Пенелопа, будто специально в подтверждение слов Януса о неровности ее характера, впала в меланхолию. Обычно она устраивалась в углу комнаты, где мы находились, сидела там тихо, как мышка, часами не произнося ни слова, и только тем и занималась, что наблюдала за мной. Самое странное, что я не чувствовал себя неловко под ее пристальным, изучающим взглядом; она смотрела на меня с такой теплотой и доброжелательностью, что мне было даже приятно.
Из-за такого состояния Пенелопы общался я преимущественно с Брендой. Мы болтали, дурачились, играли в шахматы и другие, менее интеллектуальные, но более подвижные игры на двоих, а время от времени, когда Пенелопа немного оживлялась или ко мне наведывался Дионис, мой старый друг и кузен, младший сын тети Помоны, мы втроем перекидывались в карты. Позже Бренда принесла в мою комнату персональный компьютер и, следуя моим указаниям, принялась конструировать для меня сверхсложные и сверхмощные заклинания. Надо отдать ей должное — она оказалась отличной помощницей, работала быстро и плодотворно, схватывая все налету.
К исходу третьего цикла мое самочувствие улучшилось настолько, что я мог уже без опаски вызвать Образ Источника и, задействовав его на самом поверхностном уровне, продиктовал с компьютерных распечаток новенькие заклинания. Я не спешил, стараясь не перенапрягаться, вследствие чего потратил на это занятие более трех часов (хотя при желании мог бы уложиться и в один час), зато усталости почти не чувствовал — лишь легкую и, в конечном счете, приятную утомленность перед сном.
Теперь я был вооружен до зубов и уже не страшился встречи ни с созданиями Порядка, ни с порождениями Хаоса. Особенно лихим было одно заклинание на девяти языках, которое я надиктовывал в течение сорока минут. Это был мой маленький сюрприз для Александра и его сынка, если они окажутся замешанными в играх на стороне Порядка.
— Дед прав, — удовлетворенно констатировал я, потягиваясь в кресле. Из нас получится хорошая команда.
— Совершенно верно, — согласилась Бренда и тут же выстрелила взглядом в Пенелопу. — Правда, кое-кто из нашей команды, не будем называть имен, чересчур угрюм и задумчив.
В ответ на это замечание Пенелопа молча поднялась с кресла, подошла ко мне и легонько чмокнула меня в губы.
— Спокойной ночи, Артур, — сказала она, затем поцеловала Бренду и добавила: — Спокойной ночи, кузина.
— Ты уже уходишь? — спросил я, как всегда, млея от ее поцелуя.
Пенелопа кивнула и сонно улыбнулась. Впрочем, сонной она выглядела с самого утра.
— Я устала и хочу спать. Да и поздно уже.
— Приятных тебе снов, милая, — сказал я и поцеловал ее руку.
— Спасибо… отец. — Она всегда делала паузу, прежде чем назвать меня отцом. Видно, не привыкла еще.
Когда дверь за Пенелопой закрылась, Бренда, качая головой, проговорила:
— Бедняжка сейчас переживает кризис жанра. У нее так и чешутся руки начать писать твой портрет с натуры, но она почему-то находит эту идею банальной и даже вульгарной.
— Наверно, я здорово разочаровал ее, — предположил я.
— Да нет, что ты! Она просто без ума от тебя. Но ты совсем не такой, каким она тебя представляла. Сейчас Пенни мучительно привыкает к тому, что ты вовсе не идеал, а живой человек из плоти и крови.
Я тяжело вздохнул.
— Боюсь, ей придется привыкать еще кое к чему.
— А именно?
Несколько секунд я набирался смелости, потом заговорил:
— Видишь ли, когда я рассказывал вам свою историю, то умолчал о том, что есть девушка, которая скоро станет моей женой.
— Ага, — сказала Бренда и вдруг в глазах ее зажглись лукавые искорки. — Но ведь Брендону ты говорил, что ОНА — невеста твоего друга. Значит, ты обманул его?
Меня обдало жаром.
— Это… Дана здесь ни при чем…
— Так ее зовут Дана? — Бренда явно забавлялась моим смущенным видом. — Красивое имя. Брендон говорит, что она очень хорошенькая и очень-очень молоденькая. Он говорит, что вы смотрели друг на друга такими влюбленными глазами…
— Плевать, что он говорит! — вспылил я. — Все это глупости!.. — Я запнулся, сообразив, что кричу. — Прости, сестричка. Я малость погорячился.
Бренда пересела на подлокотник моего кресла и ласково потрепала меня по голове.
— Это я должна извиняться, что вмешиваюсь не в свое дело, проворковала она таким ангельским голоском, что всей моей обиды как и не бывало. — Ну давай, рассказывай.
— Ее зовут Дейрдра, — начал я. — Она единственная дочь покойного короля Бриана и двоюродная сестра ныне царствующего короля Колина. Мать Дейрдры была простой смертной, а стало быть, она полукровка. И она красивая, очень красивая.
— Ты любишь ее?
— Да.
— Сильно?
— Очень сильно.
— Бедный братик, — сочувственно сказала Бренда. — Представляю, каково тебе было, когда ты вспомнил Диану.
Мы немного помолчали. Я чувствовал, что Бренда понимает меня, и это было отрадно. А вот моя дочь…
— Как ты думаешь, — осторожно спросил я. — Пенни болезненно отреагирует на это известие?
— Думаю, она будет неприятно поражена. Ведь в ее представлении вы с Дианой были единым целым. Впрочем, она уже готова к этому… ну, если не готова, то, во всяком случае, готовится. В частности этим и вызваны ее теперешние страдания.
— Вот как? — обиделся я. — Брендон уже поделился с ней своими нелепыми догадками насчет Даны?
Бренда внимательно посмотрела на меня, и в ее глазах я прочел невысказанный вопрос: а так ли они нелепы?
— Нет, это я. Позавчера, когда между нами в очередной раз зашел разговор о твоей жизни в том мире, я высказала предположение, что уж если ты прожил двадцать лет, ничего не помня о себе, то наверняка у тебя есть девушка, а может быть, и жена.
— И как она отнеслась к этому?
— Была шокирована. Прежде она не задумывалась о такой возможности. Как я уже говорила, она только начинает воспринимать тебя как живого человека.
— Тогда прошу тебя… — Я замялся. — Ну, как-нибудь намекни ей. Тонко, ненавязчиво, постарайся не огорошить ее сразу.
Бренда хмыкнула.
— Нелегкую задачку ты мне подкинул, — сказала она. — Не из приятных. Но я возьмусь за ее выполнение. Рано или поздно Пенни все равно узнает правду — так пусть лучше от меня. Для нее это будет удар, но я постараюсь смягчить его насколько смогу.
— Спасибо, сестричка.
Я достал из кармана сигарету и закурил. Бренда собрала разбросанные на столе листы с распечаткой текстов заклинаний и сложила их в аккуратную стопку. Как я уже успел убедиться, она была болезненно опрятна и просто обожала наводить повсюду порядок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
