Порой всё это носило даже несколько комичный, абсурдный характер. Помню, например, как мне разъяснили, когда я пришёл на Олимпийский стадион со своей аккредитацией «Д», что сидеть мне полагается в секторе «Д», а вот входить туда почему-то через вход «С». И в конце концов, приставив ко мне специального распорядителя, повели кружным путём через вход для особо важных гостей, на что ни на каком другом спортивном сооружении мне моя аккредитация права не давала.
Наш пластиковый талисман, как уже говорилось, проверялся крайне строго. Я лично был свидетелем, как тщательно рассматривали контролёры пропуск, висевший на шее уборщика, вывозившего тачку с мусором. Даже маленькие разносчики протоколов и бюллетеней имели пропуска с фотографиями. Когда же двое английских туристов, неизвестно как раздобывших аккредитационные удостоверения у уехавших из Монреаля спортсменов, были пойманы с поличным, их немедленно арестовали.
Помимо непосредственной охраны мест соревнований и жительства спортсменов у полиции было ещё множество забот. Ну хотя бы в факельной эстафете. Шестнадцать монреальских полицейских приняли в ней участие. Или, например, массу хлопот доставило прибытие английской королевы Елизаветы. Яхта «Британия», на которой прибыла королева, во время стоянки в порту круглосуточно охранялась не только с берега, но и специальными агентами в костюмах для подводного плавания, охранявшими её в воде. Куда бы ни ехала королева, над её машиной постоянно висел вертолёт, уж не говоря о наземной охране.
Не менее тщательно оберегались и другие знатные персоны, прибывшие в Монреаль. Возле номеров, где проживали «особо важные гости», постоянно дежурили часовые королевской конной полиции. Огромная чёрная машина президента МОК носилась по улицам Монреаля под аккомпанемент сирен в сопровождении многочисленного эскорта мотоциклистов. Суета в целях безопасности лорда Килланина была такая, что, в конце концов, один из охранников-мотоциклистов сам попал под автобус.
Охраняли и брата иранского шаха Пехлеви, и дочь английской королевы — принцессу Анну, которая, как известно, входила в состав английской команды по конному спорту, и её мужа. Кстати, и лошадь её имела специальную охрану.
Вообще, в силу обилия знатных зрителей и участников места скачек в Бромоне охранялись особенно строго. Полиция вдоль пути стояла сплошняком, держа под наблюдением с помощью мощных биноклей окрестные кукурузные поля. Впрочем, как писал «Журналь де Монреаль», «эти меры могли объясняться и высокой стоимостью привезённых лошадей, доходившей до 50 тысяч долларов».
Иранский генерал, руководитель Совета спорта этой страны, никуда не ходил без толстого усатого телохранителя из канадской службы безопасности. Особо охранялась израильская делегация. Как с удовлетворением отмечал её руководитель, «здесь больше полицейских, чем в Тель-Авиве» (!).
Такая сверхбдительность порой приводила к забавным случаям. Вспоминаю, например, эпизод, которому сам был свидетелем. Во время заседания бюро одной из международных федераций неловко открывший дверь делегат слегка расшиб лоб другому делегату. Присутствовавший при этом председатель протокольного отдела Оргкомитета позвонил портье, сказал, что «поранился» человек и его надо отвести к врачу. Через несколько минут в помещение буквально ворвались отельный детектив и агенты службы безопасности. Они хотели знать, кто ранен и при каких обстоятельствах, и гораздо больше напугали своим вторжением пострадавшего, чем злополучная дверь.
И всё же газеты нет-нет да и сообщали очередную сенсацию о промахах охранников. Некий Донован, сам бывший полицейский, заявил, что в системе охраны много щелей, и, чтобы доказать это, раздевшись, проплыл на заре до стоявшего в порту миноносца, взобрался по якорной цепи на палубу, спрятал на борту картонную коробку и вернулся на берег. После чего сообщил обо всём в полицию, которая тут же объявила тревогу, пока не нашла злополучной коробки. В другой раз в самой Олимпийской деревне, куда нельзя было проносить даже ножи, охотно покупавшиеся спортсменами как сувениры (их конфисковали у входа и возвращали после Игр), были обнаружены винтовки «ремингтон», которые приобрели проездом в США новозеландские спортсмены и пронесли в деревню.
Большой переполох вызвало обнаружение в деревне нигде не аккредитованного и не зарегистрированного обитателя, который две недели спокойно жил в комнате у своего друга — канадского спортсмена спринтера Робера Мартена. Интересно, что этот нелегальный «олимпиец» сам был полицейским инспектором; находясь в отпуске, он сумел воспользоваться гостеприимством приятеля. Кончилось это печально. Из деревни был выдворен не только незаконный житель, но и сам канадский спортсмен, которого за нарушение дисциплины изгнали из команды и дисквалифицировали.
Прибавьте к этим волнениям многочисленные шутки дурного тона неизвестных лиц, звонивших в полицию с сообщением о подложенных бомбах. Так, только за один день 16 июля в полицию поступило подряд четыре сообщения. В 11.15 утра кто-то позвонил и сообщил, что в здание Оргкомитета подложена бомба. В 11.19 поступил сигнал, что заминировано полицейское управление. Затем, что бомба спрятана под консолью 17-а Олимпийского стадиона, а после этого — что бомба заложена возле колонны Ж-5. Специальная команда «Альфа», составленная из опытных подрывников, немедленно выезжала на место и ничего не обнаруживала, кроме бумажных мешков, наполненных мусором. «Будем надеяться, — писал „Журналь де Монреаль“ с тоской, — что эти „шутники“ перестанут забавляться и тратить зря время, заставляя терять время и всех других людей».
Были, впрочем, и другие «шутники». Так, один американский болельщик был схвачен полицией в то время, как он собирался пройти в зал «Морис Ришар» с пистолетом в чемоданчике. При допросе выяснилось, что болельщик сам полицейский из Нью-Джерси в отпуске. Он приехал просто посмотреть Игры и объяснил, что американские полицейские настолько привыкли всегда и всюду ходить с пистолетами, что без них чувствуют себя «словно голыми» (!).
Впрочем, что при всём могуществе мобилизованной для охраны Игр полиции в некоторых вопросах она была абсолютно бессильна. Так, советскому читателю будет трудно понять беспомощность полиции в борьбе со спекулянтами.
Спекуляция билетами достигла во время Монреальской олимпиады неслыханных размеров. Так называемые «скальперы» (охотники за скальпами), среди которых было много международных специалистов, заранее закупив сотни билетов, почти открыто торговали ими, зарабатывая, как сообщали газеты, до 5 тысяч долларов в день. Так, за билеты на церемонию открытия и закрытия, на финалы гимнастики, плавания, бокса цена доходила до 200 и более долларов, т.е. в 10, 20, иногда даже в 50 раз превышала официальную!
При этом некоторые, мягко выражаясь, странности канадских законов запрещают полиции конфисковать билеты, «не выставляемые публично». Поэтому, держа один билетик в руке, а сотню в сумочке, висящей на груди, «скальперы» громогласно предлагали свой товар, по существу, ничем не рискуя. Иногда их задерживали и налагали штраф… 40–50 долларов — пятая доля от цены за один из сотен продаваемых ими билетов.
Хотя общая преступность во время Игр упала, что, по мнению городской полиции, объясняется большим сосредоточением в Монреале войск и полиции, некоторые её виды достигли небывалого расцвета. Это относилось, например, к проституции и карманным кражам. Так, за один только день 21 июля и только возле Олимпийского стадиона были задержаны 18 карманных воров «международного класса», прибывших из других стран.
Если не считать карманников, то, пожалуй, единственной нашумевшей кражей в те дни было похищение в одном из павильонов бывшей Монреальской всемирной выставки каскетки с головы манекена барона де Кубертена. Вернувшему каскетку была обещана награда в 50 долларов.
Отмечу как забавный факт, что если небольшим штрафом отделывались спекулянты, то штраф наряду с другими автомобилистами пришлось платить и полицейским, поставившим свои машины в неположенном месте возле Олимпийского парка.
Разумеется, все меры безопасности, которые принимались в Монреале, имели главной целью избежать «нового Мюнхена», иначе говоря, террористической акции безответственных элементов. А между тем то и дело возникали различные причины для тревоги. То звонили в деревню и грозились убить Надю Команечи, то такую же угрозу высказывали в адрес Валерия Борзова или американского прыгуна Дуайта Стоунза. Интерпол сообщал, что через Австралию проследовала группа террористов, направляющаяся, скорее всего, в Монреаль. Задержанный на границе с США (охрана которой, кстати, во время Игр была значительно усилена) опасный преступник сбежал. В самом Монреале двое неизвестных случайно выронили на улице пакет, в котором оказались гранаты, и скрылись. В одном из домов города были обнаружены 64 динамитные шашки.
