Крейн безотчетно протянул руку, схватил банку с клеем, да как кинет! Банка прямиком угодила в ту странную штуку, брякнулась на пол и разбилась. Далеко разлетелись осколки, и все вокруг заляпал густой клей.
Блестящая штука тоже вверх тормашками свалилась на пол. Металлически позвякивая лапами, быстро перевернулась и дала стрекача.
Задыхаясь от омерзения и злости, Крейн нащупал тяжелый железный стержень, на который накалывали вырезки, метнул… Стержень вонзился в паркет перед самым носом удирающей дряни.
Железная крыса рванулась в сторону, да так, что от паркета щепки полетели. И отчаянно кинулась в узкую щель между створками стенного шкафа, где хранились чернила, бумага и прочее канцелярское хозяйство.
Крейн бросился к шкафу, с разбега уперся ладонями в створки и захлопнул их.
— Попалась! — пробормотал он.
Прислонился к дверцам спиной и попробовал собраться с мыслями.
Струсил, подумал он. Насмерть перепугался из-за какой-то блестящей штуковины, похожей на крысу. А может, это и есть крыса, белая крыса.
Да, но у нее нет хвоста. И морды нет. И все-таки она на меня глядела.
Спятил, сказал он себе. Джо Крейн, ты рехнулся.
Чертовщина какая-то, не может этого быть. Не могло такое случиться нынче утром, восемнадцатого октября 1962 года. Не может такое случиться в двадцатом веке. В обыкновенной человеческой жизни.
Он повернулся, решительно взялся за ручку — вот сейчас он распахнет дверцу! Но ручка не желала слушаться, и дверца не отворялась.
Заперто, подумал Крейн. Когда я ею хлопнул, замок защелкнулся. А ключа у меня нет. Ключ у Дороти Грэм, но она всегда оставляет этот шкаф открытым, потому что замок тут упрямый, никак не отпирается. Ей всегда приходилось звать кого-нибудь из сторожей, чтобы открыли.
Может, и сейчас отыскать сторожа или слесаря? Отыщу и скажу…
А что скажу? Что увидел железную крысу и она убежала в шкаф? Что я в нее запустил банкой с клеем и сшиб со стола? И еще целился в нее стержнем — вон он торчит посреди пола?
Крейн покачал головой.
Подошел, выдернул стержень из паркета, поставил на прежнее место, ногой отпихнул подальше осколки разбитой банки.
Вернулся к своему столу, взял три листа бумаги с копиркой и вставил в машинку. И машинка начала печатать. Сама по себе, он даже и не притронулся к клавишам! Он сидел и ошалело смотрел, как мелькают рычажки. Машинка печатала:
Не суйся, Джо, не путайся в это дело. А то плохо тебе будет.
Джо Крейн выдернул листы из машинки, смял и швырнул в корзину. И пошел в буфет выпить кофе.
— Знаете, Луи, — сказал он буфетчику, — когда живешь все один да один, поневоле начнет мерещиться всякая ерунда.
— Ага, — согласился Луи. — Я бы на вашем месте давно свихнулся. Больно у вас в доме пусто, одному прямо жутко. Вам бы его, как старушка померла, сразу продать.
— Не мог я продать, — сказал Крейн. — Это ж мой родной дом.
— Тогда жениться надо, — посоветовал Луи. — Нехорошо эдак жить одному.
— Теперь уж поздно, — сказал Крейн. — Не найти мне такую, чтобы со мной ужилась.
— У меня тут бутылочка припрятана, — сказал Луи. — Так подать не могу, не положено, а в кофе малость подбавлю.
Крейн покачал головой.
— Не надо, у меня впереди трудный день.
— Правда, не хотите? Я ведь не за деньги. Просто по дружбе.
— Не надо. Спасибо, Луи.
— Стало быть, мерещится вам? — спросил Луи.
— Мерещится?
— Ну да. Вы сказали: когда живешь один, всякое станет мерещиться.
— Это я так, для красного словца, — сказал Крейн.
Он быстро допил кофе и вернулся в редакцию.
Теперь тут все стало по-обычному. Эд Лейн уже кого-то отчитывал. Фрэнк Маккей кромсал на вырезки утренний выпуск конкурирующей газеты. Появились еще два репортера.
Крейн исподтишка покосился на шкаф. Дверца была закрыта.
На столе у заведующего отделом репортажа зазвонил телефон. Маккей снял трубку. Послушал минуту, отвел трубку от уха и прикрыл рукой микрофон, чтоб его не услышали на другом конце провода.
— Джо, — сказал он. — Это для вас. Какой-то псих уверяет, будто видел швейную машину, которая сама бежала по улице.
Крейн снял трубку своего аппарата.
— Переключите на меня двести сорок пятый, — сказал он телефонистке.
— Это «Гералд»? — услышал он. — Алло, это «Гералд»?
— Крейн слушает, — сказал Джо.
— Мне нужен «Гералд», — послышалось в трубке. — Я хочу им сказать…
— Вас слушает Крейн из редакции «Гералда». Выкладывайте, что у вас там?
— Вы репортер?
— Репортер.
— Тогда слушайте. Я вам все расскажу по порядку, в точности как было. Шел я по улице, гляжу…
— По какой улице? — спросил Крейн. — И как вас зовут?
— По Ист-Лейк, — был ответ. — Не то пятисотые, не то шестисотые номера, точно не помню. Иду, а навстречу катится швейная машина, я и подумал… Вы бы тоже так подумали, если б повстречали швейную машину, — кто-нибудь, думаю, ее катил да упустил. Она и катится сама. Хотя чудно, улица-то ровная. Понимаете, никакого уклона там нет. Вы ж, наверно, это место знаете. Гладко, как на ладони. И кругом ни души. Понимаете, время-то раннее…
— Как ваша фамилия? — спросил Крейн.
— Фамилия? Смит моя фамилия. Джеф Смит. Я и подумал, надо помочь тому парню, кто упустил эту самую машину. Протянул руку, хотел ее остановить, а она увернулась. Она…
— Что она сделала? — заорал Крейн.
— Увернулась. Вот чтоб мне провалиться, мистер! Я протянул руку, хотел ее придержать, а она увернулась. Будто знала, что я хочу ее поймать, вот и не далась, понимаете? Увернулась, объехала меня и покатила своей дорогой, да чем дальше, тем быстрей. Доехала до угла и свернула, да так ловко, плавно…
— Вы где живете? — спросил Крейн.
— Где живу? А на что вам это? Вы слушайте про машину. Я вам дело говорю, чтоб вы в газете написали, а вы перебиваете…
— Если я буду про это писать, мне надо знать ваш адрес, — сказал Крейн.
— Ну ладно, коли так. Живу на Норс Хемптон, двести три, работаю на машиностроительном заводе Эксела. Токарь я. И уж, наверно, целый месяц спиртного в рот не брал. И сейчас ни в одном глазу.
— Ладно, — сказал Крейн. — Валяйте, рассказывайте дальше.
— Дальше-то вроде и нечего рассказывать. Только вот когда эта машина катила мимо, мне почудилось, вроде она на меня поглядела. Эдак искоса. А как может швейная машина глядеть на человека? У нее и глаз-то нет, и вообще…
— А почему вы решили, что она на вас глядела?
— Сам не знаю, мистер. Так мне почудилось… Вроде как мурашки по спине пошли.
— Мистер Смит, — сказал Крейн, — а раньше вы ничего такого не видели? Скажем, чтобы стиральная машина бегала, или еще что-нибудь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
