измерением времени.
Хеор начал удивленно выспрашивать, сколько часов в сутках на самом деле, и услышав ответ «не знаю, что-то около того и есть, плюс-минус пол часика» очень сильно удивился. После этого он еще долго расспрашивал паладина о времени, постепенно переключаясь на глобальные вопросы о мире. Но почти ничего не добился — Жан мало что знал о мире за пределами пещер. Старшие ученики не покидали Подземья. Никто здесь его не покидал.
За время нашего пути мы преодолели множество пещер — больших и малых. Дрима поразил удивительный природный купол, где сквозь десятки маленьких дыр пробивалось едва заметное сияние. На поверхности вовсю царила поздняя ночь. Но лунный свет после постоянного мрака пещеры казался почти что маленьким солнцем.
— Днем, конечно, тут красивее, — поделился Жан, полностью вернувший доброе расположение духа.
Там же на нас обрушились несколько гоблинов. Зеленые тощие карлики на фоне моховых скрытней казались нелепыми, а длинные носы и уши так вовсе забавными. Но они быстро заставили меня передумать.
Кипящая стрела оказалась почти бесполезна. Заклинание всё ещё почти не наносило никакого урона, только злило противников внезапной болью. Единственным вариантом было — умудриться попасть заклинанием врагу в глаза, ослепляя. Воистину, это заклинание годится только для пыток! Причем включая самого кастующего мага.
Потому я сконцентрировался на лечении. А лечить приходилось много.
Сразу за «куполом» нас атаковала новая волна зеленокожих. Они скалились как собаки и с нечеловеческой злобой рвались в бой с примитивными копьями и луками. Все они были пятнадцатого уровня и наносили довольно противные рваные раны.
Кроме того, наконечники некоторого оружия оказались отравленными какой-то пакостью, и по единогласному решению я был вынужден взять третьим заклинанием воды «снежную белизну».
Я честно рассказал, какие заклинания взял с собой, и в первый момент даже пожалел об этом, но затем быстро согласился с правильностью слов Жана.
Белизна была такой же простой, как стрела или восстановление — вся ее суть заключалась в очищении от яда и слабых проклятий. Вроде бы не самая полезная вещь, но ментор, не задумываясь, назвал с полдюжины часто встречаемых монстров, в борьбе с которыми это заклинание жизненно необходимо.
— У меня всего три слота, — возмутился тогда я. — Мне нужно хотя бы одно нормальное атакующее заклинание!
— Будут тебе еще места под заклинания, чего ты так переживаешь? — удивился Жан. — Качай интеллект, почаще пользуйся стихией и будет.
Все слишком устали, и никто даже не стал в очередной раз шутить на тему полезности моей кипящей стрелы.
О том, насколько это заклинание неэффективно в бою не высказалась разве что только пустотница. Да и то скорее потому, что считала меня своим другом и не хотела расстраивать. Но надолго ли? Особенно с учетом того, насколько я оказался слаб.
Однако новая информация о развитии возможностей была лучшим подарком за день. Выходит, я не застряну на трех заклинаниях навечно. Может, и мне удастся разыскать себе достойное оружие в будущем?
Наконец, мы вышли к реке. Хотя слова «вышли к реке» не передают и сотую долю того, что я увидел, ступив на то, что называли берегами Теплой. Место было… неописуемо. Достаточно лишь сказать, что около четырех часов мы потратили на спуск по довольно крутому склону пещеры. Добрые разумные существа здесь до нас выбили ступени, ведущие вниз. Но были они столь высоки, что порой во время спуска шаги начинали походить на прыжки.
И все эти четыре часа мы могли наблюдать широкую долину, раскрывшуюся перед нами внизу. Пожалуй, существа, вырубившие в камне эти ступени, и впрямь могли быть великанами. Я бы не удивился, повстречай я парочку здесь, у подземной реки.
Я назвал это место долиной, так как почти все пространство внизу было покрыто густой растительностью. На берегах Теплой росли вполне себе натуральные высокие деревья, а земля была покрыта не только мхом, но и травой с редким кустарником.
Подняв голову к потолку, я не удержался от удивленного возгласа. Когда остальные члены отряда последовали моему примеру, мы все на некоторое время застыли. Даже Жан, бывший в этом месте уже не один раз, не мог оторвать глаз от безумно далеких сводов пещеры.
Вверху пылали тысячи разнообразных кристаллов, хаотично группируясь по цвету. Это было похоже на настоящее звездное небо, только «звезды» казались намного ярче и пылали четкими контрастными цветами. В основном преобладал красный и зеленый, но небольшие вкрапления белого, голубого и фиалкового придавали картине особое великолепие.
Но и сам «фон» ни черный, ни синий, непохожий на то, каким было в моих обрывочных воспоминаниях настоящее ночное небо. В свете кристаллов, камни казались скорее бурыми, как песчаник. И все это, конечно же, между многих тысяч сталактитов различной формы и видов …
— Добро пожаловать на Кларифну, нубы, — поздравил нас Жан, картинно поворачиваясь к нам и разводя руками. Как будто бы это место ему всецело принадлежит. — Это условно-безопасная локация. Здесь мы и заночуем, прямо на берегу. Кому нужно искупаться — вперед. Воры — в разведку. Дрим — поможешь мне распалить костер. Остальные — за дровами!
Весть о ночевке была внезапной, но очень радостной. Наконец-то! Впрочем, бездельничать все равно не стоит. Кажется, это мой шанс доказать свою полезность отряду помимо пульта управления от Ласки и ходячей аптечки.
— Кстати, — начал я с деланным смущением. — Я мог бы заняться готовкой.
— Не нужно. У меня навык кулинарии восемь. Сам справлюсь, — буркнул Жан с нотками недовольства.
Вот это сейчас было неожиданно. Честно говоря, я очень надеялся на шанс проявить себя тут. Хотя.. На самом деле следовало предположить, что де Милу придумал что-то на этот счет. Да и как-то же они без меня справлялись. Почему-то я был уверен, что они давятся сухпайком. Но с чего бы?
— Хм, ну ладно. Тогда будем ждать вкусняшку.
— Ага, жди, — мрачно скривилась Лита. — Этот склизкогриб мне уже поперек горла стоит.
Судя по названию — это та гадость, которой нас кормили в «Данталиане». Едва припомнив вкус, вернее, полное его отсутствие, у этого вида грибов, я и сам не смог удержаться от повторения жеста воительницы.
Заметив столь красноречивое выражение наших лиц, де Милу хохотнул:
— Чего кривитесь? Привыкайте. Под землей ваш рацион будет таким почти всегда. Разве только крысу поймаете или грязекраба.
— Такого? — спросил я, доставая из инвентаря клешню.
За время пребывания там она ничуть не изменилась, даже оставалась немного
