гематита или других чешуйчатых минералов. Такие камни с живописными блестками напоминают стекло, содержащее кристаллы меди и называемое «авантюрин» — в переводе с итальянского — случай. Полагают, что этот материал впервые был получен случайно, когда некоторое количество медных опилок попало в сосуд с расплавленным стеклом на стекловарне в Мурано близ Венеции.
Одним из сокровищ Геологического музея в Лондоне является огромная ваза из авантюрина с подставкой из серого порфира. Русский император Николай I подарил ее сэру Мурчисону — директору Геологической службы, который завещал ее Геологическому музею.
Тонкокристаллические кремнеземы с размером кристал ликов в доли микрона, образующие натечные агрегаты с тусклым блеском, называются халцедоном. Название происходит от античного города в Малой Азии — Халкедона. В группу халцедона входят опал, агат, оникс, хризопраз, карисол, сардер и другие полудрагоценные камни.
Опал в древности вызывал восхищение. Вот как описывал его Плиний: «Из всех драгоценных камней именно опал вызывает наибольшие трудности при описании. Для него свойственна острая игра света карбункула, фиолетовый отблеск аметиста, аквамариновые тона изумруда — смешанные все вместе и сияющие с неописуемой яркостью».
«Нет камня, который мошенники подделывали бы с большим искусством, чем этот. Единственным средством, позволяющим выявить обман, является солнечный свет. Если поддельный опал (изготовленный из стекла) взять большим и указательными пальцами и позволить лучам солнца падать на него, то он обнаруживает одну и ту же окраску по всей поверхности камня и не излучает сияния. В то же время истинный опал излучает последовательно различные яркие лучи, окраска его постоянно меняется, и он отбрасывает яркие отблески на пальцы».
Когда-то считалось, что опал предвещает несчастье тому, кто его носит. Но вот в Австралии обнаружили черный опал. Малиновое сияние, пробегавшее временами по куску черного, как ночь, камня, было настолько восхитительно, что суеверное недоверие к опалу забыли.
В экономике Австралии эта разновидность кремнезема играет огромную роль, являясь одним из важнейших предметов экспорта: в 1975 г. в стране было добыто опала на сумму 23 млн австралийских долларов (примерно 19 млн руб.).
Опал образуется при выветривании песчаников и сланцев. Встречаются два типа месторождений: валунный и песчаниковый. В первых ожелезненные и каолинизированные пески содержат эллипсоидальные железистые конкреции размером 2,5–7,5 см в поперечнике (австралийское название «орехи Иоах»). Опал в этих конкрециях может присутствовать в центре и между концентрическими слоями. В других случаях он выполняет не только концентрические, но и радиальные трещины. В песчаниковых месторождениях опал присутствует как основная масса в слое железистых песчаников, залегающих выше слоя железняка.
В Южной Австралии известны такие крупные месторождения, как Андамука и Кубер-Педи.
Кубер-Педи переводится как «белый человек в яме». Так в первой четверти нынешнего столетия назвали это место аборигены. Вся эта пустынная территория изрыта глубокими колодцами: одни заброшены, а в других копошатся люди, вооруженные кирками и молотками. Колодцев здесь много, потому что копают наугад. «Опалы не железо, — шутят старатели, — геологи здесь не помогут. Единственно верный способ напасть на правильное место — это снять шляпу и бросить ее через плечо. Где она упадет, там и надо искать».
Электронные микрофотографии благородного опала показали, что слагающие его кремниевые зерна мелки и строго закономерно располагаются в пространстве, образуя правильную сетку. Именно правильностью строения благородного опала объясняется, что он действует на световой луч подобно дифракционной решетке. Эта решетка разлагает луч на все цвета радуги, и отдельные лучи, отражаясь от зерен, создают замечательную игру разноцветных блесток.
Как только природа благородного опала была установлена, начались опыты по получению синтетического камня.
Сначала получают большое количество мелких опаловых шариков строго одинакового размера. Для этого используются силиконовые эфиры или органические соединения кремнезема. Эмульсию эфира разлагают аммиаком, при этом осаждается гель кремнекислоты. Так как каждая капля эмульсии самостоятельна, то образуется серия кремниевых шариков. Далее необходимо несколько обезводить шарики, рассеять их, отделить неправильные агрегаты и шарики с пустотками, а после цементировать их обжигом до 500–800 °C или новой порцией геля кремне-кислоты.
Агат — древнейший поделочный камень. Яркоокрашенные или узорчатые полупрозрачные камешки издавна собирали в речном галечнике. Иногда вода их так отполировывала, что достаточно было просверлить в камнях отверстия, нанизать их на нитку — и ожерелье готово.
Агат — концентрический, тонкослоистый камень, каждый слой которого сложен разноокрашенным халцедоном с перпендикулярным слою расположением волокон. Обычный агат — чередование серо-голубых полупрозрачных слоев с белыми, почти непрозрачными.
Сердолик — более или менее однородный халцедон, окрашенный в красный или буро-красный цвет. Карнеол — красный сердолик, сардер — бурый или красно-бурый, хорошо просвечивающий. Оникс — агат, в котором чередуются бурые или темно-бурые, почти черные слои с белыми и желтыми. Чем разнообразнее, контрастнее и тоньше слои, тем ценнее камень. На ониксе обычно вырезают камеи, причем художник использует не только рельеф, но и окраску слоев. При изготовлении поделок особенно важно направление, в котором разрезается ониксовый желвак, — необходимо подчеркнуть слоистость и узор оникса.
Халцедоновые и агатовые гальки можно собирать в Кобулети и в районе Карадага в Крыму. Одна из бухт даже называется Сердоликовой. По свидетельству А. Е. Ферсмана, в начале XX в. в Коктебеле была мастерская чеха Яромира Тиханека, где из местных камешков изготовлялись бусы, запонки, булавки, броши, причем Тиханек владел и искусством подкрашивания агата.
Сейчас красивые камни в бухте Коктебеля — большая редкость. Но увидеть их можно. На могиле поэта и художника Максимилиана Волошина, который жил и умер в этих местах, собраны эти камни.
Крупное месторождение поделочного агата расположено в Иджеванском районе Армении, где в мощной вулканогенной толще черные слои плотных андезитовых лав чередуются с туфовыми, более пористыми пластами. Слои лав богаты незакристаллизованным стеклом, по особенно его много в туфе, который застыл гораздо быстрее, чем лава. Сейчас среди мощных глиняных толщ, которые представляют собой полностью измененные и превращенные в глину лавы и туфы, стоят крупные черные скалы — глыбы лавы, не успевшие измениться. Всякая пустота в глине (жеода) близ сохранившихся неизмененных пород и в лавах выполняется халцедоном. Если пустота большая и края ее уже оделись корочкой халцедона, то раствор проникает в нее медленнее и внутри жеоды образуются более крупные агатовые и кварцевые кристаллы.
Известны месторождения агата и в других областях развития вулканических пород. Так, в конце 70-х. годов на северо-востоке Якутии в галечнике р. Седедема, которая впадает в р. Колыму, были встречены валуны и гальки агата, сардера, оникса и кроваво-красных карнеолов иногда с кристаллами кварца в центре. Агат и халцедон здесь вымываются из меловых лав (образованных примерно 100 млн лет назад), развитых на водоразделах Алазейского нагорья.
Агат и другие кремнистые камни были первыми материалами, из которых
