фактам коррупции и хищения государственных средств в особо крупных размерах. За один только 1998 год к уголовной ответственности за получение взяток и разбазаривание казенных денег были привлечены около 20 региональных чиновников — губернаторов, мэров и их заместителей.
Параллельно Главная военная прокуратура возбудила уголовные дела в отношении высокопоставленных чиновников Министерства обороны РФ. Среди них — заместитель Главкома сухопутных войск генерал-полковник Антон Терентьев, заместитель командующего Военно-космическими силами генерал-лейтенант Владимир Власюк, бывший командующий Группой российских войск в Закавказье генерал-полковник Федор Реут и другие. Обвинения стандартные: злоупотребления должностным положением, растрата вверенного имущества, махинации в жилищной сфере.
В апреле 1998 года Генпрокуратура начала расследование злоупотреблений при проведении реставрационных работ в Московском кремле. Как выяснилось, должностные лица Управления делами Президента РФ получили несколько миллионов долларов США в виде взятки от фирмы «Мабетекс» за предоставление выгодного контракта. По материалам проверки было возбуждено уголовное дело.
Тогда же в поле зрения Генпрокуратуры попали российские олигархи Борис Березовский и Александр Смоленский. Первый проходил по громкому делу «Аэрофлота», второй — по делу о махинациях с подложными авизо. Но самое главное — после печально известного финансового кризиса августа 1998-го ведомство Юрия Скуратова инициировало расследование деятельности многих государственных чиновников, которые подозревались в махинациях на рынке ГКО. В числе подозреваемых оказались председатель РАО «ЕЭС России» Анатолий Чубайс, вице-премьер Валерий Серов, бывший министр иностранных дел Андрей Козырев, заместитель министра финансов Андрей Вавилов, а также дочери Бориса Ельцина Татьяна Дьяченко и Елена Окулова. Для многих из них запахло реальными уголовными делами и тюремными нарами.
Президент Борис Ельцин и олигарх Александр Смоленский — дружба навек
И вот тогда по государственному телеканалу «РТР», в ночном выпуске программы «Вести», был продемонстрирован документальный фильм «Трое в постели». На кадрах черно-белой кинопленки обнаженный мужчина развлекается с двумя голыми девицами. Ангажированные СМИ тут же окрестили барышень проститутками, а мужика — «человеком, похожим на генерального прокурора». Кто конкретно мелькал в кадре — так и осталось невыясненным. Да никто особенно и не старался это выяснить. Зато Кремль, давно мечтавший отстранить неугодного Скуратова, получил отличный формальный предлог расправиться со своим заклятым врагом. Вскоре после показа скандального фильма Юрий Скуратов был отстранен от занимаемой должности по указу Президента РФ.
Разумеется, уголовное дело в отношении гражданки Ефимович и ее антикварного магазина, равно как и другие, еще более громкие дела, не получили дальнейшего развития. Сама Ефимович, отпущенная из СИЗО под подписку о невыезде, моментально скрылась в неизвестном направлении. А руководитель ВГТРК Михаил Швыдкой, оказавший неоценимую услугу ельцинскому окружению (и самому себе!), продолжил блестящую карьеру на государственном поприще и вскоре дослужился до поста министра культуры.
Правда, спустя три года, уже после ухода Ельцина с политической арены, Генпрокуратура попыталась реанимировать «антикварное» дело, в котором был замешан Швыдкой. Но снова безрезультатно. Говорят, как только над шоуменом в очередной раз сгустились тучи, Путину лично звонила Наина Иосифовна и умоляла «не трогать Мишеньку»…
Впрочем, в качестве руководителя Всероссийской государственной телевизионной и радиовещательной компании, Швыдкой тоже умудрился стать фигурантом крайне неприятной истории. Осенью 2002 года аудиторы Счетной палаты России проверили телекомпанию «Культура» — дочернее предприятие ВГТРК — на предмет эффективности расходования государственных средств. Оказалось, что уровень финансовой отчетности в телекомпании был не многим лучше, чем в антикварном магазине «Акция».
Особенно это касалось выплаты авторских гонораров. Например, договоры с физическими лицами на создание авторских программ заключались без каких-либо расчетов и обоснований. Гонорары зачастую выплачивались в полном объеме еще до того, как работа была закончена. При этом согласно контрактам предусматривался длительный срок исполнения работ — в некоторых случаях несколько лет. В числе тех, кто неплохо кормился в качестве телеведущего, оказался и сам Швыдкой. Размер его гонорара за участие в телепрограмме «После новостей», например, составил почти миллион рублей. Неплохая прибавка к скромной чиновничьей зарплате!
Понятно, почему Михаил Ефимович и в дальнейшем, даже будучи министром культуры РФ, большую часть времени проводил за лицедейством в телестудиях, а не в министерском кресле за выполнением своих служебных обязанностей. Как раз в этот период времени, с 1999 по 2002-й год, Россия, напомним, навсегда потеряла «Утопию» Томаса Мора, альбом «Птицы Америки» и сотни других бесценных изданий и произведений искусства.
Битва за Москву. Православную
Более десяти лет в самом центре столицы, на Никольской улице, шла не видимая обывателю война. Камень преткновения — Заиконоспасский монастырь, занимающий не одну сотню квадратных метров дорогостоящей московской недвижимости. А воевали за монастырские кельи Патриаршее подворье и Российский государственный гуманитарный университет (РГГУ), основанный на заре рыночных реформ известным демократом Юрием Афанасьевым.
Впервые на этот район Китай-города любители гуманитарных наук (и московской недвижимости) положили глаз в начале 1990-ых. Мотивация такова: поскольку РГГУ появился на базе Историко-архивного института, здание которого находится на Никольской, то и все близлежащие кварталы нужно отдать свежеиспеченному вузу. Гуманитариев-демократов во главе с академиком Афанасьевым поддержали и демократически настроенные московские чиновники во главе с тогдашним мэром Гавриилом Поповым. Уже в марте 1992 года появилось постановление Правительства Москвы за номером 155, согласно которому земельный участок по Никольской улице, д. 7–15 передавался в бессрочное и безвозмездное пользование РГГУ — на развитие материально-технической базы университета.
Таким образом, университетская «база» существенно расширилась — в основном, за счет соседних Заиконоспасского и Никольского монастырей, а также здания Славяно-греко-латинской академии, Синодального печатного двора и других культурно-исторических памятников. И все тут же «забыли» о том, что всего несколько месяцев тому назад, летом 1991 года, Президиум Моссовета уже принял по этим строениям вполне однозначное решение: «О передаче зданий и сооружений религиозным организациям Московского Патриархата». Правда, утвердить это решение помешали события августа 1991-го. А потом наступила вожделенная демократия — и о решениях прежней, то бишь тоталитарной, власти сразу стало как-то неприлично вспоминать. Вот демократическая общественность и помалкивала…
Заполучив весомый кусок столичного пирога, Афанасьев и компания умудрились сдать в аренду все, что можно было сдать. В монастырских кельях в мгновение ока прописались многочисленные фирмы, кабаки и магазины. Например, первый этаж одного из зданий Заиконоспасского монастыря занял ресторан «Годунов». Одним из учредителей «Годунова» стал некто Нагапетян, большой друг академика Афанасьева, а также основатель ЗАО «Фонд развития внебюджетного финансирования гуманитарного университета». Именно эта организация и финансировала РГГУ путем тотальной сдачи в аренду не принадлежавших ей помещений.
Еще одна харчевня (вместе с торгово-развлекательным комплексом) появилась прямо под зданием Славяно-греко-латинской академии, той самой, где когда-то учился Михайло Ломоносов. Как выяснилось,
