Читаем без скачивания Сомалийский абордаж - Максим Шахов

– Никак нет. Пока предпринимаю меры к недопущению утечки информации. Спутниковый только у капитана, но на него можно положиться. От мобильных тут толку нет, а интернет-устройства сейчас соберут.

– Понятно. Тогда до связи!

– До связи, товарищ генерал!

Сунув телефон в карман, Виктор вернулся на мостик.

– Минут через сорок сообщил он вахтенному помощнику у нас будут гости. Наша подводная лодка скрытно подойдет. Так что следите по локатору, нам свидетели не нужны...

– Понял, товарищ полковник!

– Нож или ножницы есть?

– Сейчас!

Вахтенный помощник разрезал скотч на ногах пирата. Логинов поднял его за шиворот и спросил по-арабски:

– Ноги сильно затекли? Ходить можешь?

– Могу! – кивнул пират.

Виктор подтолкнул его к двери:

– Ну тогда давай на прогулку! Только смотри, не грохнись на трапе!

Минуту спустя Виктор был уже на шлюпочной палубе. Дверь каюты кубинца была открыта. Обставленный трофейным оружием Теофило сидел на мягком уголке и курил свои «Монте-кристо», выпуская под потолок аккуратные колечки дыма. На палубе в каюте тесной грядкой лежали пленные пираты.

– Ты как рабовладелец на плантации! – усмехнулся Логинов. – Плантация только маленькая... Заключенный Али Убад, не двигаться. Остальные, подъем! С вещами на выход!

Уведя рядовых пиратов в каюту Виктора, они с кубинцем уложили их там и крепко стянули скотчем ноги пленников, чтобы никого из них не потянуло на подвиги.

– Лежать-бояться! – сказал напоследок Логинов. – Кто сдвинется хоть на миллиметр, будет расстрелян на корме за попытку к бегству. Меньше народа, больше кислорода...

Вернувшись в каюту Теофило, Викторподнял Али за шиворот и усадил его на край мягкого уголка. Они с кубинцем расположились напротив. Логинов посмотрел на часы и сказал:

– Ну что, Али, времени у нас мало, поэтому сразу к делу. Меня зовут Виктор, это Теофило. Мы оба, как ты, конечно, догадался, сотрудники спецслужб. Название «Сувенир» тебе о чем-нибудь говорит?

– По-французски, это кажется, память?

– Ценю твое чувство юмора, но сейчас оно может сослужить тебе плохую службу...

– Пытать будете? Это противоречит международным конвенциям о правах человека...

– У меня два высших юридических образования, так что насчет конвенций лучше помалкивай. Пытать тебя никто не будет, Али. Нам нужен не ты, а «Сувенир» и его пассажиры. Что ты на это скажешь?

– А какие гарантии, что вы меня отпустите?

– А кто тебе говорил, что мы тебя отпустим?

– А какой тогда мне смысл возвращать вам «Сувенир»?

– А ты жить случайно не хочешь?

– Ну почему же...

– Ну вот тебе и смысл! Ну так что, Али? Каким будет твой положительный ответ?

– Да он был бы положительным, если бы не одна закавыка... – вздохнул Али Убад.

– Что за закавыка? – быстро посмотрев на Теофило, спросил Логинов.

Сомали, Пунтленд, незадолго до описываемых событий

Аарон проснулся рано утром от стука распахнувшейся двери. Приподнявшись на подстилке, он увидел бородатого сомалийца лет тридцати с лишним. Сомалиец был одет в местную одежду вроде хламиды с узкими брюками. Автомата у него не было, но в складках хламиды Аарон разглядел кобуру с пистолетом.

– Вставай! – сказал по-английски сомалиец.

Шагнув через порог, он поставил на пол плетеный поднос, на котором была какая-то подозрительная лепешка, странного вида каша и вроде как кусок жареной рыбы. Питья не было, поскольку Омар с вечера всучил Аарону трехлитровую пластиковую емкость воды. И на питьевые нужды, и на хозяйственные.

– Спасибо! – поблагодарил Шлиман и направился к подносу.

С виду еда казалась неаппетитной, но Аарон находился не в том положении, что привередничать. Подойдя к подносу, он хотел было наклониться, но бородач сказал:

– Это потом! Сперва к хозяину! Сказал привести!

Шлиман кивнул и вышел. Бородач посторонился и отконвоировал его наверх. Видно это был кто-то из, так сказать, домашнего персонала, в задачи которого входило обслуживание и охрана штаб-квартиры Али. Это лишний раз свидетельствовало об отличной постановке дела. Главный отличительный признак организованной преступной группы – это наличие специализации. У Али все было разложено по полочкам.

На этот раз принял он Аарона в своей спальне. Главарь пиратов сидел, скрестив ноги, на большой и низкой кровати. На нем был атласный халат с иероглифами. Спереди стоял поднос с кофе, бутербродами и кусками мяса на тарелке. Сбоку возвышался открытый лэптоп.

В развалившейся, одичавшей и впавшей в средневековье стране главарь пиратов начинал утро с просмотра новостей в интернете. Это дорогого стоило. Аарон вдруг подумал, что ему все-таки здорово повезло. Убад, несомненно, был если не одним из самых просвещенных, то, во всяком случае, продвинутых граждан Сомали. Вернее жителей, потому что термин «гражданин Сомали» был фикцией.

Бородач посторонился, Аарон вошел. Али Убад, жевавший бутерброд и запивавший его кофе, повернулся от лэптопа и улыбнулся:

– Доброе утро, господин Шлиман! Как спалось? – Одновременно Али кивком отправил бородача в коридор.

– Доброе утро! Спасибо, неплохо проговорил Аарон.

– Извините, что в таком виде, но у меня мало времени. Дел невпроворот. А то бы я предложил вам кофе... – засмеялся главарь.

Несмотря на вчерашние неприятности, он пребывал в отличном расположении духа.

– Ничего страшного махнул головой Шлема. – В кофе много кофеина, здоровее буду.

– Ну я пока на здоровье не жалуюсь оценил шутку Али. – Ну что, надумали насчет денег?

– Надумал кивнул Шлема. – Быстрее всего будет, если я свяжусь с человеком, с которым должен был встретиться в Бахрейне...

– Что за человек?

– Шейх Фарах. Шейх не в смысле шейх, а в смысле, что это имя. Хочу толкнуть ему партию китайских телефонов. В Европе они залежались, так что оптом отдадут совсем дешево. А в Бахрейне пойдут на ура.

– А стандартизация? – быстро спросил Али.

– Да это мелочи. У Фараха перепрошивка налажена.

– Ладно, это ваши дела. Будете связываться через интернет, электронной почтой? – кивнул на лэптоп Али.

– Да нет. Лучше позвонить. Сами понимаете, тут случай особый. Нужно, чтобы Шейх узнал мой голос...

– Понятно. Тогда быстро завтракайте и поедете со мной... Абдилле! – позвал Али бородача.

– Так а звонить? – растерянно спросил Аарон.

– Местоположение мобильного телефона очень легко определить. Так что позвоните из города...

Позавтракал Аарон через силу. Еда была никудышней, однако голодать было бы просто глупо. И Шлема съел все, что было на подносе – и черствую лепешку, и странную кашу и засохшую жареную рыбу, взявшуюся толстым слоем жира.

Потом в двери возник бородач. На этот раз с ним спустился более молодой и современно одетый сомалиец с автоматом. Его Аарон узнал. Это был один из тех, кто накануне встречал захваченную яхту на причале. Молодой сомалиец накинул на голову Шлемы темный мешок и только после этого вывел из дома, где запихнул в какую-то машину.

Несмотря на отсутствие визуальной информации, Шлема постепенно сориентировался. Запихнули его в большой джип. Он то ли изначально имел три ряда сидений, то ли это было сомалийское «ноу-хау» и сиденья просто присобачили в багажнике друг напротив друга.

На одном из них и сидел в одиночестве Шлема, пока из дома ни появился Али. Тут конвоир Шлемы запрыгнул на сидение напротив и захлопнул заднюю дверцу. Али уселся спереди, рядом с водителем, за ним расположились три охранника, и джип стартовал.

Поездка заняла примерно полчаса. Как и накануне от причала. Назвать ее комфортабельной было нельзя даже с натяжкой. Джип свои лучшие времена отжил еще в прошлом столетии. Если бы Аарону связали руки, он бы набил себе целую кучу синяков. Так же дело огрничилось двумя-тремя.

Шлема думал, что они остановятся по дороге, чтобы он позвонил. Однако джип экспрессом допилил до города и вскоре оказался в его центральной части. Судя по гаму и шуму, центр был запружен раритетными средствами передвижения вплоть до верблюдов. Джип, безостановочно сигналя, около десяти минут прокладывал себе дорогу в этом столпотворении, потом наконец выбрался и покатил быстрее, причем под уклон.

Вскоре Шлема догадался по запаху, что они приближаются к морю. Еще немного попетляв, джип наконец остановился. Али в сопровождении пары охранников куда-то ушел, двое других с водителем остались в джипе.

Вернулся к джипу Али Убад примерно минут через двадцать. Причем его проводил какой-то сомалиец. Говорили они по-английски, и Шлема из обрывков фраз уяснил, что Али договорился о ремонте яхты. Вернее о переделке. Ближе к вечеру «Сувенир» должны были пригнать для постановки в док.

Наконец распрощавшись с подрядчиком, Али с охранниками погрузился в джип и веселым голосом отдал какую-то команду водителю. Тот тронул джип с места, пару раз повернул и остановился. Дверцы распахнулись, сидевший напротив Аарона сомалиец сдернул с его головы мешок и быстро препроводил к задней боковой дверце джипа.