морального пренебрежения! А ты не можешь защитить!
Вампиры впали в спячку. Если так можно выразиться. Они высохли. Стали похожи на скелеты, на руках которых висят цепи. Я знаю, что они все слышат. Дмитрий говорил об этом. Если вампира высушить, то для него это хуже, чем ад. Он превращается в прах, который можно оживить, если не дать ему развеяться по ветру. Для оживления потребуется лишь кровь. Много крови. Потом, по рассказам Дмитрия, такие вампиры очень редко приходят в себя. Они становятся настолько повернутыми на крови, что истребляют города. Они вампирские психи. А есть те, кто не свихнулся за время этого забвения. Но их очень мало. И забвение длилось недолго. Не больше нескольких недель.
Марго. Ей тоже сейчас тяжело. Ее бьют, как и нас, и это ужасно.
— Гнида! — плюнул я вампиру в лицо. Он озверел, обнажил клыки, отошел на несколько шагов и потом на нес со всей своей вампирской силой удар. Мне показалось, что у меня череп треснул. Но нет. Это был хруст стула, который разлетелся подо мной и превратился в щепки. Я отлетел в угол, но особого вреда мне этот удар не принес. Почему — то.
Потом я почувствовал небывалую силу, и вместе с ней пришла боль. От ускоренного срастания костей. Они срастались даже быстрее, чем раньше. Мощь, которая нахлынула на меня, буквально в момент отрезвила меня. Я как будто проснулся от глубокого сна. Значит, чары сняты, и я могу…
Я не стал додумывать мысль, а начал обращение. Переломанные кости вновь ломались, но уже в нужных местах, меня окутывала мощь моей второй натуры. И когда вампир Дрейк осознал, что происходит, он впал в транс. Видимо, он никогда прежде не видел оборотней в их настоящем обличии и не знает, что ему лучше сейчас бежать.
Да, я был еще слаб, весь в крови и чуть прихрамывал, но я был собой. Оборотнем, одним из сильнейших в стае. Я надвигался на него не спеша. И похоже, когда его куриные вампирские мозги заработали, он бросился бежать. Не удастся! Я перепрыгнул его и перекрыл ему путь к выходу. Его глаза забегали, он напрягся и приготовился к схватке. Только я не собирался затеивать с ним бой. Я прыгнул на него, повалив передними лапами. Он брыкался и в какой — то момент, ударив по больной ноге, ему удалось меня скинуть. Но эта удача длилась недолго. Я настиг его практически у самой входной двери. Передние лапы я закинул на его плечи и зубами оторвал голову. Длилось это каких — то пару секунд. Голова откатилась в угол, а тело рухнуло прямо на лестнице. На зубах вкус вампирской мертвечины. А моя ненависть лишь нарастала.
В этот момент открылась дверь и появился другой вампир. Я зарычал и приготовился к прыжку.
— Стой! — его голос был холодный, но в нем не было презрения. — Меня зовут Николас. Я на вашей стороне. — Я встал ровно. Я не чуял угрозы. — Ты нужен Вивьен! — Я мгновенно напрягся. Вивьен. Что с ней?! — Идем. — он повернулся и уже сделал пару шагов. Но я не сдвинулся с места. Здесь была моя семья. Им сейчас нужна моя помощь, моя поддержка. Я не могу уйти и бросить их. Я повернул свою мохнатую, обросшую голову в сторону клеток. Видимо вампир проследил за моим взглядом и сказал. — Скоро с ними все будет в порядке. Но сейчас Вивьен требуется твоя помощь! — потом он помедлил. — Она собирается убить Аларика! — этого нельзя допустить! Если она попытается убить его, то умрет сама, а ему ничего не будет! Ее нужно остановить! Я решительным взглядом посмотрел на вампира передо мной. Осторожно кивнул. Тот двинулся прямо по коридору, а я за ним.
Мы плутали по коридорам, хотя вампир бежал уверенно и быстро. Несколько раз мы останавливались, вступали в бой, убивая других вампиров, и бежали дальше.
Но мы не успели. Когда, мы оказались у небольшого зала, у входа, которого валялись разорванные тела вампиров — охранников, белокурая женщина вонзила серебряный кол в сердце самопровозглашенного короля. А Вивьен… Тело моей возлюбленной бездыханно лежало недалеко от стола. На ее прекрасном лице застыло выражение ужаса, а глаза были пусты. Она мертва.
Я сел и завыл. С её смертью рухнул мой мир! С ней умер я!
Я люблю тебя, Вивьен!
***
Три дня спустя.
В замке был создан импровизированный госпиталь. Эстер, та самая белокурая женщина, являлась королевой вампиров и хозяйкой Двора. И она убила своего сумасшедшего брата. Она разогнала толпу кровожадных вампиров, которые были на балу. И сейчас бережно следила за мной, моей семьей и друзьями. Постоянно давала какие — то лекарства и следила, чтобы мы ни в чем не нуждались. Она добрая и искренняя женщина, но с очень печальным лицом.
За эти три дня она со всей своей сворой ведьм и колдунов подлатали нас физически. Но никто не смог подлатать нас морально. Мы многое потеряли. И никто из нас уже не будет прежним. Мы прошли через ад на Земле. И теперь мы хватаемся за жизнь, сильнее чем за воздух.
Не все конечно. Мне не нужна жизнь без тебя. Но я буду жить ради своих родителей. Я так боялся тебя потерять. Я надеялся, что все мои сны — плоды моего воображения! А они оказались правдой!
Ты спасла нам жизнь, ценой своей. Таких как ты не бывает. Таких как ты, больше не будет.
— Эстер. — позвал я королеву. Конечно, не так ее следует называть. Но она сама запретила обращаться к ней «Ваше Величество». Она подошла ко мне. Я лежал в гипсе. Сломанная нога оказалась не единственным сложным переломом. Было сломано бедро, которое при обращении начало срастаться неправильно. Его ломали заново. И так три раза. И не только бедро ломали. Еще ребра и плечо. Делали операцию на позвоночнике. Больно до жути. Но не больнее, чем знать, что Она мертва. — Ну как? — Эстер посмотрела на меня. Ее взгляд был тяжелый, наполненный болью и виной.
— Никак. — тихо произнесла она. — Маркус, ее тело отторгает ее сердце. — она сделала паузу. На глаза проступили слезы. — Боюсь, что для нее это конец. — она поджала губы и пошла прочь.
Конец. Слова Эстер эхом звенели у меня в ушах. Для нее это конец.
Спустя два дня мои кости уже срослись и мне уже было позволено сидеть на кровати и даже недалеко ходить! Это очень хорошо. Я надеялся, что Эстер разрешит
