— А ты откуда?.. — рыкнул полковник и, переводя злобный взгляд на Бейрута, покачал головой, но промолчал. Видно, понял, что сейчас хакера лучше не трогать.
Замелькали кадры ускоренной перемотки, но Славка не смотрел на мониторы. Сжимая в ладони заветную флешку, он решал, как запустить резервный план уничтожения «Синариона». Когда он вернулся к экранам, сражение в лаборатории закончилось, Дмитрий досказал о своих похождениях в ветеринарном институте, и, провожая его и незнакомого Славке светловолосого молодого человека, измученный профессор погасил свет.
— Ну?! — полковник в ожидании уставился на хакеров. — Что думаете?
— Если перенос искусственного разума состоялся, — Жора покачал головой, как будто не мог поверить, что говорит это, — тогда есть два варианта развития событий.
— Не тяни кота за хвост! — рявкнул полковник.
— Если этот разум… — Жора, не обращая внимания на окрики Коваля, задумался.
— Тромб! Его звали Тромб, — подсказал Славка.
Он приступил к реализации второй половины своего план. Необходимо было, чтобы полковник поверил в его сотрудничество и подпустил к «берложьим» машинам. Он понимал, что хакеры могут устроить разбор информации с дисков ветлечебницы на других компьютерах, и тогда его планы использовать винчестеры, как плацдарм для внедрения прона-уничтожителя, провалятся.
— Я и говорю, — продолжал Жора после недолгого раздумья. — Если Тромб и был «образумившимся Синарионом», тогда кроме цифрового мусора мы ничего не найдем. А если он, Тромб, только использовал возможности «Синариона» для своего развития, то вполне возможно, что когда он упаковал себя для переноса, «Синарион» возвратился к первоначальному состоянию.
— Что маловероятно, — вздохнул Бейрут и, поворачиваясь к монитору, исполнил на клавиатуре чечетку десятью пальцами.
На экране появилась командная строка, и в тот же миг черный экран вспыхнул тысячью символов.
Славка, затаив дыхание, ждал, что же будет дальше.
— Кстати, Потемкин что-то упоминал о программе, которую ты применил при запуске «Синариона», — цепкий взгляд полковника коснулся его сжатого кулака и тут же метнулся к глазам. — Покажи! — потребовал он.
Славка понял, что и в этот раз проиграл. Разжимая вспотевшую ладонь, он протянул Ковалю пластиковую флешку.
— Сколько времени вам понадобится, чтобы разобраться со всем этим? — поинтересовался полковник у Бейрута.
— Пока ничего сказать не могу, — не оборачиваясь, пожал плечами хакер.
— Ладно! Бейрут остается здесь, а ты со мной, — Полковник повернулся к Жоре. — Диски из ветлечебницы не забудь!
Славка понял, что события принимают наихудший оборот из всех возможных. Внедрить прона на компьютеры «Медвежьей берлоги» не удалось ни через диски из ветлечебницы, ни напрямую с флешки.
— А вы, молодой человек, тоже поедете с нами, — полковник шагнул навстречу.
Не отрывая взгляда от его лица, Славка попятился. Шаг, другой — спина уперлась в железные перила, а рука коснулась жесткого кожаного ремня. Он испуганно дернулся, неловко взмахнул рукой и, услышав грохот за спиной, непроизвольно обернулся. На мгновенье оторвав взгляд от рук полковника, он ощутил неприятный укол в шею. Свет померк. Некоторое время он еще слышал звуки, но и они постепенно отдалялись, как будто мир не торопясь убегал от него прочь.
— Все равно в ветлечебнице пришлось бы усыплять, — услышал он далекий голос полковника и отключился…
— Просыпайся! — донесся из темноты неприятный голос, противно вибрирующий в ушах и отдающий тупой болью в голове.
Сильные руки попытались поставить его на ноги, но Славка не устоял. Слабые коленки подгибались, не желая держать раздувшееся до невероятных размеров горячее тело.
— Дайте носилки! — донеслось из светящегося тумана над головой.
Он чувствовал, что его укладывают на холодное полотно и куда-то несут. Его руки вдруг стали невероятно тяжелыми и одна из них, соскользнув с носилок, рухнула куда-то в бездну. Она падала долго, пока сбоку, прямо у лица, не раздалось басовитое урчание, а лба не коснулось «нечто», прохладное и мокрое. Славка с трудом разодрал воспаленные глаза и сквозь болезненный прищур различил лишь расплывчатый силуэт, напоминающий голову теленка. С трудом фокусируя взгляд, он уперся в громадные собачьи глаза, а когда сенбернар лизнул его, ощутил, что больше не может сдерживать тяжелые веки — казалось, свет выжигает его мозг. Боль, исходящая из одного места, где-то над правым ухом, медленно распространилась по всему черепу. Затопив весь мозг без остатка, она эхом отдавалась в затылок — стоило ему хоть маленько пошевелить головой. Он еще раз попробовал приоткрыть глаза, но тут же закрыл их. Ему было страшно смотреть на свет. Его тошнило от света. Свет выворачивал его наизнанку. Сознание замерцало, как испорченная лампа. Оно то возвращалось на краткий миг, выталкивая из памяти знакомые иероглифы, плавно перетекающие в символы компьютерного кода, то снова отключалось, погружая его в темноту беспамятства.
Славка перестал воспринимать себя целостной личностью. Ему казалось, что он сходит с ума, и его многочисленные «Я», сливаясь с символами непонятного кода, медленно и неотвратимо проваливаются в черную дыру необратимого беспамятства.
Глава одиннадцатая
ПОТЕМКИН. С БОЙЦОМ НА БОРТУ
Что произойдет с подростком, если в его голове поселится «больной разум» — боец? И как отнесется к этому церковь?
После сражения в лаборатории Анатолий повез Дмитрия домой. Всю дорогу от «Медвежьей берлоги» он травил анекдоты, пытаясь развеселить задумчивого Потемкина, а тот, прислушиваясь к себе, выискивал признаки наступающего психического расстройства. В голове снова и снова звучал стон Тромба: «Переход не завершен! Вирусы! Уходи!»
Представляя последствия вмешательства проскользнувших за Тромбом вирусов, он разволновался так, что ни о чем другом, кроме предстоящего безумия, думать не мог. Лишь встреча с матерью и ее улыбающиеся глаза немного отвлекли его от мрачных дум, но стоило ему остаться одному, как прежние страхи вернулись с новой силой. Раз за разом в голове крутилась одна и та же мысль. «Сумасшедший!» — думал он и снова проигрывал самые гадкие сценарии развития событий.
Расправляя постель, он думал, что вряд ли в таком состоянии сумеет заснуть, но как только голова коснулась мягкой подушки, переполненный дневными впечатлениями, мозг тут же отключился…
…Холодный туман, постепенно отступая, рассеялся. Лишь в темных углах он просочился в расщелины между камнями — откуда как по команде выползли, выпрыгнули, выкатились полчища разнообразных жутких тварей. Извивающиеся скользкие черви, шуршащие сочленениями пауки, аморфные амебы — вся эта кошмарная компания двинулась в центр пещеры, к высокому светловолосому мужчине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
