– Конечно, милорд, – любезно ответила она Рендлену. – Я буду счастлива, отправиться с вами на прогулку.
– Чудесно. Я с нетерпением буду ждать вас. Мужчина поклонился и величаво удалился.
Наконец они прошли в ложу. Для виконта она имела очень выгодное расположение. Правда, сама сцена просматривалась отсюда не очень хорошо, зато те, кто сидел в ложе, были у всех на виду. А на такую женщину, как Линет, стоило посмотреть. Адриана несколько удивило то пьянящее ощущение, когда она опиралась на его руку. Ему было приятно осознавать, что каждый из присутствующих в театре мужчин завидует ему.
Линет была изумительна, и он не мог не испытывать чувства гордости за нее, мужской радости, что она, во всяком случае в этот вечер, принадлежала ему.
Задумавшись, он не заметил, что Линет споткнулась, и едва успел подхватить ее, чтобы она не упала на пожилого джентльмена.
– О, – произнесла девушка, – простите меня.
Когда Адриан взглянул на мужчину, он понял, что им сегодня действительно везет. По счастливой случайности это был, как раз тот самый господин, которого он рассчитывал заинтриговать. Приветливо посматривая на Линет, джентльмен учтиво сказал:
– Это была моя вина.
– Пожалуйста, – произнес Адриан, выходя вперед, – позвольте мне представить вас. Линет, это старый друг моей семьи. Томас Киркли, граф...
– Граф Сонгширский, – прервала она, приседая. – Добрый вечер, милорд. Примите мои извинения.
– О, Линет, дорогая, – проворковал граф. – Вы так повзрослели. Линет выпрямилась, щеки ее зарделись, движения стали скованными.
– Как я понимаю, вы уже знакомы? – протянул Адриан с едва уловимой досадой. Господи, да он всю последнюю неделю ломал голову над тем, как их познакомить. А они, оказывается, знают друг друга!
– Граф посещал службы в церкви моего отца, – пояснила Линет изменившимся вдруг голосом, который звучал непривычно высоко.
Адриан метнул на нее быстрый взгляд: лицо девушки горело, глаза смотрели с неприкрытым беспокойством. Виконт выругал себя за то, что не сумел предвидеть подобной ситуации.
Конечно, ему ни в коем случае нельзя было не учитывать возможности встречи Линет с кем-нибудь из прихода ее отца. Марлок приблизился к ней, чтобы как-то успокоить, но граф опередил его. Взяв руки Линет в свои, он дружески улыбнулся.
– Семья моей покойной жены жила в деревне, и мы почти каждое воскресенье с нетерпением ждали проповеди вашего отца.
Он взглянул на Адриана и подмигнул ему. Адриан улыбнулся и кивнул, понимая, что ему лучше держаться в стороне и позволить Томасу и Линет познакомиться еще раз. Граф Сонгширский был бы прекрасным мужем для Линет. Он имел положение в обществе и тридцать тысяч фунтов годового дохода. Он овдовел около пяти лет назад – достаточный срок, чтобы устать от одиночества и начать поиски новой жены. Ему было под шестьдесят, и его мучила подагра. За ним не водилось никаких грехов, поэтому он был бы подходящей партией для Линет.
И все же Адриану пришлось сжать руки в кулаки, чтобы не вмешаться в их разговор.
– Что ж, мисс Джеймсон, я рад, что вы решили обратиться к баронессе. Буду счастлив, если ваши надежды оправдаются.
Адриан почувствовал, как его спина напряглась. Значит, это граф Сонгширский дал Линет адрес его тетушки? Линет никогда не рассказывала, откуда она узнала об услугах виконта Марлока и баронессы. Она лишь упоминала о том, что иногда ей, дочери священника, доводилось слышать о вещах, которые не были предназначены для ее невинных ушей. Эта новость придала другую окраску присутствию графа Сонгширского этим вечером в опере. Адриан невольно поморщился, заметив, как тот властно держал Линет за руку.
Учитывая, что его ученица впервые появилась в обществе, виконт не мог допустить таких вольностей. Даже старый друг семьи не должен был заявлять на нее свои права. События разворачивались слишком быстро, поэтому Адриан сделал шаг вперед, чтобы увести Линет.
Но его снова опередили, и на этот раз его тетушка. Баронесса прошла впереди Адриана и, откровенно заигрывая, улыбнулась графу Сонгширскому.
– Милорд, – ласково произнесла она, – как чудесно, что мы встретились сегодня.
– Агата! – воскликнул граф. – Боже мой, Адриан, вы окружены красавицами. – И он склонился над рукой баронессы.
Тетушка покраснела, как школьница, но ее речь по-прежнему была певучей и ровной. Почти соблазнительной.
– Я получила ваше письмо с соболезнованиями по поводу кончины Горация. Вы даже не представляете себе, как много оно для меня значило.
– А теперь вы все вместе. Вместе с вашим племянником. – Граф обвел взглядом всех троих.
Виконт почувствовал, как тетушка напряглась.
– Адриан был очень добр ко мне, старой тетке.
– Ну, какой же старой, – машинально откликнулся граф, хотя его взгляд был прикован к Линет.
Вдруг их беседу прервал чей-то нетерпеливый возглас.
– Господи! Вот ты где! Мы уже начали беспокоиться.
Все повернулись и увидели дочь графа, привлекательную и очень богатую леди Карен. Она бесцеремонно втерлась между ними и взяла отца под руку.
– Идем, идем же, – капризно произнесла она. – Водевиль уже начался.
– Я приду через минуту, – ответил граф, нежно похлопав дочь по руке. – Я просто встретил старых друзей.
Молодая женщина смерила их холодным взглядом и презрительно скривилась. Для нее, как и для многих светских дам, не было секретом, что семья Марлока занимается сводничеством, зарабатывая на этом деньги. Женщины поняли это даже раньше, чем мужчины. Леди Карен потянула отца за руку.
– Идем, папа. Джеффри беспокоится за тебя.
Она повернулась к ним спиной, демонстрируя полное неуважение. Этого следовало ожидать, и Адриан не позволил себе расстраиваться по этому поводу. Однако Томас Киркли чувствовал себя неловко. К сожалению, он не мог сопротивляться леди Карен, которая продолжала тащить его прочь. Он виновато посмотрел на своих собеседников и поклонился со всей учтивостью. Его дочь по-прежнему тянула его за руку, и он даже споткнулся. Вскоре они растворились в толпе.
Марлок не шелохнулся; он хотел увидеть реакцию Линет. Тетушка, стоявшая справа от него, тихо выругалась. Для нее и Адриана такие сцены стали привычными, поэтому его беспокоила только Линет.
Это было важной частью ее первого вечера. Когда Линет появилась вместе с ним в своем полупрозрачном платье, она в глазах всех и каждого превратилась в девушку Марлока. До конца жизни ей придется мириться с подобным обхождением. Для нее очень важно сразу научиться справляться с подобными ситуациями.
Виконт взял Линет за руку и бережно повел в ложу. Он видел, что она лишь теперь начинает понимать, что произошло. Будучи дочерью священника, Линет знала только самое обходительное обращение. Первый раз в жизни она испытала на себе пренебрежительное отношение, причем не прикрытое, а демонстративное, с явной целью уязвить ее самолюбие.
