И было охренительное чувство, что тот накал эмоций, что я чувствовал рядом с ним тогда, меньше не стал.
- Так... Святусь... давай завязывать, а?
- Да... все... - он отвернулся, откинул подушку, размял себе шею пальцами, потом резко поднялся. - Пойдем пожрем... Пора уже... Ян, наверное, уже помылся.
Свят глянул на меня, и я зацепился нервами за скользнувшее в его глазах смятение.
Из-за него...
Мы уже сидели за столом с вилками в руках, когда на кухню вошел Ян. Челка откинута, а кончики волос еще влажные после душа. На ободранной щеке снова не было пластыря, но выглядело не страшно, без воспаления.
Блин... как же хорошо, что Александра Геннадьевна была сзади меня, возилась возле плиты.
- Привет... - улыбнулся мне Ян, до этого мазнув взглядом по брату, которого недавно видел у себя в спальне.
- Привет, как ты? - мне пришлось постараться, чтобы в моем голосе было как можно меньше напряжения.
- Спасибо... я нормально. - Он сел напротив брата, украдкой его разглядывающего.
- Голова как? - тихо спросил я, Ян чуть поморщился. Мой вопрос можно было воспринять как угодно: как беспокойство из-за последствий драки, ну или из-за того, что он так нехило набухался. Просто элементарное похмелье...
- Терпимо... - он ковырялся в омлете, на него же и глядя.
- Я очень надеюсь, Ян, что твои вечерние походы наконец-то прекратятся на этом? - Мозаик глянул на маму, ожидающую ответа, потом на меня, замершего с куском бекона во рту.
Я не мог не смотреть сейчас на них обоих... На выражение глаз...
Напряжен был и Свят, он мял салфетку в левой руке, переводя взгляд то на брата, то на меня.
Мы не знали, что Ян сейчас ответит. А мама даже и представить себе не могла, что ее вопрос был для нас не менее важен, если не более.
- Ну... я могу пообещать, что если я куда-то и пойду, то... не один пойду... - буркнул он и откусил кусок булки. - С Дином... например... или... или со Святом...- пробубнил он с полным ртом, как будто старался этим скрыть то, что говорил.
- Ты действительно это обещаешь? - Александра Геннадьевна хотела быть уверена в его словах.
- Да... я же сказал, ма!
- Хорошо. Я верю. И еще... с этого дня дома вы оба не позже двенадцати!
- МАМА! - возмущенно возопили близнецы хором, и я, обалдев, не смог не улыбнуться. Они глянули друг на друга.
- Ну ты же знаешь, что мы часто на другой квартире! - продолжил за них обоих Свят.
- Да! - подтвердил Ян, и они вместе уставились на мать.
- Значит, после походов заходите домой не позже двенадцати, показываетесь, что живые и трезвые, и можете тогда идти туда, ясно? Иначе я у вас вообще ключи заберу!
- Ясно... - так же вместе ответили они, Свят шумно выдохнул, и потом мы продолжили завтракать.
- Ладно... ешьте, не буду мешать... - налив всем по большой кружке какао Александра Геннадьевна оставила нас одних, пожелав приятного аппетита.
Пару минут мы ели молча, втихаря смущенно друг на друга посматривая.
- Мы собираемся на квартиру... - Свят отпил какао, пристально всматриваясь в брата. - Я так понимаю, что тебе тоже бы с нами не помешало? А?
Я резко глянул на него... Твою мать! Ну слышали бы вы, каким тоном это было сказано! Резко, надменно...
Меня аж скукожило внутри, и так захотелось влепить ему такую оплеуху, чтобы в стенку впечатался!
Я несколько секунд, стиснув зубы, смотрел в его прищуренные глаза, метая взглядом молнии.
А это чудовище, делая вид, что ничего не произошло, вопросительно глядел на меня невинными глазками: "Что-то не так, милый?"
Святуся, блядь... дебилоид придурошный!!! Ну и хули вот строить из себя что-то сейчас, а? Ну не мне, знающему от и до его отношение к брату, показывать свой характер... Это мерзопакостное недоразумение еще и сделало вид, что не поняло меня!! Р-р-р-р-р...
"Убью...", - одними губами сказал я, раздувая ноздри. Свят, поиграв желваками, отвел взгляд.
Ян продолжал молча есть и, даже не глядя на нас, прекрасно ощущал этот беззвучный диалог, я в этом даже не сомневался, и лишь после его окончания поднял взгляд на меня.
- Мы поговорим втроем, ладно? - спокойно спросил я, он кивнул, слегка даже улыбнувшись, и, взяв кружку с какао, поднялся.
- Я буду в комнате... когда соберетесь, скажешь мне, ладно?
- Да, конечно...
Ян вышел, а через пару секунд я не выдержал, чувствуя, что Свят почти и не дышит рядом со мной.
- Мне. Тебя. Хочется убить... - тихо сквозь зубы сказал я, вставая и собирая посуду со стола.
- Не психуй... - буркнул Свят.
- Блин! Ну, как ты так можешь? А? Ну как, а? Черт...
Он подпер щеку, лениво гоняя вилкой остатки омлета по тарелке.
- Я не хотел... так получилось...
- Блядь! Урод ты моральный... Как въебал бы! - наклонившись, боднул его лбом в голову, матерясь шепотом. И тут же отстранился, пыхтя как паровоз, забирая из его руки вилку и тарелку со стола.
- Не-а, - вдруг выдал он, и я удивленно на него глянул.
- Что "не-а"?
- Ты не сделаешь этого... - икнув, заявила наглая морда, глядя на меня исподлобья.
- Это почему эта? - я сжал губы.
- А потому эта! Ты. Меня. Любишь, - объяснил он и без улыбки вздернул брови, типа только попробуй сказать, что это не так.
Я возмущенно хмыкнул и, отойдя от мойки, облокотился о стол, резко, почти впритык приблизив свое лицо к его, всматриваясь в узкие зрачки голубых настороженных глаз.
- Моя ты наивность... Так я, любя, тебе и въебу... Сильно любя, и въебу не слабее... Понял? - очень ласково сказал я и, солнечно улыбаясь, убрал себе за ухо прядь волос.
Но Святуся прекрасно знал, ЧТО скрывается сейчас за этой маской нежности и невинности.
Я был зол.
Очень...
***
- Тихо, милый... Тихо!! - придавив меня спиной к дверям с внутренней стороны своей спальни, борясь с моими отпихивающими его руками, он пытался заткнуть мне рот губами.
