Посмотри вокруг. Неужели тебе не нравится это уединение?
— Флоранна, что с тобой происходит? Я боюсь не за себя, а за тебя.
— Не сможешь меня защитить? Ты же мужчина.
— Ты запуталась в противоречиях. То пытаешься убедить, что мы здесь в глуши совсем беспомощны, то начинаешь нести бред про уединение. Думаю, что ты слишком много выпила.
Дейв взял Флоранну за руку и повёл к дороге, но она вырвалась.
— Никуда я с тобой не пойду! — крикнула она. — Я хочу остаться одна. Уходи!
— Флор, — парень потянул к ней руки, чтобы обнять, но она с силой оттолкнула его.
— Я хочу, чтобы ты ушел! Уходи! — Она не понимала, что происходит. В нос ударил странный запах, голова резко перестала кружиться, зрение стало стопроцентным, хотя она всегда страдала легкой близорукостью. Она помнила, что хотела сказать Дейву. — Между нами всё кончено. Уходи.
— Флоранна, я не понимаю. — Дейв растерянно смотрел на неё. — Всё было прекрасно. Что случилось? Что я сделал не так?
В глубине холма сверкнули чьи-то глаза. Девушка чувствовала его запах, и он манил ее.
— Если не уйдёшь сейчас, то пожалеешь, — произнесла она, повернувшись к Дейву спиной, а к тому, кто прятался за деревьями, — лицом. Она уже ощущала изменения на своём лице.
— Я не уйду, и ты знаешь почему, Флор, — твердил Дейв. — Я не брошу тебя здесь одну. Давай так, я провожу тебя до дому. Ты все хорошо обдумаешь, а завтра поговорим.
Раздался звук, средний между шумным выдохом и тихим рычанием.
— Разве ты не понял меня?
Флоранна резко развернулась.
На лице Дейва застыл крик ужаса.
ГЛАВА 7
Галатия
Астарот не сказал ей ни слова. Просто молча покинул её комнату, напрочь позабыв о картине. Галатия очень старалась мысленно убедить его сделать это, и, видимо, у неё получилось. Чувствуя в себе неусыпную, глубокую гордость, она с улыбкой на лице сказала себе, что отныне стала полноценной вампиршей. И речь идёт вовсе не об облике, а о силе, которой обладают зрелые вампиры. Персональный дар предвидения теперь не единственная вещь, которая была ей подвластна. Однажды она уже сделала это с Демоникой, когда та покидала холм, но тогда всё вышло на подсознательном уровне. В случае с Астаротом она применила силу намеренно.
Поправив кудряшки на голове и расправив складки на юбке, Галатия всё-таки вышла прогуляться. Разве можно сидеть дома в такую прекрасную ночь!
Сначала она пошла в центр, где устраивались поединки между особями. У вампиров свои развлечения и в эту ночь мужчины собрались, чтобы посмотреть эти бои, встретиться с друзьями, поговорить о делах и правлении, поделиться новостями. Как правило, женщины обходили это место стороной. Особи, бывало, становились неуправляемыми и могли схватить первого попавшегося вампира и, не глядя, нанести ему увечья. Никто не погибнет, но всё же это неприятные ощущения.
Заметив Морлека в стороне от толпы, Галатия направилась к нему.
— Даже вы сегодня соблаговолили посетить поединки, леди Галатия! Смею напомнить, что это немного опасно для вас. — Морлек являл собой истинное благородство. С виду и не скажешь, что каждый день он имеет дело с людьми.
— Я не собираюсь здесь задерживаться, — с деланной веселостью сказала Галатия.
Она обратила внимание на возбужденную толпу. Они скандировали имя самой сильной особи: «Низа! Низа! Низа!». За частые победы в боях Низа стал почетной особью короля. У Акила на этот счет были свои соображения. Он собирал крепкую армию на случай, если начнётся война. Эти бои — некий вклад. Галатия вздрогнула, вспомнив своё видение. Ей казалось, что в той войне, которая их ждёт, никакой Низа не справится. Не сила сыграет главную роль… а разум.
— Хотите, я составлю вам компанию? — предложил Морлек.
Галатия не смотрела на него, она была вся погружена в себя, свои мысли и ничего не волновало ее больше, чем будущее. Ей было интересно понять, с кем их расе предстоит воевать и почему они проиграют.
— Нет, благодарю. Я хочу побыть одна.
Девушка ушла подальше от скопления вампиров. На балконе старого каменного замка Галатия увидела отца и дядю. Астарот и Бьорн тоже были там. Они внимательно следили за боем. В эту ночь ничто больше не волновало вампиров.
Отвернувшись, Галатия пошла вдоль замка к подножию холма. Там лес. Спокойствие. А ещё там донорский дом. Она никогда не была внутри, никогда не видела людей из «Рен Ультио». Чувство любопытства раздирало ее так, что хотелось непременно взглянуть одним глазочком, что из себя представляет это место. И Морлека нет. Никто не станет задавать лишние вопросы.
Перед ней стоял двухэтажный каменный дом, огороженный колючим забором. В центре перед входом — железные ворота. Особи, охранявшие «Рен Ультио» не были заметны. Этому дому чуть больше ста лет. Раньше людей держали в подземелье замка, но Акил посчитал, что людей держать в королевском замке опасно, их нужно держать отдельно и хорошо охранять. Он отдал приказ построить дом и дать людям все необходимые удобства. Забота о донорах производилась лишь для того, чтобы можно было наслаждаться вкусом их крови, ее должно хватать всем жителям Вьюрэйского холма. Нет ничего хуже изголодавшихся особей, которые плюнут на все законы и начнут охотиться. Этого Акил допустить не мог.
Галатия стояла неподвижно, глядя на дом. Она ещё думала, пойти или не пойти, когда со стороны правого крыла послышался глухой стук. Девушка обошла дом за одну секунду и остановилась около колючего забора, вглядываясь в кусты. Ветки негромко шуршали. Потом послышалось лёгкое кряхтение. «Кажется, ногу подвернул. Вот не везёт!» — сказал кто-то.
Галатия посмотрела вверх. Решетка была наполовину отогнута. Крошечное отверстие не давало точного представления о том, какой комплекции человек смог оттуда вылезти. Но то, что это был человек, сомнений ничто не вызывало.
Галатии стало забавно. Что ответит ей этот человек, если узнает, что побег не удался?
— Может быть, я могу помочь? — тихо пропела она. Затем хихикнула, приложив маленький кулачок ко рту.
Из кустов резко выросла фигура. Блестящие глаза устремились на неё. Парень явно не ожидал и был напуган.
— Ты вампир? Хотя о чем я спрашиваю… — Парень прижался к стене, начал озираться по сторонам. — Позволь мне уйти. Пожалуйста. Я не хочу быть донором. Тихо себе взберусь на холм и скроюсь. Никто и никогда обо мне не услышит. А с моего языка не слетит ни единого слова о вас. Пожалуйста…
Галатия не двигалась. Веселье исчезло, словно его и не было. Это же парень с картины! Парень,
