мою руку. Оглянулся на остальных и понизил голос:
― То есть теперь ты заявляешь на неё права?
Подавляя желание дать подзатыльник этому придурку, я закатил глаза и пошёл за Амалией.
***
На этот участок пути через Разлом у нас ушло слишком много времени. Амалия старалась поспевать, но она не привыкла к таким походам. Мы часто делали остановки, позволяя принцессе восстановить дыхание и протягивая ей бурдюки с водой.
Хотел бы я сказать ей, что как только мы доберёмся до Дрейгана, будет проще, но это была бы неправда. Ничто из того, что ждало нас впереди, не принесёт ей утешения.
― Я в порядке, ― выдохнула она, поднимаясь с булыжника, на который присела ранее. Она выглядела до смерти уставшей, но мы всё равно продолжили путь, подбодряемые изменениями в ландшафте. Земля становилась ровнее, а значит приближается обрыв.
Густой туман стал темнее ― скорее серого, чем белого цвета. Солнечного света на такой глубине не было видно. Мы рассчитали время так, чтобы сейчас было после полудня, но скоро начнёт темнеть. Здесь день длился всего несколько часов. Не хотелось бы упустить это окошко. Нам уже случалось пересекать Разлом в темноте ― в этом мало приятного.
― Нам надо поспешить, ― пробормотал мне Льюис. ― Уже вечереет.
― Думаю, мы уже близко.
Заметив впереди непроглядную тьму, я облегчённо выдохнул. Добрались.
Глубокая чёрная бездна. Разлом словно бы поглощал весь окружающий свет своей необъятной пастью. Он тянулся с востока на запад ― глубокая рана на теле земли.
Амалия ахнула, увидев его. Её ладонь потянулась к моей, словно в поиске поддержки. Поддержки, которой я не мог ей дать на глазах у своих людей.
― Не смотри вниз, ― сказал я ей, когда мы остановились на настоящей границе, отделяющей Ренову от Дрейгана.
― Какая здесь глубина? ― прошептала она.
― Никто не знает.
И тогда она задала вопрос, которого я боялся с тех самых пор, как понял, что мне придётся каким-то образом провести через границу притягивающую неприятности принцессу.
― И как мы перейдём эту пропасть?
― Вон тем путём, ― Льюис показал вправо.
Мы последовали за ним, разом замолчав. И хотя здесь не было никакого ветра, который мог бы завывать, из глубин Разлома донёсся странный вой, похожий на женский плач.
Я размял шею, приготовившись к нападению неизвестного.
― Что это? ― спросила Амалия.
― Ничего, ― сказал я. ― Иди дальше.
Потихоньку мы дошли до точки пересечения. Самое узкое место Разлома можно было пересечь по доскам ― простейшему мостику над самой глубокой и тёмной бездной в мире.
― На месте, ― облегчённо выдохнул Брейт.
Я почувствовал, как рядом со мной напряглась Амалия, и я знал, о чём она подумала: что ей никогда не перейти этот мост.
― Я пойду первым, ― предложил Морган. Ему был неведом страх, как и в принципе инстинкт самосохранения.
― Страховку, ― скомандовал я, когда он направился к доскам.
Морган закатил глаза.
― Серьёзно, Риз?
― Хочешь разведать дно Разлома? Бери страховку. Это приказ.
Рыцарь выругался под нос, но подчинился.
― Для чего нужна страховка? ― спросила Амалия, хотя судя по её голосу, она не очень-то жаждала услышать ответ.
Я указал на ещё один крюк, закреплённый в скале у края обрыва.
― Из соображений безопасности, ― пояснил я. ― Если кто-то оступится, верёвка его удержит, и мы сможем его поднять.
― Кто-нибудь уже падал?
― Давайте уже пойдём, ― оборвал разговор Триндон, обходя меня и вставая в очередь.
Я ухмыльнулся за его спиной.
― Триндон.
― Аа, ― протянула она и не сдержала нервный смешок.
Морган быстро и без расшаркиваний пересёк мост и перекинул страховку обратно через Разлом. Триндон пошёл следующим, делая всё специально нарочито, хотя у нас не было на это времени. Затем был Брейт, у которого плохо с чувством равновесия. Здоровяк опустился на четвереньки, ещё больше напоминая медведя, пересекающего узкий мост.
На полпути он затормозил.
― Ты справишься, Брейт! ― крикнул Кейб.
Брейт рыкнул на младшего брата, чтобы тот заткнулся, и продолжил карабкаться дальше, в итоге всё-таки перебравшись на другую сторону.
Остальные перешли один за другим. За считанные минуты в Ренове остались только мы с Амалией.
― Иди первая, ― сказал я.
Она дрожала, как осиновый лист, но всё-таки надела страховочную систему.
― С тобой всё будет хорошо, как и в прошлый раз, ― заверил я, затягивая ремни и стараясь не думать о том, что мои пальцы касаются её бёдер. ― Даже если ты упадёшь, я вытяну тебя.
― Зачем я на это подписалась? ― нервно рассмеялась она. ― О чём я только думала…
― Ты думала о том, как спасти своего брата, ― тихо ответил я.
Амалия посмотрела мне в глаза и кивнула. Затем сделала глубокий вдох, набираясь смелости.
― Верно.
― Да.
― Я справлюсь.
Я улыбнулся, и её лицо просияло.
― Ты сможешь.
Расправив плечи, она развернулась к пропасти. Подняв руки, чтобы балансировать, она осторожно ступила на доску одной ногой, проверяя устойчивость.
― Не пытайся идти, ― крикнул Брейт. ― Проще ползти.
Не последовав совету, Амалия сделала первый шаг, затем второй. И вот она уже стоит над Разломом. На это было невыносимо смотреть, но и отвести глаз я не мог. Грудь сдавило чем-то тяжёлым, не давая дышать.
Морган сказал что-то Брейту, что я не расслышал. Наверное, просто захотел подразнить. Брейт ударил его в плечо.
С ними было невозможно сосредоточиться.
― Перестаньте, ― окликнул я, не сводя глаз с Амалии, стоящей посреди тёмного тумана. Она уже на середине моста, и тут она
