Эмиру же каждый патрон приходилось везти через полмира аж из самой Бритунии, что делало его если не золотым, то уж позолоченным точно, хотя внешне это никак не проявлялось. А казна эмирская вовсе не бездонная, да и других расходов у нее хватало. Вот и сэкономили гохарцы на боеприпасах к новейшим винтовкам.
- Хватит ворчать! - оборвал подчиненного лейтенант. - Патронов мало? Точнее стрелять будете, если жить хотите.
- На счет "точнее стрелять", господин лейтенант, - влез со своим мнением Фелонов, - надо бы проверить винтовки-то.
Надо, конечно, с не пристрелянным оружием в бой идти - последнее дело. Наказание за проявленную инициативу последовало немедленно.
- Вот ты этим и займись, вечером доложишь. А я - рапорт писать.
Пока лейтенант скрипел пером по листу бумаги, разложенному на патронном ящике, из-за палаточного брезента время от времени потрескивали одиночные выстрелы. "... высота крепостной стены не превышает двух саженей. Стена сложена из глинобитного кирпича...". Сволочная капелька чернил сорвалась с плохо очиненного пера и шлепнулась на бумагу, тут же растекшись в жирную кляксу. В голос ругнувшись, Алекс смял и швырнул на пол палатки четвертый испорченный лист. И ведь помарок допускать нельзя, рапорт вполне может лечь на стол самого генерал-губернатора, а большое начальство аккуратность любит.
Критически оценив оставшийся запас бумаги, лейтенант нашел иное решение задачи и отправился на поиски ротного писаря. Искомый персонаж отыскался в одном из уже расчищенных от песка помещений караван-сарая, переоборудованном под ротную канцелярию. Сидя за импровизированным столом, сбитом из досок от ящиков из-под продовольствия, писарь бессовестно плющил харю.
- Встать! Смирно!
Писарь испуганно подскочил, зашипел, схватившись за ушибленное колено, затем предпринял неудачную попытку вытянуться перед офицером.
- Спишь, скотина?!
- Никак нет, господин лейтенант! Не сплю!
Лейтенант сделал вид, что сменил гнев на милость.
- Не спишь? Тогда садись, пиши!
Вообще-то, ротный писарь лейтенанту подчинен не был и рапорт за него писать не обязан, но сейчас ему было не до тонкостей субординации. Писарь с облегчением плюхнулся на свое место, положил перед собой бумагу, навострил перо.
- Что писать, господин лейтенант?
- Пиши. Командиру сто девятого Аринбургского пехотного полка, его превосходительству полковнику Среханову...
Прохаживаясь вдоль стола, Алекс скосил глаза на бумагу. Ну вот, совсем другое дело: чисто, ровно и красиво с завитушками. Спустя час совместное творение было закончено. Аккуратно сложив исписанные листы, лейтенант вручил писарю полтинник за труды, и стороны расстались довольными друг другом.
Штаб-капитан Катасонов только хмыкнул, увидев знакомый почерк. Бегло прочитав рапорт, он положил его в казенный пакет из толстой серой бумаги, который был тут же заклеен и сверху пришлепнут ротной печатью.
- Можно с рапортом пару трофейных винтовок отправить, - внес предложение Магу, - все ж таки оружейная новинка.
- Здравая мысль, - согласился Катасонов, - надо будет отправить, а пока можете отдыхать, лейтенант.
Вместо отдыха Алекс направился на импровизированное стрельбище, уж больно не терпелось самому попробовать трофейную винтовку. Увы, он хоть и совсем немного, но опоздал - нагруженные винтовками Фелонов и Головастый попались ему на полдороги от караван-сарая. Пришлось сделать вид, что не очень-то и хотелось.
- Ну, как винтовки?
- Отлично, господин лейтенант! Ни одной осечки, прорыв пороховых газов с казенной части отсутствует.
- А дальность как?
- На четыре сотни шагов в ростовую мишень хороший стрелок будет попадать уверенно. Винтовки пристреляны, видимо, еще на заводе. Вряд ли гохарцы этим делом озаботились.
- Скорострельность?
- Думаю, шесть-восемь выстрелов в минуту. Хорошее оружие, надежное.
- Это-то и плохо.
- Почему, господин лейтенант?
- У эмира таких целая тысяча, а может, и больше, - пояснил свою мысль Алекс.
- Винтовки-то у них хорошие, да стрелки паршивые, - возразил унтер.
- Только на это и остается надеяться. Да еще на артиллерию. У гохарцев, насколько я видел, самые новые пушки остались со времен похода генерала Каурбарса.
- Черт не выдаст, свинья не съест, - подвел итог Фелонов. - Авось, справимся с басурманами как-нибудь, господин лейтенант, не в первый раз.
- Справимся, - согласился Алекс, - вопрос в том, какой ценой.
Пару минут офицер и оба солдата шагали молча, потом лейтенант нарушил молчание.
- Две винтовки, какие похуже, и десяток патронов верни Катасонову, в Аринбург отправим в качестве трофеев.
- Слушаюсь, господин лейтенант! А мы дальше чего делать будем?
- Два дня на отдых. Потом рисовать кроки до Зафара.
Не было никакого желания опять идти в эти опостылевшие пески, но приказ - есть приказ.
Глава 6
За полтора месяца, прошедшие со дня уничтожения разведывательной экспедиции гохарцев, в Серве многое изменилось. Первый этаж караван-сарая, несмотря на усилия двух пыльных бурь, был почти полностью расчищен, стараниями саперной роты, и сейчас использовался для складирования поступавших продовольствия и боеприпасов. Караваны из Зубурука прибывали буквально каждые три-четыре дня. Вернувшийся из очередного поиска лейтенант Магу застал момент, когда остаток груза из прибывшего каравана начали размещать во дворе караван-сарая под открытым небом.
Штаб-капитана Катасонова удалось застать в ротной канцелярии, где он проверял опись поступившего имущества.
- Как прошел поиск, лейтенант? Есть новости?
- Никак нет, господин штаб-капитан! Кроме ящериц и их следов на песке ничего найти не удалось. Тем не менее...
- Садитесь, - Катасонов указал на табуретку у стены. - Если вы думаете, что меня не беспокоит сложившаяся ситуация, то сильно ошибаетесь. Одних только ружей патронов уже доставили свыше ста двадцати тысяч!
- Как-то многовато будет для двух полков, - заметил Алекс.
- Благодарю вас, лейтенант, - усмехнулся штаб-капитан, - я это тоже заметил. Судя по количеству доставленных грузов, планируется что-то более серьезное, чем просто отвлекающий маневр двух пехотных полков. А охраняет все это богатство всего одна рота, полторы сотни штыков!
Не выдержав избытка чувств, Катасонов поднялся из-за стола и начал мерить шагами крохотную канцелярию из угла в угол. Лейтенанту пришлось подобрать ноги из опасения их случайного попадания под штаб-капитанский сапог.
- Три! Три моих рапорта были отправлены в Аринбург, а в ответ мне приказали только не паниковать. Не хотят увеличивать охрану, так как тогда сама больше съест, чем сохранит. Тем не менее, я сегодня же напишу четвертый! А эта тишина со стороны Гохары меня уже начинает пугать. Я был более спокоен, если бы вам удалось хоть кого-нибудь обнаружить.
