Незадолго до наступления финского батальона германская артиллерия обстреляла высоту 701 дымовыми снарядами. В 13:50 ударная группа Мюлингхауса (10-я и 11-я роты) двинулась в наступление. Русские открыли заградительный огонь из артиллерии и минометов; с высоты справа от полосы наступления вели огонь русские танки. К 15:00 финны продвинулись лишь на расстояние от 300 до 400 метров вперед, далее вражеский огонь был непреодолим. В 15:45 командир полка «Германия» приказал своим наступающим батальонам: перегруппироваться и переходить к обороне на достигнутом рубеже. Потери 3-го батальона полка СС «Нордланд» в этот день составили 3 убитых и 24 раненых. Наступившей ночью батальону был придан саперный взвод (24 солдата) 70-го пехотного полка (из состава 111-й пехотной дивизии) и поставлена задача: взорвать препятствия и заставить замолчать вражеские танки.
10 октября, когда финские добровольцы снова были готовы атаковать высоту 701, около 08:55 русская артиллерия нанесла мощный огневой удар по исходной позиции батальона, в результате чего батальон потерял 11 человек убитыми, в том числе двух офицеров. На расположенной справа от полосы наступления высоте были замечены 6 русских танков, изготовившихся к ведению огня по наступающим. На самой высоте 701 тоже находились два русских танка. Советские части явно ожидали германского наступления; их артиллерия вела беспокоящий огонь. Около 10:00 в результате прямых попаданий погибли передовые артиллерийские наблюдатели 1-го дивизиона 5-го артиллерийского полка СС и 607-го артиллерийского дивизиона полевой артиллерии, которые должны были корректировать огонь своих батарей в ходе наступления.
Слева и справа от финского батальона наступали 1-й и 2-й батальоны полка «Германия». Коллани также получил приказ – перейти со своим батальоном в наступление. В 09:50 финны начали наступление, но и на этот раз далеко продвинуться им не удалось. Около 10:00 с востока и юго-востока нанесла контрудар свежая советская 9-я стрелковая бригада, поддержанная 9 танками. Это привело к опаснейшей ситуации. Немцы и финны остановили наступление и перешли к обороне. Их тонкий фронт грозил быть прорванным во многих местах. Группа Мюлингхауса должна была на левом фланге батальона развернуться на север и северо-восток, чтобы поддержать сильно потрепанный 2-й батальон полка «Германия» и устранить опасный прорыв оборонительной линии. Саперы 111-й пехотной дивизии были задействованы для охраны коммуникаций, которые протянулись между высотами, обороняемыми 2-м и 3-м батальонами полка «Германия», и вели к Малгобеку. Штаб 3-го батальона полка «Нордланд» готовился к ведению ближнего оборонительного боя. Весь день ситуация менялась в пользу то одной, то другой стороны. Около 17:00 наступательный порыв русских наконец-то иссяк. Этот день ясно продемонстрировал, что против полка «Германия» сражались сильные вражеские части, которые имели опору в глубоко эшелонированной оборонительной системе, из которой они также и наступали. 10 октября финский батальон потерял 4 человека убитыми и 24 ранеными.
11 октября прошло под знаком отражения русского наступления. Около 08:10 русские предприняли наступление с востока на группу Мюлингхауса (остатки 10-й и 11-й рот) и около 09:00 – на группу Тройкера (9-я рота). Сильный огонь врага из противотанковых орудий и минометов прижал финнов к земле. Около 09:30 контрудар русских был отражен. При этом погибли унтерштурмфюрер Вальгенбах, а также 1 унтер-офицер и 3 солдата.
9-я рота под командованием гауптштурмфюрера Тройкера, почти в одиночестве оборонявшая участок фронта 3-го (финского) батальона полка СС «Нордланд», в течение 12 октября отразила все вражеские атаки. Лишь на правом фланге этого участка более слабым силам неприятеля удалось проникнуть в группу зданий находившегося там колхоза. Отправленная туда поздним вечером наша разведгруппа вернулась, приведя с собой шестерых пленных. По их словам, русские планировали ночное наступление. После этого германская артиллерия нанесла огневой удар по их предполагаемой исходной позиции.
13 октября русские повторяли свои атаки, которые всякий раз поддерживали три танка. Германская артиллерия, уже научившаяся хорошо противостоять вражеской пехоте, заградительным огнем всякий раз пресекала эти попытки. Однако потери, которые во время подобных атак нес финский батальон, оставляли в его участке фронта бреши, которые приходилось закрывать последними имеющимися резервами – саперным взводом 12-й роты и взводом из состава 11-й роты (16 солдат). Самое же опасное место находилось на правом фланге батальона, у 9-й роты, где русские продвинулись до зданий колхоза, располагавшихся в 50 метрах перед правым флангом 9-й роты, и смогли там закрепиться. Отправленная вечером в район колхоза ударная группа выбила русских из строений и вернулась с двумя пленными, принеся также один станковый пулемет, два ручных пулемета и два автомата. 9-я рота после этого несколько сдвинулась вправо. На левом фланге финского батальона около 19:00 были задействованы остатки 10-й и 11-й рот (группа Мюлингхауса). Заболевшего гауптштурмфюрера Тройкера, командира 9-й роты, сменил оберштурмфюрер Палешне. Потери батальона за день 13 октября составили 2 убитых и 4 раненых. Германская передовая у высоты 701 напоминала палец, вытянутый далеко на восток и показывающий, что там, на востоке, находилась цель всего этого наступления – город Грозный. Здесь, среди невысоких гор и цепей холмов, имевших скорее характер степей, проверялись также и силы богов войны обоих противников. Именно здесь бушевали самые напряженные бои. Причем оружие, техника и снаряжение играли далеко не решающую роль. Главную роль играл пехотинец, сапер, здесь царил одиночный боец, который, исполненный мужества и презрения к смерти, всеми силами своего сердца становился решающим фактором победы – победы, которая в последнюю очередь зависела от числа сражающихся. Чтобы изменить нынешний оборонительный характер борьбы в этом вытянутом «фронтовом пальце», ударная группа 111-й пехотной дивизии нанесла удар на север при поддержке танков 13-й танковой дивизии и сдвинула участок фронта здесь еще дальше на восток, преодолев несколько высот. В этот день, 14 октября, боевая активность в районе высоты 701 ограничивалась с обеих сторон деятельностью артиллерии, минометов и противотанковых орудий. Но уже на следующую ночь высота 701 снова появилась в планах германского штаба. 15 октября ударные группы Дикмана (1-й батальон полка «Германия») и Ни келя (70-й пехотный полк 111-й пехотной дивизии) при поддержке штурмовых орудий должны были возобновить германское наступление на Воскресенскую и Грозный. 1-й батальон полка «Германия» изготовился для наступления через высоты, взятые ударной группой Дикмана, батальон Никеля – на высоту 701. Батальону Никеля была придана также 9-я рота полка «Германия». Подошедший с Западного Кавказа 3-й батальон полка «Германия» должен был поротно занимать бреши в позициях полка «Германия».
15 октября 1942 года в 07:00 утра германские ударные группы двинулись в наступление. Бои продолжались весь день, но сколько-нибудь значительного успеха достигнуто не было. Около 16:15 оберфюрер Вагнер отдал штурмбаннфюреру Коллани приказ: силами 3-го (финского) батальона наступать на колхоз, расположенный на правом фланге батальона. 9-я рота оберштурмфюрера Палешке с занимаемых ею позиций перешла в наступление, но вскоре была прижата к земле вражеским заградительным и фланговым огнем. Затем противник с фланга нанес мощный контрудар и, когда обозначилось было окружение 9-й роты, Палешке отдал приказ о возвращении на исходные позиции. Финский батальон 15 октября потерял 13 человек убитыми и 16 ранеными.
Высота 701 продолжала возвышаться как вызов всем отцам-командирам.
Командир дивизии «Викинг» генерал-лейтенант войск СС Феликс Штайнер так написал об этом: «Командующий корпусом генерал Отт требовал взятия высоты 701, которая запирала доступ на Военно-Грузинскую дорогу. На вопрос командира дивизии (Штайнера) «Для чего?» был ответ: «Для артиллерийских наблюдателей, которым это необходимо для продолжения операции». Но на вопрос «И какими силами наступать дальше?» ответа не было. Таким образом, имелась значительная неопределенность, в которой фигурировала армия и необходимость вводить в бой последние резервы… Сознающие свою ответственность солдаты всегда сделают все возможное, чтобы выполнить поставленную перед ними задачу, когда приказ и совесть пребывают в гармонии. Но под Малгобеком это впервые стало невозможным».
