Читаем без скачивания На высотах мужества - Федор Гнездилов

«Четверка «фокке-вульфов», находившаяся до этого вверху, накинулась на Запаскина и Абрамишвили при выходе их из атаки. Однако гвардейцы встали в вираж и свели численное превосходство врага на нет. На помощь им подоспел со своим напарником Николай Пинчук, и «фоккеры» вынуждены были обороняться. Максимально используя преимущество «яка» на вираже, Абрамишвили занял выгодную позицию и первой же очередью сразил ФВ-190.

Старший лейтенант В. А. Баландин в этот момент обеспечивал своей четверкой непосредственное прикрытие бомбардировщиков. Наши летчики отразили попытки «фоккеров» атаковать «Петляковых». Один при этом они сбили.

Экипажи Пе-2 не без восторга наблюдали за боем. По возвращении на свой аэродром они прислали телеграмму. Выразили благодарность группе капитана В. И. Запаскина, заодно подтвердили, что наши гвардейцы уничтожили 4 «фоккера».

Тот бой еще раз убедил фашистов: когда в воздухе находятся «яки» с «белыми молниями» на бортах, с ними надо глаз держать востро. Еще с лета 1943 года гитлеровцы запомнили этот опознавательный знак наших истребителей и в бой с ними вступали осторожно, боязливо. Из показаний пленных нам стало известно, будто бы среди вражеских летчиков ходили слухи, что на истребителях с [155] «белыми молниями» летают Герои Советского Союза. Между тем в ту пору у нас не было еще ни одного Героя.

В течение зимы и весны 1944 года в полку произошли некоторые изменения в расстановке кадров. Командира 1-й эскадрильи С. А. Сибирина назначили поначалу штурманом, а затем заместителем командира полка. Ему присвоили звание майора. На фронте он находился с первых дней войны, накопил богатый боевой опыт, умело воспитывал и обучал летчиков. Он освоил почти все типы истребителей, отлично владел техникой пилотирования, воздушной стрельбой, навигацией. Словом, стал настоящим мастером своего дела. Эти качества у него сочетались с высоким мужеством. В каждой схватке с врагом Сибирин старался избегать шаблонных действий, умело применял маневр с целью введения противника в заблуждение, обеспечения скрытности, максимальной внезапности первой атаки.

Командиром 1-й эскадрильи стал капитан В. И. Запаскин, ветеран полка, прибывший с Дальнего Востока в начале войны. Скромный и немногословный человек, по национальности белорус, он отличался в бою исключительной храбростью. Перед ним неоднократно ставились наиболее сложные задачи. При ведении воздушных боев он часто применял новые, неожиданные для врага приемы.

В связи с переводом И. А. Заморина на должность штурмана 303-й дивизии командиром 2-й эскадрильи назначили В. Н. Барсукова. Он прибыл на фронт в августе 1942 года. Тогда же и состоялось его боевое крещение. Василий оказался способным летчиком, вскоре стал ведущим пары, затем его назначили командиром звена.

Фронтовая газета рассказывала о подвигах на фронтах войны двух Барсуковых - отца и сына. Отец - Николай Барсуков служил в стрелковом полку, сражался у берегов Волги. Он уничтожил столько фашистов, что сосчитать сделанные на прикладе автомата отметки было не так просто. Последнюю отметку сделали его друзья: он погиб в 1943 году.

К тому времени его сын Василий сбил 12 вражеских самолетов.

В июле сорок третьего, в дни Курской битвы, В. Н. Барсукова коммунисты принимали в ряды партии Ленина. Заседание партийного бюро проходило на стоянке истребителей. После выступлений Николая Мазурова и Сергея Зеленова, рекомендовавших Василия в партию, Барсуков заверил товарищей, что оправдает высокое звание коммуниста. [156] На этом заседание было прервано. Над КП полка вспыхнула зеленая ракета. Ушел в бой и Барсуков. В районе Козельска он сбил два фашистских самолета. И вернувшиеся из полета коммунисты принимали Василия в партию уже без дальнейшего обсуждения.

Заместителем командира 1-й эскадрильи назначили воспитанника Сибирина и Запаскина - Н. Г. Пинчука. На фронте он сражался с августа, а в полк прибыл в октябре 1942 года. Энергичный и острый на язык, летчик из Белоруссии очень скоро зарекомендовал себя отважным воздушным бойцом. Мастерство и храбрость у него сочетались со строгим расчетом. Николай Пинчук был одним из тех, кто в критические минуты боя, не страшась смерти, сразил фашистского аса таранным ударом. К концу 1943 года на боевом счету у него было уже 13 сбитых самолетов.

Во 2- й эскадрилье заместителем командира стал Н. Н. Даниленко. В полку он служил с весны 1942 года и поначалу находился как бы в тени, ничем особо не выделялся, был по натуре человеком тихим, не склонным к проявлению эмоций. Николай серьезно готовился к каждому бою и мало-помалу набирал опыт. Правда, со сбитыми самолетами ему долго не везло. Он настигал фашистов, стрелял в них почти в упор, но не видел, где они падали. А когда подводили итоги, молчал: неважно-де, на чей счет запишут сбитого врага.

В одном бою Даниленко расстрелял два «юнкерса», но опять-таки не обратил внимания, где они упали, снова промолчал. Вскоре в полк пришло подтверждение о сбитых самолетах, но Николай не сказал об этом Заморину, и сбитых «юнкерсов» записали на счет всей группы. Однажды он все-таки доложил, что сбил ФВ-190.

- Добро. Кто видел, что Даниленко сбил «фоккер»? - обратился Заморин к летчикам.

В том бою каждый был занят своим делом, и никто толком ничего не мог сказать. Лишь один летчик заявил, что видел сраженного врага, но, кто сбил его конкретно, сказать не мог.

Даниленко залился краской, подумал, что не следовало бы докладывать о том «фоккере». На душе остался какой-то горький осадок, чувство неловкости перед товарищами. А на следующий день в штаб полка пришло подтверждение о самолете, упавшем в том самом районе, где указал Даниленко. Заморин сердечно поздравил подчиненного с первой победой, хотя фактически она была далеко не [157] первой. С той поры Даниленко сбил еще 10 самолетов врага.

Выдвижение на новые должности оказалось удачным. Все командиры проявили себя с самой лучшей стороны. В звеньях и эскадрильях начинались их боевые биографии, ковалось мастерство, закалялись характеры. В боях против врага совершали они подвиги. Своими делами на земле и в небе, отношением к людям завоевали они право стать командирами, наставниками.

В авиации звено, эскадрилья и полк всегда были и будут кузницей воспитания кадров, той самой кузницей, где зарождаются новые тактические приемы, способы организации и ведения боевых действий, эксплуатации самолетов. Образно говоря, все, чего достигла авиация, так или иначе зарождалось в звене, эскадрилье, полку.

Наступил май 1944 года. Стояли теплые солнечные дни. Буйная зелень покрыла деревья и землю. В лесу у аэродрома с раннего утра и до позднего вечера звенели птичьи голоса. Все было настолько обычным и мирным, что казалось, нет уже никакой войны.

С наступлением теплых дней и окончанием весенней распутицы наземные войска и авиация врага стали проявлять все более возраставшую активность. Фашисты подтягивали резервы, строили новые и совершенствовали старые оборонительные рубежи и сооружения. За всем этим зорко наблюдали воздушные разведчики. И когда в лесах севернее Богушевска они обнаружили скопление войск и техники противника, наше командование направило туда группы бомбардировщиков. Одну из них приказали прикрыть двум эскадрильям нашего полка. А. Е. Голубов собрал командиров, объявил:

- Пойдут две восьмерки от второй и третьей эскадрилий. Обе поведу я. В группу непосредственного прикрытия назначаю вторую эскадрилью во главе с Барсуковым, в ударную - третью эскадрилью. Я пойду в паре с Матвеем Барахтаевым.

Затем командир полка изложил порядок действий групп при встрече с истребителями противника и во время воздушного боя.

Взлет и встреча «яков» с группой Пе-2 прошли нормально. Все взяли курс на цель. При подходе к ней Барахтаев доложил:

- По курсу слева под нами вижу две группы «фоккеров»! [158]

Голубов и сам уже заметил вражеских истребителей. Их было 16. Они шли с набором высоты. «Нужно непременно упредить их, нанести по ним удар, пока они не набрали высоту!» - решил командир полка и тут же дал указания:

- В бой вступаем ударной группой. Я атакую первую восьмерку, Серегин - вторую. Барсукову прикрывать «Петляковых»!

Используя преимущество в высоте, «яки» устремились на врага. Фашисты встали в вираж. Голубов и Барахтаев не упустили случая воспользоваться этим. После нескольких витков они зашли в хвост ведущей паре гитлеровцев и огнем из пушек и пулеметов сбили обоих. Два других «фокке-вульфа» бросились наутек.

Однако вторая четверка вражеских истребителей атаковала «яков» на выходе из пикирования. На помощь товарищам поспешили Василий Архипов и Дмитрий Тарасов. Мощным заградительным огнем они сорвали намерения фашистов, и четверка ФВ-190 полезла вверх. Преследуя ее, Архипов догнал и сбил один истребитель.