довольно просторный гроб. Видны крепления, похоже, она открывается сверху. Натуральный гроб. Сквозь щели было мало что видно, да еще и темно, но, кажется, повозка ехала по лесной дороге. Разговоров не слышно. Возница тихо покашливал и покряхтывал, усаживаясь на жесткой скамье поудобнее.
Похоже, весь путь с острова до материка Велия преодолела в бессознательном либо в мертвом состоянии, что, в принципе, одно и то же.
— Э… — хотела крикнуть Велия, но осеклась.
Голос был хриплым и каким-то булькающим.
— Эй, вы там! — откашлявшись, прокричала Велия. — Быстро выпустили, иначе до конца вашей резко сократившейся жизни сожалеть будете!
"Не укусить, так хоть погавкать надо," — подумалось некромантке.
Никто не ответил. Велия конвульсивно задергалась, пытаясь освободиться от пут. Она ясно понимала, что ничего не выйдет, но гнев и раздражение отключили рациональное мышление.
— Эй! Свиньи тупоголовые! Куда везете-то, скажите хоть, уроды! Молчите? Настолько недоразвитые, что говорить не умеете? Понятненько.
Велия вдруг вспомнила, что талисмана, который постоянно болтался у нее на шее, нет. Похоже, его сняли вместе с шарфом, поясом и вообще всем остальным, кроме штанов, рубашки и тем, что когда-то было перчатками. Даже обувь куда-то дели. Думали, что в подошве прячется маленький злой некромант, способный отомстить за нее? А ногам то холодно.
Еще немного поугрожав, Велия успокоилась. Кричать быстро надоело. Остаток пути пришлось ехать молча. По телу еще задумчиво бродили обрывки остаточной магии. Воспользоваться ею для освобождения невозможно, никаких сил не хватит на то, чтобы выпустить магию наружу, ведь именно это по воле альдора было под запретом. Использовать же магию "внутри" было разрешено. Велия пустила все на то, чтобы убедить свой организм приостановить текущие физиологические процессы. Что-то ей подсказывало, что кормить, поить или останавливаться и освобождать ее, чтобы отвести к ближайшим кустикам, никто не будет. Главное чтобы это все не слишком затянулось, иначе по телу могут пойти трупные пятна, которые долго проходят. Такой у этого полезного заклинания побочный эффект.
***
Уже второй день Альва тряслась в этой чертовой повозке. Ренс ранен, но, судя по тому, что за два дня без толкового лечения он до сих пор не умер, жить будет. Велия непонятно где. Даже не ясно, жива ли. На вопросы никто не отвечает, говорят, что все расскажут по прибытии.
Кандалы на руках и ногах порядком раздражали. Во-первых, передвигаться с ними тяжело, все-таки металл, во-вторых, цепь короткая, широкий шаг не сделаешь, а ходьба в стиле старой хромой утки особого удовольствия не доставляет. Хотя ходить особо много не приходилось. Кормежка раз в день с доставкой в повозку, остальное много времени не занимало. Ренс практически все время спал. Скука — вот что донимало больше всего. Да еще здоровенный мужик, которого посадили в телегу к Альве и Ренсу для охраны… Как-то странно он смотрит.
Конвоиры каждые несколько часов менялись, последний Альве совсем не понравился. Он сидел на скамье напротив и Альва, заметив его нехороший взгляд, потихоньку отодвинулась в угол и вжалась в стенку.
Мужик усмехнулся, крякнул и вдруг начал угрожающе подниматься со скамьи. Ренс, лежавший на полу, отвлекся от разглядывания досок, слегка повернулся и, хмуро проговорив:
— Вздумаешь обидеть — цепью придушу, — отвернулся обратно.
Мужик поразмыслил и решил, что Альва не настолько ему нравится. Он все же краем уха слышал про Ренса кое-что, и на основе слухов понял, что в случае чего, в одиночку он с ним вряд ли справится, даже с учетом того, что Ренс сейчас явно не в лучшей форме.
Остаток дня ехали спокойно.
Ночью третьего дня остановку решили не делать. Дорогу было видно, луна светила ярко, зажгли фонари и поехали дальше.
Ближе к полуночи откуда-то спереди раздался крик, приглушенный и неразборчивый из-за расстояния. Но Альва узнала в нем голос Велии.
"Значит, жива" — подумала она, тревожно вглядываясь вперед и приникая к дырке от сучка в доске.
Ничего нового видно не было.
— И все-таки, она жива, — озвучил Ренс мысли Альвы. — И, судя по тому, как голосит, относительно здорова.
— А может она от боли кричит. Слов не разобрать.
— Больные так не орут. И уж точно не угрожают. Я разобрал пару слов, — возразил Ренс, сев и прислонившись к стене.
— Может, прокричим что-нибудь тоже? Чтоб она знала, что мы здесь, — воодушевилась Альва.
— Орать будете — кляпы вставим, — пригрозил конвоир.
Альва нахмурилась.
— Как думаешь, что с нами будет? — спросила она Ренса.
— С нами? Не знаю, но ничего хорошего. Как и чего-то непоправимо плохого. Если бы хотели нас убить — убили бы давно. Скорее всего, мы попали сюда за компанию с Велией. И теперь будем отличными предметами шантажа, в случае если Велии на нас не наплевать. В этом я не до конца уверен. Да и смотря чего они хотят… В общем, не предполагай ничего. Позже узнаем.
Альва устала сидеть и переползла на пол. Она улеглась рядом с Ренсом, вежливым пинком попросив конвоира убрать ноги.
Пошел дождь. Настил из досок для такой погоды не подходил, подтекал в нескольких местах, но делать было нечего. Альва снова села, выбрала место, чтобы ей не капало на голову, и продолжила мысленно сокрушаться о своей нелегкой судьбе.
***
Невыносимо зачесалась спина. Ее удалось слегка почесать, поерзав на жестких досках. Волосы лезли в лицо и, как Велия ни крутилась, убрать их не выходило. В конце концов, один волос попал в глаз, и моргать стало больно.
— Это ж какой сволочью надо быть, чтобы так приковать девушку! Уроды! Чтоб вы сдохли, скоты! — заорала некромантка с новой силой.
Сбоку издалека раздался голос, коротко приказавший кому-то:
— Иди, посмотри.
Кто-то спрыгнул с повозки. Лязгающий звук. Похоже, повозка сзади была с дверцей, которая запиралась на ключ. Приятно, когда кто-то до такой степени заботится о том, чтобы ты никуда не делся.
— Что случилось? — спросил молодой мужской голос.
Тот, кто говорил, шагал следом за повозкой, которая по ночной дороге тащилась еле-еле. Велия сочла голос говорившего приятным.
— Что случилось? Все тело болит, или вообще онемело, шея сейчас отвалится, потому что крепления давят на горло, волосы в глаза лезут, а я их даже убрать не могу, а еще я вас всех ненавижу, а так ничего не случилось! — злобно и на одном дыхании выговорила некромантка.
— Освободить тебе даже одну конечность или ослабить крепления до прибытия я не могу, строго запрещено. Приедем мы уже рано утром. Будешь дальше кричать — придется вставить кляп. Волосы убрать?
Велия опешила от такого вопроса.
— Эээ… Давай.
Рука
