со стороны. Я сожалела, что здесь нет зеркала, чтобы можно было наблюдать за происходящим, мне хотелось запечатлеть эти воспоминания в своем сознании и сохранить навсегда.
Плотно прижавшись ко мне, он начал двигаться со мной в одном ритме. В тот момент, когда он убрал руку от моего соска, я готова была закричать, требуя вернуть ладонь на прежнее место, но в следующее мгновение он провел рукой по моему обнаженному животу, пробираясь под топ, оттягивая кружево.
Мой стон прозвучал очень непристойно и очень походил на те, что я слышала в видео, которые изучала из любопытства. Раньше они казались мне фальшивыми и преувеличенными, но сейчас, когда его пальцы скользили по обнаженной коже, а его ладонь накрывала мою грудь, я знала, что стоны были настоящими, и это поразило меня до глубины души.
― Такая нежная, ― пробормотал он. ― Идеальная. Тебе нравятся мои прикосновения?
― Боже, да. Еще.
― Твою мать, Нова. Ты станешь моей погибелью.
― Не хочу этого. ― тяжело дыша, сказала я. ― Хочу, чтобы тебе было так же хорошо, как мне.
― Кто-нибудь раньше прикасался к твоей киске?
Я растерялась, дернувшись от потрясения и очередного приступа удовольствия от его слов.
Он усмехнулся, переключив свое внимание на мою вторую грудь.
― Буду считать, что нет.
Жар разлился по моей груди, я быстрее задвигала бедрами, не зная, должна ли стыдиться того, как его слова повлияли на меня, или того, как стремилась к недосягаемому облегчению, щекотавшему мои внутренности.
― А ты прикасалась?
― Паркер, пожалуйста.
― Расскажите мне, каково это.
― Что? ― спросила я, тяжело дыша.
― Расскажи, как ощущается твоя киска, когда ты к ней прикасаешься.
Я зажмурилась и сосредоточилась на его руках, губах, прижимающихся ко всем доступным для поцелуев местам. Сосредоточилась на удовольствии и решила рассказать ему о своих ощущениях, возможно, ему понравится услышать об этом.
― Она теплая и влажная. И мягкая. Словно шелк.
Он крепче ухватился за мое бедро, сильнее притягивая к себе, чтобы встретить его хаотичные толчки.
― И тесная, ― простонала я.
― Бл*дь, бл*дь, ― заворчал он. ― Прямо как я и представлял.
Я ахнула.
― О да, Нова. Я представлял, какова твоя киска. Какой у нее вкус. ― С каждым признанием я раскачивалась все сильнее и сильнее. ― Ты когда-нибудь прикасалась к члену?
― Нет.
― Он твердый, и в то же время довольно чувствительный. Особенно головка. Мне нравится крепко сжимать член и касаться кончика при движении вверх. Нравится большим пальцем размазывать вытекающую сперму. Нравится фантазировать о том, что на месте пальца твой язык, жаждущий попробовать меня на вкус, точно так же, как я хочу попробовать тебя.
Впившись ногтями в его плечи, я буквально сходила с ума от его слов. Это было чересчур, и я не смогла бы остановить реакцию своего тела, даже если бы попыталась. Я не могла замедлиться. Все разом нахлынуло на меня, словно цунами... чтобы ты не делал, это произойдет... хочешь ты того или нет.
― Да, Нова. Бл*дь, да. Кончаю.
Он положил обе руки на мои бедра, и мы одновременно вжались друг в друга. И когда он обхватил ртом мой сосок, прикусив твердый кончик через одежду, я кончила. Я воспарила, попав в другой мир, и потерялась, словно камешек, брошенный в бушующий океан, отдавшись на милость поглотившего меня наслаждения. Перед глазами все расплывалось, мне удалось опомниться только тогда, когда Паркер застонал, подавшись вперед. Я заставила себя открыть глаза, наблюдая, как напрягается его шея, а рот приоткрывается при каждом стоне, вырывающемся из него, затем он снова укусил меня. Каждое его прикосновение вызывало новый прилив удовольствия, и я не хотела останавливаться.
Наконец, мы замедлились, задыхаясь от натиска. Я прижалась влажным лбом к его лбу, пытаясь навсегда запомнить этот момент.
― С днем рождения, Нова.
― Спасибо, ― прошептала я перед тем, как наклониться, чтобы он поцеловал меня.
Поцелуй был таким же ленивым, как и наши мышцы... нежный и неторопливый. До этого мы выпускали на волю почти годичное тяготение, а сейчас мы неторопливо исследовали друг друга.
― Мне нужно привести себя в порядок, ― сказал он, в последний раз нежно чмокнув меня в губы.
Я посмотрела вниз на его брюки: возле молнии красовалось мокрое пятно.
― Ой.
― Именно, ой. Это мои любимые джинсы. И я давно не кончал в штаны.
В этом был он весь, и я рассмеялась.
― Ну, конечно. Смейся, ― отшутился он.
И я смеялась, пока он не присоединился ко мне.
― Хочешь сегодня поспать в моей кровати? ― спросил он, вставая.
― Ага, это будет идеальным завершением моего дня рождения.
― Хорошо. Но сначала я приведу себя в порядок.
Как только он скрылся в ванной, я побежала в свою комнату, слишком взволнованная мыслью о том, что окажусь в его постели, прежде чем мы заснем. Обычно он пробирался в мою комнату после того, как в доме становилось тихо, но каково это будет, когда мы оба будем бодрствовать и предаваться наслаждению? Я металась по комнате, в поисках самой сексуальной майки и коротких шорт.
До тех пор, пока не хлопнула входная дверь и в коридоре послышались голоса наших родителей, приближающихся к моей комнате, срывая наши планы на ночь. Услышав их бормотание, я замерла, не в силах остановить поток мыслей, представляя весь ужас от того, что произошло, если бы они вернулись домой на десять минут раньше. Какого черта они вообще делали дома?
Появившаяся на пороге моей спальни мама вывела меня из ступора.
― С днем рождения, Нова.
― Мама, что ты здесь делаешь?
― Мероприятие было скучным, а завтрашние семинары еще менее привлекательны, чем сегодняшние, ― объяснила она, закатив глаза и улыбаясь. ― Помимо этого я хотела пожелать спокойной ночи в твой день рождения. Я подумала, что завтра мы все могли бы пойти в галерею или еще куда-нибудь, а затем поужинать. Или просто поиграем в домашней обстановке. Проведем семейный вечер.
― Семейный вечер, ― виновато повторила я.
― Да, ― сказала она, хлопая в ладоши. ― Будет здорово. Но сегодня я очень устала, пойду спать, чтобы завтра быть бодрой и веселой.
Я неторопливо кивнула, все еще находясь в оцепенении, когда она повернулась, направляясь к выходу.
Смирившись с новым направлением сегодняшней ночи, я отбросила шорты и, схватив треники, направилась в ванную, чтобы подготовиться к ночи
