Глава 8.3
Я поёжилась. В этом мире женщины, похоже, не должны думать ни о чём другом, кроме удачного замужества. А если сами уже замужем, значит, нужно удачно сплавить какому-нибудь «достойному» мужику дочь. Бедные здешние девчонки… Хотя что это я? Сама теперь одна из них.
Мои мысли перервало появление на пороге гостиной господина Азериса. Все присутствующие, и дети тоже, разом примолкли, едва с порога прозвучало его холодное:
— Доброго здоровья и приятного вечера всем присутствующим.
Да уж, таким тоном только и желать здоровья и приятного времяпрепровождения!
— Приветствую вас, господин Азерис. — Микалис поклонился тестю, получив в ответ такой же поклон и скупую, но, кажется, вполне искреннюю улыбку.
— Здравствуйте, отец. — Элинора встала и тоже поклонилась, но её поклон был глубже и явно подобострастнее.
— Рад видеть тебя, Нора. — Бруно слегка наклонил голову, и Элинора разогнулась.
— Дедушка, мы желаем вам здоровья! — звонко прокричал Кантен, тоже поклонившись — прямо как взрослый.
— Здравствуйте, дедуля, — всё ещё шмыгая носом, пропищала Лилли.
— Приветствую вас, внуки. — И вот тут господин Азерис как-то преобразился, в глазах появилось что-то вроде… нежности. — А что это у вас, милая барышня, такое несчастное лицо? Неужели вы плакали?
— Она упала, отец, не обращайте внимания, — тут же встряла Элинора. Однако отец ничего не ответил, вместо этого присел на корточки, потрепал внучку по щеке и почти ласково проговорил:
— Ничего, внучка. Все мы когда-то падаем. Главное — потом подняться.
— Я сказала ей то же самое, — снова вмешалась Элинора: ей явно очень хотелось угодить отцу и показать, что она молодец, однако тот снова не удостоил дочь ответом.
— Дедушка, а я вчера тоже упал, — сообщил Кантен. — Но я не плакал! Вот совсем-совсем!
— Ты повёл себя достойно мужчины. — Господин Азерис улыбнулся внуку, но уже гораздо суше. — Кстати, я привёз вам из Леренса гостинцы, и вы получите их после ужина, если будете вести себя примерно.
— Гостинцы, гостинцы! — запищала Лилли, тут же забыв про недавние огорчения и начав подпрыгивать на месте. — Дедушка, гостинцы!
— Я же сказал: после ужина. — Бруно снова потрепал внучку по щеке и поднялся на ноги.
Мне тоже надо бы поздороваться, чтобы не навлечь на себя гнев «отца».
— Здравствуйте, отец! — Я встала из кресла и поклонилась.
— Здравствуй, Элианна. Рад, что ты, наконец, проявляешь хоть немного смирения и уважения к семье и почтила нас своим присутствием.
— Ещё бы она не почтила традицию, — сурово посмотрев на меня, отчеканила его супруга. — Конечно, могла бы притвориться, будто не помнит о последнем ужине, но чем больше за ней наблюдаю, тем больше уверяюсь, что она притворяется.
Я поёжилась. Что значит «последний ужин»? Замужних женщин здесь и ужином не кормят, что ли? И с чего это «маменька» взяла, что я притворяюсь? Хотя вообще-то мне это должно быть на руку.
— Кстати, об ужине. — Господин Азерис вытянул из нагрудного кармана сюртука часы на толстой цепочке. — Уже половина седьмого, так что пора нам всем привести себя в порядок. Элианна, не забудь про традицию.
И он первым покинул гостиную. За ним потянулись госпожа Азерис, Микалис и Элинора. Я ждала, думая пропустить детишек, но Кантен и Лилли не спешили следовать за родителями.
— Вы должны идти первой, тётушка Элианна, — наконец, заговорщицким шёпотом подсказал мне мальчик. — Потом я, а за мной Лилли, потому что она самая маленькая.
Ясно, даже ходить нужно по старшинству. Сколько ещё здесь идиотских правил? Я медленно двинулась за «сестричкой», размышляя, о каких таких традициях велел не забывать господин Азерис. Срочно надо спросить у Иси. Хватит уже с меня холодных взглядов и осуждения.
Служанка, как всегда, околачивалась тут же: пока проходили старшие члены семьи, она стояла, не разгибаясь, и бормотала приветствия. Увидев меня, заулыбалась и засеменила следом. Правда, молча, и это было непривычно.
Когда все разбрелись по своим комнатам, а мы с Иси, наконец, остались наедине, я тут же завалила служанку вопросами.
— Иси, что значит «последний ужин»? И ещё отец велел не забывать про традиции. Что это означает? Что я должна делать?
— Последний ужин, госпожа, потому что это ваш последний ужин в кругу семьи. Завтра вам можно будет поесть только с утра, а вечером вас и господина Нордена отведут в храм, где вы проведёте ночь.
Я как раз собиралась сесть в кресло и от шока едва не промахнулась. Неуклюже плюхнулась на сиденье и вцепилась в подлокотники.
— В каком смы… смысле н-ночь? — запинаясь, переспросила я, а эта… засранка, иначе не скажешь, вдруг захихикала, прикрыв рот ладошкой, и покраснела.
— Ах, госпожа Элианна, да как же вы могли подумать, будто я… о таких… вещах говорить с вами буду, да так запросто! — Снова нервный смешок. — Я ж не то имела в виду! Вы будете в разных помещениях, очищать мысли и чувства для вступления в брак. А то, о чём вы подумали, случится после церемонии, конечно. Уже в доме вашего супруга, ну или где он посчитает нужным. Некоторые господа, кому ехать далеко от дома невесты, и номер снимают на постоялом дворе, если уж совсем невтерпёж. Ой. — И Иси спрятала лицо в ладонях, хотя я и так видела, какими красными стали уши этой бессовестной девчонки.
Странно, но в этом мире я начала по-другому воспринимать подобные темы. Не иначе заразилась стыдливостью от местных! Конечно, я никогда не была особенно раскованной, и мы с Антоном не занимались любовью во всяких «экзотических» местах вроде примерочных кабинок, машины или пляжа, хотя он иногда такое желание изъявлял. Однако я и не краснела при упоминании секса и сама могла пошутить на эту тему или рассказать пошлый анекдот в дружеской компании. А здесь мне все эти намёки вдруг стали казаться ужасно неприличными.
— А про какую традицию сказал отец? — спросила я, желая поскорее сменить неудобную тему.
— Во время ужина вы должны будете съесть совсем немного — только то, что положат вам на тарелку, — сидеть с покрытой головой, ни на кого не смотреть и разговаривать можно только, если кто-то обратится. Весь завтрашний день тоже. Обычно невеста день перед свадьбой проводит в своей комнате и ни с кем не общается, но вам придётся сделать исключение из-за портнихи. А сегодня после ужина старшие члены семьи дадут вам напутствия. Да вы не волнуйтесь, обычно надолго это не затягивается.
