Читаем без скачивания Школа внетелесных путешествий - II. Личные опыты - Михаил Радуга

Несмотря на некоторую абсурдность, нам, конечно, не стоит насмехаться над неуклюжими опытами «гуру», ведь нужно помнить, что наши знания смогли появиться лишь благодаря их информационному фундаменту. Без него у нас было бы мало шансов добиться даже их результатов. Ну, и, кроме того, не факт, что потом, лет через сто, люди также не будут смеяться уже над нами и нашими неуклюжими опытами, как им будет казаться потом.

…Несколько дней назад я проснулся около шести часов и лежал минут 20. Затем я опять задремал, и мне приснилось, будто я стою на том же самом месте, которое я занимал в своих снах с метрономом…

…Мне снилось, что моя мать сидит в кресле-качалке и говорит мне: «Ты знаешь, что ты спишь?» Я ответил: «Черт возьми, ведь и правда». И на этом сон прекратился, и, казалось, как только прозвучал мой ответ, я проснулся в физическом теле в постели. Я был в сознании, но двигаться не мог, я не мог вымолвить ни слова, не мог пошевелить веками. Это состояние продолжалось около трех минут. И все это время мое тело дергалось, особенно конечности. Затем я внезапно пришел в нормальное состояние. Спустя примерно две секунды послышался громкий стук — как будто кто-то стучал по железной кровати деревянным молоточком. Звук был таким громким, что несколько напугал меня… Вспомните, что я был в совершенном сознании две секунды. Перед тем как прозвучал звук, поблизости никого не было, и это произошло при свете (полном). Такое физическое проявление определенно интересно для меня, по крайней мере потому, что подобного я никогда не испытывал. Однако я никогда и не пробовал, это произошло само собой…

Комментарий М. Радуги: Для начала отметим, что, не будь Мульдон таким мистиком, его книга «Проекция астрального тела», написанная в соавторстве с Гервардем Харрингтоном, могла быть великолепным примером изучения феномена внетелесного восприятия. Сделать такой вывод можно по глубине исследовательского интереса, который затронул все возможные нюансы, к сожалению, иррационального характера (астрал, астральный шнур, призраки и прочее). Многие считают эту книгу эталоном. Действительно, такой глубокий анализ и такое огромное количество потрясающих теорий. Но ведь это теории…

Всех поклонников этого легендарного автора первой половины XX века я бы предостерег следовать его умозаключениям. Дело в том, что сам Сильван Мульдон не был продвинутым практиком. Да, это пара сотен переживаний «астральной проекции», то есть, фазы под оккультным соусом. Но это крайне низкокачественные переживания, что видно из приведенной выдержки из книги. Сравните его опыт с опытами обычных людей из предыдущей части и тут даже говорить больше ничего не придется. Кроме того, низкий практический уровень автора подтверждает его же изречение в книге: «Редко случается такая проекция, которая была бы сознательной с начала до конца. Это известно мне не только из собственного опыта, но и из опыта других». Мало того, он утверждает, что сознательный выход из тела — это тоже дело исключительного характера. Все это выходит от примитивности методов входа в фазу, отсутствия ее углубления, удержания и прочего. А все это коронует мистика.

Если очевиден низкий практический уровень, то о каком высоком теоретическом можно говорить?

Что касается самого описанного опыта, то мы наблюдаем вход в фазу через осознание во сне, как чаще всего и происходило у Мульдона, почему у него наблюдались такие проблемы с сохранением осознанности от начала до конца. Само осознание было вызвано сюжетом сна, когда его мать просто заговорила о том, что вокруг сон. В этот момент пришло сознание и состояние стало фазовым. Тут бы быстро начать делать углублением, чтобы довести пространство до состояния гиперреалистичности, но Сильван неумышленно и без сопротивления вернулся в тело. Там бы ему снова попытаться разделиться выкатыванием и прочими техниками. Если бы они не подействовали, можно было бы применить техники создания фазы. Но нет, по непонятной причине известный на весь мир практик пытается во что бы то ни стало расшевелить тело, которое находится в сонном параличе. Сам паралич указывает на то, что ФБС (фаза быстрого сна) все еще продолжается, а значит все еще можно оказаться вне тела.

Хорошо, ты решил выйти из паралича в бодрствование по какой-либо причине, но зачем пытаться расшевелить тело? Мульдон не знал, что паралич победим простым расслаблением. Вместо этого он промучился некоторое время прежде, чем почувствовал облегчение ситуации. Дальше он просто опешил от громкого стука по кровати. Он даже его испугался и так и не понял, что это было. А все было просто: он не сразу пришел в нормальное состояние, как ему показалось, он все еще был в фазе, а там подобные звуковые и визуальные спецэффекты, особенно на границе состояний, дело обыденное. То есть, попробуй он снова разделиться, у него получилось бы даже в этот момент. Но зачем это пробовать? Вот поэтому-то и пришлось наслаждаться Сильвану на протяжении всей жизни довольствоваться (в основе своей) непродолжительными переживаниями в фазе через осознание себя во сне или сразу при пробуждении разделенным. То есть, умышленные попытки если и были, то столь замысловаты и неэффективны (как мучение жаждой, например), что не приносили никакого существенного толчка в практике.

…Я брел по сводчатому коридору, уводившему вглубь огромной крепости и невольно остановился, восхищаясь величественностью архитектуры. Каким-то образом, созерцание великолепного окружения заставило меня понять, что это сновидение! Впечатляющее великолепие замка показалось моему прояснившемуся сознанию еще более удивительным. В состоянии сильнейшего возбуждения я стал исследовать воображаемую реальность своего «воздушного замка». Спускаясь в холл, я чувствовал холод камня под ногами и слышал эхо собственных шагов. Каждый элемент этого зачаровывающего зрелища казался реальным, и несмотря на это я прекрасно осознавал, что вижу сон! Может показаться фантастичным, но, невзирая на крепкий сон, я полностью сохранил все способности бодрствующего состояния. Я мог думать так же ясно, как всегда, свободно вспоминать подробности моей жизни и действовать намеренно, полагаясь на сознательные реакции. И ничто из этого набора способностей не могло уменьшить яркости моего переживания. Как это ни парадоксально, я бодрствовал в собственном сновидении!

Оказавшись перед развилкой коридора, я решил испытать свободу собственной воли, решил повернуть направо и оказался перед лестницей. Меня заинтересовало, куда она может привести. Я мягко перелетел через ступеньки и оказался перед огромным подземным ходом. От подножия лестницы пещера медленно уходила вниз, утопая в непроглядной тьме. Внизу, в нескольких сотнях ярдов, я смог разглядеть нечто вроде фонтана, украшенного мраморной скульптурой. Мною овладело желание искупаться в его воде, казавшейся такой освежающей. Я направился вниз по склону. Однако я не шел: в своем сновидении я мог свободно перелетать с места на место — туда, куда хотел.

Приземлившись возле водоема, я сильно испугался, обнаружив, что фигура, воспринимавшаяся как статуя, на самом деле была угрожающе живой. Над фонтаном возвышался огромный, жутковатого вида джинн. Каким-то образом я мгновенно узнал в нем Стража Весны. Все мои инстинкты кричали: «Беги!» Но я вспомнил, что это ужасающее зрелище всего лишь сновидение. Приободренный этой мыслью, я отбросил страх и не побежал прочь, а уверенно направился к призраку. Как только я оказался достаточно близко, по каким-то волшебным законам сновидения мои размеры стали равны размерам призрака, и я мог смотреть ему в глаза. Осознав, что причиной появления столь страшного чудовища являлись мои страхи, я решил обнять то, чего так трусливо старался избежать. Раскрыв объятия и сердце, я положил руки призрака себе на плечи. Сон стал медленно таять, и казалось, что сила чудовища переходит ко мне. Проснувшись, я ощутил себя наполненным вибрирующей энергией. Я был способен сделать что угодно…

Комментарий М. Радуги: Как я уже множество раз отмечал, пожалуй, единственный на текущий момент автор и исследователь внетелесного феномена, к которому у меня нет серьезных претензий — это Стивен Лаберж. Упрекнуть его можно только в недостаточной красочности описаний, не совсем четкой структуре действий и малом акценте на прикладном значении. Я принципиальный противник термина «осознанное сновидение», так как это отталкивает от феномена тех людей, которые бы однозначно заинтересовались феноменом, если бы не их стереотипы относительно такого словосочетания. Но это все мелочи. Главное, это его трезвый подход. Как этого не хватает в данном направлении… Не забудем, что именно этот человек впервые в мире научно доказал возможность наличия сознания, когда мозг по приборам спит. И не забудем, что это ученый, изучающий данное явление профессионально и имеющий степень доктора философии по психофизиологии.