К тому же у него совсем не было желания заниматься с женой любовью. Пожалуй, это и беспокоило его сильнее всего.
Он помнил, как после рождения Дашиного ребенка не мог смотреть на женщин. Его отвращение к Даше распространялось и на остальных. Игорь любил Веру, но любил по-родственному, как любят мать или сестру, а ведь с родственниками сексом не занимаются, это безнравственно… Он ловил себя на этой мысли и сразу же обрывал: «Чушь какая!»
Связь с Викой в первую очередь была хороша тем, что новая любовница вернула Игорю нормальную мужскую потребность в сексе. Он никогда не был половым гигантом и вполне отдавал себе в этом отчет, но превратиться в импотента, не дожив до сорока, — увольте! И, если бы не Викины требования, чтобы он переехал к ней жить, Игорь не стал бы рвать с ней отношения.
Уже после разрыва Игорь вспоминал о Вике. Он даже скучал. Иногда рука сама тянулась к телефону, просто позвонить, поболтать о том о сем…
Он сдерживался, Верина реакция до сих пор его пугала.
И только поздней весной Игорек решился написать Вике, так, ничего особенного, коротенькое сообщение. Он нашел предлог: ему потребовался хороший веб-дизайнер, а у Вики, он помнил, были какие-то знакомые.
Вика ответила, сообщила адрес. На этом вроде бы все. Но Игорь не успокоился. Она снова приснилась ему, а когда он проснулся, то обнаружил себя обнимающим жену, рука у нее в промежности, мощная эрекция у него. Игорь резко отстранился от Веры, вскочил, убежал в ванную. Как потом оказалось, жена не спала. Ждала, когда же он решится. Но как можно решиться на секс с одной, когда хочешь другую?
Он весь день прятал глаза от жены. Чувствовал — догадалась.
Игорь хотел исправить положение. Но как только ложился в постель с женой, желание начисто пропадало.
Вера, сначала терпевшая его равнодушие, со временем перестала скрывать свое раздражение. Она прямо спрашивала: «Почему?» Игорь неловко уходил от ответа. Он давал себе слово обратиться наконец к врачу и разобраться со своими проблемами, но постоянно откладывал, то денег не было, то времени…
К Вике его тянуло.
Игорь снова нашел предлог, позвонил ей, сказал, что хотелось бы посоветоваться насчет работы, мол, наклевывается новый проект и все такое.
Вика согласилась и прислала эсэмэску: «Могу в пятницу…»
И надо же было такому случиться, эсэмэску прочитала жена! Случайно получилось. Он оставил телефон включенным, утром жена встала первой, ну и… И снова был грандиозный скандал. Игорь так перепугался, что начал врать напропалую. Дескать, это старая эсэмэска, и вообще у него телефон глючит, и Вику он давно заблокировал. Вера вроде бы поверила. Во всяком случае, он так подумал. Но снова ошибся. Вера вроде бы не спорила, но, как оказалось, не успокоилась. Она потребовала открыть почтовый ящик. Он открыл. Жена увидела возобновленную переписку, замкнулась.
Ему стоило огромного труда доказать ей, что переписка с Викой была самая невинная, касающаяся работы. Он доказывал. Вера молчала. Он исчерпал доводы. И тогда она сказала:
— Ты больше не хочешь меня…
— Да, это проблема, — быстро согласился он, — но пойми, я устал от вранья, на меня давит комплекс вины, наши ежедневные скандалы, твое недоверие, я стараюсь помочь тебе и себе, наверное, я делаю что-то не так…
Игорю не в чем было упрекнуть себя. Но это не его заслуга.
Происходило что-то непонятное. Совсем недавно Игорь чувствовал себя чуть ли не донжуаном. Конечно, ему было трудно, но кому не польстит привязанность сразу трех женщин?
«Прошел год. За этот год у меня родилась дочь, я встретил еще одну женщину и ухитрился не потерять ни одну из трех…» — так он писал в своем дневнике прошлой осенью. Игорь был уверен, что нужен им всем. Что без него они жить не смогут. Он ожидал драки, очной ставки, скандала. В глубине души тешил себя надеждой, даже не надеждой, а так, подспудным желанием мальчишки, того самого, школьника, мечтавшего, как все будут рыдать, увидев его в гробу. Но три вдовы у гроба рассыпались в прах. А он был по-прежнему жив. Что же пошло не так?
Он позвонил отцу Николаю, и тот пригласил приехать.
Игорь уговорил жену. Как раз подвернулась возможность взять на работе машину. Они поехали.
Игорь долго и путано объяснял батюшке свое состояние. Тот выслушал, но на этот раз не сочувствовал, сказал:
— Смотри, Господь вразумит, да поздно будет.
Вообще поездка выдалась неприятная. Игорю все время казалось, что он делает что-то не то и не так. Как будто не он сам принимает решения, а кто-то другой за его спиной толкает его и руководит им. Неприятное ощущение. Он ожидал получить ответы на свои вопросы, ожидал сочувствия и понимания от отца Николая, но вместо этого наткнулся как на стену — на отчуждение, да, именно так. Его сомнения, его метания, попытки познать самого себя — все это, как оказалось, никому не интересно.
Вернувшись домой, Игорь впал в депрессию. Ничего не происходило в его жизни, кроме бесконечных разборок и обвинений. Никому не было дела до его душевных метаний. Все думали только о себе. Вера, например, ну почему она так зациклилась на его изменах? Ведь он не ушел от нее и никогда не собирался уходить. А сама она? Зарылась с головой в работу, они почти не разговаривали, только по привычке делили постель. Она уставала, у нее болела голова… А он устал от этих вечных болезней. Ведь должна же женщина понимать, что мужчине тяжело находиться все время дома, держаться за ее юбку. У него должна быть хоть какая-то свобода. Да, Игорь немного переборщил, согласен. Но кто же знал, что Дашка окажется такой стервой?
Отец Николай, на которого Игорь возлагал такие большие надежды, тоже почему-то устранился. И что значит «поздно будет»? Что еще может случиться? Кажется, уже все, что могло, случилось…
Промаявшись в таком состоянии несколько дней, Игорь написал Вике:
Я помню, какими глазами ты смотрела на меня во время нашей последней встречи. В них была жалость, да, жалость… Что я могу предложить любимой женщине? Ничего.
Я только хотел сказать тебе, что ты очень много мне дала. Я люблю тебя, ты лучшая!
Вот уж действительно, если Бог кого-то захочет наказать, то прежде отнимет разум. Игорь отправил письмо и снова не закрыл почту. Злополучное письмо словно дождалось, когда же его прочитает Вера. И Вера, естественно, прочитала.
А Вика, кстати, на послание так и не ответила. Может, не успела…
На этот раз уговоры не подействовали. Вера потребовала, чтобы Игорь оставил ее в покое и убирался к кому и куда хочет.
Вот тогда ему и вспомнились слова батюшки.
