюдаться заметные различия, поэтому не
