— Эй, генерал-губернатор! Дай мне пять минут! — ору я, насколько это возможно для осипшей глотки. Не знаю, услышал он Мстислава или меня, но кивает и делает неопределённый жест. Зомби беснуются, хаотично бродят.
Призыв.
— Всем в портал. Внимание, всем отступать в портал.
Локальный портал. Открываю его по памяти, в квартал Авангард. Там за порталом даже привычная мне полутьма.
До последней секунды не был уверен, что получится. Но то один простой зомби, то другой, вот банши, нырнули в окошко прохода, а вот и густо и опасно дышащий громила, с которого слетели наркоманские стремена — управляющий поводок ступает следом. Надо думать, наездник скоропостижно скончался, два раза ха.
Я твердил и твердил призыв, буквально, словами звал внутрь. Повторно открывал, снова звал. И хотя слабо верил в успех, снаружи осталось только буквально четыре простых зомби, которые глупо крутили головами.
Ну, что делать? Выдохнул. Голова гудит, всё тело в крови, меня самого легко перепутать с тупыми зомби-пожирателями трупов. Совершил серию блинков и прихлопнул «непослушных», потом с небольшим отвращением стянул с одного из укокошенных игроков зелёную куртку и накинул на плечи. Как говорил Караченцов — в степи всё-таки холодно, а я не совсем одет.
Вертолёт с Цезарем отечественного разлива приземлился первым, оттуда бодро посыпались хаотично вооруженные пехотинцы, сочетающие системное и огнестрельное вооружение, им навстречу выскочили гули-гвардейцы, которые быстренько посмотрели друг на друга и зачем-то выстроились в шеренгу.
Под моим слегка охреневшим от такого разворота событий взором к ним молодцевато протопал диктатор и великий Понтифик Цезарь и они что-то там на своём армейском ему прогавкали.
Улыбаясь, как отец невесты на свадьбе, он дошёл и до меня.
— Здорово дневали, Гай Юльевич! Пельштейн же сказал, что ты вне зоны доступа?
— Пришлось применить уникальный артефакт для экстренного и непланового возврата. Вышло довольно дорого, но результат того стоил. Не с того мы начинаем. Лёнька, я рад тебя видеть.
И генеральская морда (на голову ниже меня, но довольно крепкий) облапала меня, обняла, потом всячески пожала руку, что было совершенно не по Уставу.
Ах да, он же не знал, что со мной после нападения долбанной богини.
— Полетели в штаб. Там как раз супчик с фрикадельками готовят.
— Кхе. Нет уж. Пошли в эту цитадель вражеских сил, которую я практически в одно рыло поборол, а ты со своей запоздалой конницей столбишь, как своё достижение, что совершенно не честно!
Он хохотнул, хлопнул по плечу, и мы действительно вернулись в зал.
— Твоё превосходительство, как ты мог заметить, я обратил отряд бойцов в гулей.
— Заметил, — его улыбка стала менее яркой, но потом вернула свой блеск. — Надо думать они были мертвы или укушены и без вариантов стали бы зомби. Успел пробежаться по докладу Пельштейна и Стейн, поэтому дело ты сделал доброе, тебе за это воздастся. А расположение ОПГ, я бы даже сказал, логово шайки, которое отказалось от сотрудничества захватил не ты, не я, а российская армия, в лице старшего лейтенанта Восковитина Л. Ю. Знаешь такого?
— Когда мне уже начнёт за мои добрые дела воздаваться? Где мой орден на полгруди? Вот ещё что. Тут все покусаны и начнут восставать в виде зомби.
— Разберёмся, не в первый раз.
— Я могу принудительно обратить пятерых, на кого ты укажешь пальцем в гулей, вдруг польза будет какая-то.
Цезарь остановился, посмотрел на меня, морда лица его сделалась задумчивой, потом он кивнул и среди хаотично разбросанных трупов указал мне подряд на пять магов, зверски убитых, в том числе и мной.
Троих пришлось забраковать. Один заминусился моим ножом, который среди прочего делал смерть «окончательной» (в описании такого нет, что очередной раз огорчает меня). Ещё двое слишком пострадали, там уже было нечему обращаться.
Произошла замена и генерал получил пятерых свежеобращенных гулей-магов, которых тут же увели вояки.
— А где Мозг? — нахмурился он.
Не стал язвить про анатомию, нашёл свои шмотки, надел надорванные джинсы прямо на голое тело, кирасу под куртку, закинул остальное в сумку, вернул Помоешника и Темника в карты, блинкнул за пределы здания, втянул в карту свой броневичок(этот фокус вызвал легкое охреневание в глазах присутствовавшей тройки солдат), после чего сгенерировал свой микропортал и сопроводил генерала (он решительно шагнул в портал раньше, чем я что-то сказал) на крышу МФЦ.
В этот раз на мне была одежда, я даже этот факт проверил. Ну частично, но срам прикрыт.
И вот Цезарь уже что-то втирает группе девушек, вызывает вертолёт для эвакуации, поит Мозга системным зельем и вообще явно весь из себя спаситель.
В этот раз не стал использовать системные фишки, а позволил себя погрузить в грохочущую кабину и вывезти в кремль.
По дороге меня кто-то потянул за рукав.
— Военный, скажите, а там был… такой молоденький… Патрик? Как он?
Это была Майа. Усилием воли не дал себе скорчить гримасу или заржать.
— С ним всё в порядке. Что-то ему передать?
— Скажите, чтобы нашёл меня. Меня Майа зовут. Он мне кое-что обещал. Передадите?
Когда это я уже успел что-то наобещать?
— Передам, конечно.
От Майи чертовски классно пахло. Я даже на секунду забыл, что трясусь в коробке, что в бок впивается ребро жёсткости корпуса, что я многажды ранен и голова трещит, что системные сообщения флегматично уведомляют о малом магическом ослаблении и неудачной попытке меня отравить.
Вертолётная площадка, выгрузка под перекрикивание армейцев, грохот, парочка солдат тащит какой-то коробок.
В какой-то момент меня перехватывает Цезарь и тащит в направлении столовой. К счастью, его самого ловит усатый офицер и начинает что-то спрашивать про визы и приказы.
Большое такое помещение. Чистое, простое. Много столов. Наверное, раньше это было кафе на полсотни посадочных мест. На стене плакат, что-то там про тёщу и тестя, наверное, от очередной свадьбы осталось.
Дохожу до раздаточных витрин, там пока что никого. Из двери высовывается румяный солдат, вопросительно кивает.
— Да мне тут генерал обещал суп какой-то. Обманул?
— Никак нет. Будет минут через тридцать. Вам бы пока помыться, товарищ…
— Старший лейтенант, — сообразил, что знаков различия на мне нет.
— Старший лейтенант, — с готовностью повторил он. — Там налево и прямо душевые, даже прачечная есть, только в ней сейчас никого. Но души работают.
Молча киваю, соглашаюсь. В столовой уже какие-то люди, компания гражданских, но ведут себя уверенно, хотя и не наглеют.
Ухожу по заданному им маршруту, вглубь коридора, потом налево, прямо, открываю двери, нахожу в полутьме свет.
Обычная такая прямоугольная комната, восемь кабинок душевых, всё казенное, простое, как в бюджетной качалке или наоборот, на современном производстве. Вдоль стены лавки, на одной из них валяются изгвазданные резиновые сапоги. Дальняя стена покрыта слегка заляпанной зеркальной поверхностью. Людей (а также и нелюдей, чего уж там) — никого.
Дохожу до дальней стены, с легким «ох» стаскиваю с себя чужую куртку, снимаю кирасу, прилипшие от грязи джинсы, оказываюсь голым.
Как я всё это пережил? Голова болит. Критически осматриваю своё гульское тело. На ребрах рваные раны и синяки, это от оборотня. Четыре колотые раны, причём одна всё ещё сочится. Надрублена голова, зажило уже до свежего шрама, хотя всё в крови. Рана на шее. Две дырки в икре, пальцы все синие, на плече тоже синяк, кисти разбиты, нос тоже в какой-то момент пострадал. Мда. Красавчик. На месте, где были отрублены руки и ноги (раньше как-то забывал посмотреть) шрамов как таковых нет, но цвет кожи с резким перепадом оттенка, заставляет меня содрогнуться от воспоминания тяжести своих увечий. Разгибаю и осматриваю кисть, под ногтями грязь.
