Например про то, как прошел мой последний кооператив или как я свою первую старенькую машину не смогла найти под завалами снега, в результате почистила чужую.
Разумеется этого я не могла произнести вслух и почти всегда отмалчивалась, слушая их.
С ними было весело и я стремилась быстрее влиться в коллектив.
Даже с Алатрутосом почти подружилась. Относительно. Имя его наконец запомнила, но по привычке продолжала именовать парня Аликом.
Дрейком откровенно восхищалась. Не как мужчиной, скорее как начальником. Он разительно отличался от Кайлара по характеру и отношению ко множеству вопросов.
Внешне социопат, Дрейку была присуща скрытая сдержанность, холодная расчетливость и внимательность к деталям. Отличный психолог, до дотошности целеустремленный и харизматичный лидер. Он справедливо занял свою нишу и я отчетливо понимала его выбор профессии. Такой личности просто скучно жить иначе.
Временами мне казалось, что нет ничего такого, чтобы он не мог получить.
Но оказалось, я ошибалась….
Что произошло в жизни Дрейка, мне никто разумеется не рассказывал, но быстро захмелевший лекарь, известный мне под кодовым именем — Профессор, один раз сболтнул лишнего.
Это произошло во время наших скромных но веселых посиделок в гостиной штаба.
По традиции Алый и Серый отмечали завершенное дело и щедрые чаевые от заказчика, а я штудировала краткие биографии важных гостей на соревнованиях туманных скакунов в резиденции Тионов, стремясь запомнить имена.
Присоединяться к общему веселью в планах не было, но все-таки решила на полчасика дать отдохнуть глазам и подсела на диванчик с кружкой травяной бодрящей настойки.
Вот тогда и зашел случайный разговор про непоколебимость и неуязвимость Дрейка.
— Моя хорошая, что бы ты знала…ик…Он тоже делал ошибки и однажды даже со своими связями не смог удержать и не просчитал…ик, — Профессор снова икнул и прикрыл ладонями губы, — бу бу бу…я лишнего болтаю, но ведь можно понять нашего главного, он сколько тебя уговаривал к нам присоединиться? А, сколько?
Я выпрямилась, а Серый встряхнул лекаря:
— Завязывай, Профессор, тебе отоспаться надо.
— И пойду! Ик…просто только интуит можно почувствовать и найти…ик.
— Кого найти? — нахмурившись, пробежалась глазами по всем присутствующим. Они столкнувшись с моим взглядом, как по команде отводили глаза. Алик вообще засвистел, уставившись в потолок.
— Так, что происходит? — скрестив на груди руки, я решила насесть на самое слабое звено среди этих партизан. На Алика, — рассказывай.
— Да нечего рассказывать, — он растерянно развел руками, словно школьник, которого поймали в школьном туалете за курением, — ну да, Дрейку нужен интуит и ордену нужен. Что плохого-то? Сама работать согласилась. Надо будет — попросит тебя об услуге. А так я не в курсе.
— Понятно.
— Конечно, конечно…ик, — Профессор сонно обнял диванную подушку, — в неспокойное время живем…кхе-кхе…ик…в неспокойное время живем, а хозяин…он это…тебя ценит. А остальное — детские надежды и юношеские мечты.
Ребус, ребус. Что за детские надежды и юношеские мечты? Никто разъяснять мне не спешил.
Да и не надо. Я уважаю чужие личные границы.
Правда догадки у меня выстроились.
Дрейк не был женат и рано потерял мать, подробностей не знала. Возможно он желал найти близкого человека: маму или девушку. Или обоих.
Неужели железный и непробиваемый двоюродный брат Кайлара мог оказаться в душе таким…Готовым искать родную душу долго, упорно и тратить бесконечно много сил? А я не сомневалась, что он их тратил сверх меры. Одна вербовка Ванессы чего стоила. Уверена, что ему этот процесс до моего появления дался не легко.
В любом случае, он мне сильно помог и если Дрейк попросит об услуге, в рамках разумного разумеется, постараюсь помочь.
Сейчас передо мной стояла задача не ударить в грязь лицом перед своим боссом.
Качнув головой, освобла сознание от ненужных мыслей.
Сняв пышущий величием портрет эрр Тиона, я открыла запечатанный схрон. Положила ладонь на стопку бумаг и почувствовала…
Оно.
Достав нужный документ, пробежалась по нему глазами и убедилась — это он. Свернула бумагу трубочкой, обдумывая, куда лучше спрятать.
Как так вышло, что в не услышала шагов и не ощутила того, что больше не одна в кабинете?
Раздавшийся в нескольких метрах от меня вкрадчивый голос заставил тихо взвизгнуть.
— Вот мы снова встретились, — Кайлар учтиво опустил подбородок, словно в поклоне. Жест, который в данной ситуации воспринимался мной как издевательство. — Лазить по чужим вещам — плохая привычка, Кэтти. Тем более брать их без разрешения владельца.
И что мне ему сказать?
Да ничего! Я вообще не обязана перед ним отчитываться.
И ведь мысль верная и логичная. Проблема только в том, что это я сейчас стою в чужом кабинете и прячу за спиной украденную бумагу.
— Что же вы молчите, Кэтти? — мягко произнёс дракон, а у меня от этой мягкости в ушах задребезжало, словно услышала удар хлыста, — это Рей вас плохому научил?
С последними словами он сделал небрежный шаг в мою сторону и я попятилась, плотно стиснув зубы.
— Вам какое дело? — бросила ему в лицо, сжав ладонями свергнутый лист.
Кайлар вопросительно изогнул бровь, будто реагируя на вызов.
— Что вы прячете? — он кивнул на мои руки, заведенные за спину, игнорируя мой предыдущий вопрос, — что вы хотите забрать у Тиона?
— Не ваше дело, — холодно ответила. Дыхание сбилось, тело напряглось словно струна, но…
Всматриваясь в темные зрачки дракона, я поймала себя на мысли, что я не испытываю страха. Кайлар не делает резких движений и не спешит звать хозяина, обвинив меня в воровстве. Что у него на уме?
— Я ведь могу забрать и сам посмотреть, — приподняв уголок губ в оскале, Кайлар оказался совсем рядом. Это произошло так быстро, что я едва только успела выдохнуть:
— Не приближайтесь ко мне!
Но в этот момент его руки легли на мои локти, сжав. Одна из них скользнула к запястью, опаляя кожу пугающим жаром сквозь ткань рукава, а затем прикоснулся к моей сжимающей документ ладони.
Он не вырвал бумагу из моих рук, и не попытался причинить боль, но то как мы близко оказались к друг другу, почти прижавшись телами, подняло во мне волну обжигающей лавы.
Все вышло так неожиданно. Я вздернула подбородок, хватая ртом воздух и наши взгляды схлестнулись. Меня снова погрузило в золотую патоку. Она окутала сознание, а по телу разбежались странные токовые разряды, делая его невероятно слабым и податливым. Ослабли и мои ладони. Я почувствовала, как дракон схватил бумагу, а на его губах притаилась усмешка. Вот она как раз меня отрезвила.
— Прекратите, это мое! — задергав плечами, я постаралась вырваться.
В результате еще теснее прижалась грудью к его торсу. И снова необъяснимое
