«Софи, как всегда, права! Любимому человеку можно простить все. И она любит Дэниела, но… Но все же!..»
— ..тем более, Дэниел совсем переменился! — долетело до нее.
— Вы думаете? — Миранда нервно теребила складку на юбке.
— Не сомневаюсь. Я вам сказала, что ответственность порой делает чудеса. Вы представить не можете, как он защищает мои денежные интересы!
— Вы хотите сказать, что, несмотря на случившееся, доверили ему свои капиталы? — переспросила Миранда.
Софи кивнула.
— Я сказала себе: «Если никому не верить, нет смысла жить на этом свете!» — заулыбалась и добавила. — И я оказалась права! Он значительно приумножил наши капиталы.
— Вы хотите сказать, что это ваши деньги он вложил в акции?
— Мои, не мои… Какое имеет значение! Мы так сблизились с ним в последние годы, — она лукаво взглянула на Миранду. — А то, что он вам сделал предложение… для этого ему потребовался толчок. — Софи засмеялась совсем по-детски. — Мы-то уж с вами это понимаем!
— Я не понимаю ничего! — Комната поплыла перед глазами девушки. — Объясните мне, пожалуйста.
— Помните, мы говорили, что мужчин иногда нужно щелкнуть по носу. Я хочу сказать, вздрючить, ну, как бы придать импульс… — откровенничала Софи.
— Какой импульс? — Миранда почувствовала озноб и передернула плечами.
— Как какой? Просить вашей руки, — Софи испугалась и прикусила нижнюю губу. — Миранда, я хочу, чтобы вы меня правильно поняли.
— Софи, — Миранда не узнала свой голос. — Софи, значит предложение Дэниела — ваша инициатива?
— Ах, Господи! Мужчины всегда в этих делах не мычат — не телятся. Помню, мой первый муж… — она остановилась, увидев, как задели ее слова несчастную девушку.
— Софи, что вы ему сказали? — настойчиво спросила Миранда.
— Только то, что говорила прежде. — Она нахмурилась и продолжала. — Я ему всегда говорила, что он должен жениться. А в данном случае я просто была обязана…
Миранда с трудом, но улыбнулась, чтобы Софи не почувствовала ее отчаяния:
— Как же вам это удалось?
— Я сказала, что пора остепениться, ему уже за тридцать, он не мальчик, — Софи сообщила все это с таким видом, словно рассказывала о забавном дамском приключении. — И что, если он хочет и дальше вести мои дела, ему следует подарить мне бэби…
Миранда почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. «Так вот каков этот Мидас, с карманами, набитыми долларами… Все, что имеет, — чужое, не его. Вцепился в Софи мертвой хваткой!.. Все становится на свои места! Софи одобрила кандидатуру, и тогда бедную Золушку приволокли в Париж… Теперь понятна и его ненависть… Тогда почему же он просто сгорал от страсти? Зачем пытался затащить ее в постель с самого начала? Каков?! Как умеет притвориться!.. Пустил в ход свои колдовские чары. А, если подумать, она была для него просто экзотическим цветком…»
— Я вас расстроила? — она едва расслышала вопрос Софи.
Миранда посмотрела на Софи. «Как он мог? Обманул несчастную тетю, теперь ее… Коварный-Бессердечный ты человек, Дэниел!»
— Софи, — обратилась к ней Миранда после непродолжительной паузы. — Я думаю, вы согласитесь со мной, в этом мире все шатко и неустойчиво. Мы предполагаем одно, а получается совсем другое.
— О чем вы? — всполошилась Софи. — Что вы задумали, Миранда?
— У меня болит голова. Я пойду к себе, прилягу, — раздраженно сказала девушка.
— Дорогая, я не хочу, чтобы вы думали… — пыталась та исправить ситуацию.
— Все в порядке, — покачала головой Миранда. — Не волнуйтесь. Я понимаю.
— Тогда не будем говорить Дэниелу о нашей беседе, — глаза Софи метались по лицу Миранды. — Я не хочу с ним ссориться.
— Я не стану рассказывать ему, о чем мы тут с вами говорили. Успокойтесь, прошу вас, Софи.
Миранда вышла из гостиной, медленно поднялась по лестнице. Нервная дрожь не унималась и, войдя в комнату, она долго стояла, прислонившись к двери. Потом без сил опустилась на край кровати, сложив руки на коленях.
«Невероятно! Чудовищно! Софи Прескотт — режиссер ее счастья?.. Быть этого не может!» — подумала Миранда.
Миранда прокрутила в памяти все события назад, как пленку в магнитофоне. «Как же так? Ведь он любил ее, любил… Не могла же она ошибиться?..»
«Миранда, ку-ку! — застучал копытцами в ее голове бесенок. — Что было сегодня ночью, знаешь как это называется? Ах, не знаешь! Все нормальные люди это называют сексом. А ты что выдумала? Лю-бо-вь… Скажите, пожалуйста! Да он и слова этого ни разу не произнес».
«Нет! Нет! Дэниел любит ее. Лю-бит!..»
«Ну ты, даешь! — подзуживала хвостатая бестия. — За что же тебя любить? Может, скажешь, за цыганский шарм? За твою амстердамскую диету?»
Миранда закрыла глаза. «Ну, хорошо, хорошо! Разве любят за что-то?»
«Любовь… — передразнил ее бесенок. — Любовь к тетиным деньгам — это я понимаю. Ему тебя подавай, без тебя денежки — тю-тю!»
«Да не то, не то все это!» — противилась она наваждению.
— Нет! Миранда открыла глаза.
«Хорошо! Она пойдет к Дэниелу и сама выяснит все, узнает правду. Но как это сделать? Как?»
Миранда ждала лифта в холле отеля. Рядом стояли люди и поглядывали на ее поблекшую юбочку из индийской марлевки, видавшую виды черную футболку с глубоким вырезом, пляжного вида босоножки из черного эластика. Миранда держалась прямо и гордо, будто не замечала их внимательных взглядов.
«Вот сейчас она войдет в номер, увидит Дэниела и по его взгляду поймет, принадлежит ли он к этой стае, что топчется возле лифта… И что же она ему скажет?
— Ты вор, Дэниел!
Это что ли? Или, может, это: «Ты решил на мне жениться, чтобы не упустить теткины денежки?»
Господи! Такое произнести невозможно, сразу опускаешься до их уровня. Ведь знала, куда шла!.. Кому нужен этот эпатаж с помощью юбчонки и поношенных босоножек?..»
Миранда остановилась перед дверью, раздумывая, не вернуться ли ей, не позвонить ли ему и попросить встретиться где-нибудь в тихом месте…
— Миранда? — на пороге стоял Дэниел. Лучезарная улыбка тут же пропала. — Что за маскарад?
— Можно мне войти? — Миранду бросило в жар.
Он еще раз окинул ее взглядом:
— Прошу! — схватил за руку, втащил в комнату и захлопнул ногой дверь.
— Отпусти руку, мне больно, — сказала Миранда.
— Я задал вопрос. Что означает этот маскарад? — И после секундной паузы сказал:
— Я жду…
«Какая она глупая! Зачем пришла? Ведь Софи страдает провалами памяти? Да чего там — просто маразматичка!.. Для того ее и наняли, чтобы быть с Софи рядом… Явилась, поверила бредням этой старой женщины… Вырядилась, как последняя дура…»
— Давай, Миранда, выкладывай, что стряслось, — настойчиво спросил Дэниел.
