Читаем без скачивания Вечная жизнь - Джек Вэнс

— Гэвин Вэйлок! Смерть! Смерть! Смерть! СМЕРТЬ!

3

Пританеон собрался на чрезвычайную сессию. Но явилась только половина членов, да и те были взволнованы и перепуганы. Они понимали, что их общественные обязанности сейчас не имеют никакого смысла.

Бертраму Хелму, первому Маршалу Милиции, было предписано восстановить порядок в городе. Каспар Джарвис должен был помочь ему всеми силами отряда убийц.

— А что с Гэвином Вэйлоком? — спросил чей-то голос.

— Гэвин Вэйлок? — Председатель пожал плечами. — Мы не можем ничего сделать с ним. — И добавил: — И для него тоже.

4

Гэвина Вэйлока разыскивали по всему Кларжесу. Его квартира была разгромлена, а десятки людей, хоть в чем-то похожие на него, были схвачены и им пришлось пережить немало неприятных минут, пока не выяснялось, что ни один из них не Гэвин Вэйлок.

Откуда-то появился слух: Вэйлока видели в Эльденбурге. Толпы тут же с ревом ринулись туда.

Дом за домом, Эльденбург был обыскан весь.

Поблизости от города был расположен космопорт. Поначалу люди были настроены менее враждебно и озлобленно, чем тогда, когда уничтожали Актуриан. Однако, когда они наткнулись на металлические барьеры, ярость вновь вспыхнула в них. С грозным пением люди атаковали ворота, используя столбы как тараны.

За воротами опустился воздушный кар, и из него вышли шесть человек: Совет Трибунов. Они подошли к воротам, подняв руки, как бы желая успокоить людей.

В центре шел Ги Карскаден, Высший Трибун.

Толпа заколебалась. Удары тарана приостановились.

— Ваше безумие должно прекратиться! — закричал Карскаден. — Что вам нужно?

— Вэйлок! — взревела толпа. — Нам нужен преступник, монстр!

— Разве вы варвары? Вы уничтожаете все и забыли законы государства!

Гневные голоса ответили ему:

— Законов больше нет! — И чей-то пронзительный вопль донесся из задних рядов:

— Государства тоже нет!

Карскаден в отчаянии махнул рукой. Толпа заволновалась, барьер рухнул под напором десятков тысяч тел.

Мужчины и женщины с горящими глазами ринулись вперед. Трибуны медленно отступали, стараясь сдержать толпу:

— Назад! Назад!

Вокруг высокой “Стар Энтерпрайз” Трибуны образовали заслоны, и толпа медленно приближалась к ним.

Карскаден снова попытался образумить их:

— Стойте! — закричал он. — Возвращайтесь домой, возвращайтесь к работе!

Толпа остановилась, гневная, волнующаяся.

— Вэйлок! Монстр Вэйлок! Он сожрал наши жизни!

Карскаден заговорил со всей убедительностью, которую смог выжать из себя:

— Будьте благоразумны. Если Вэйлок совершил преступление, он заплатит!

— Наши жизни! Пусть вернет наши жизни! Смерть ему!

Толпа снова двинулась вперед, и Трибуны были затоптаны ею. Безумные люди уже карабкались по трапу к открытому люку в пятидесяти футах от земли.

В корабле что-то зашевелилось. Из люка на площадку вышел Бибурсон. Он посмотрел на толпу, с сожалением покачал своей большой головой, затем поднял какой-то сосуд и выплеснул его содержимое.

Зеленый газ, клубясь, окутал людей. Все бросились от корабля.

Бибурсон посмотрел на небо, откуда спускался к кораблю воздушный кар, снова посмотрел на толпу, поднял руку в меланхолическом приветствии и снова скрылся в люке.

Толпа занимала все пространство космопорта вплоть до пригородов Эльденбурга.

Из толпы снова раздались отдельные крики, которые затем перешли в общий рев:

— Гэвин Вэйлок! Дайте нам Гэвина Вэйлока! Дайте нам Гэвина Вэйлока!

Толпа снова двинулась вперед, смыкая кольцо вокруг огромного корабля.

Кар сел на площадку, из него вышел человек среднего роста с широким хитрым лицом и шапкой желтых волос. Он заговорил в микрофон. Голос его прогремел над толпой, заставив ее стихнуть.

— Друзья! Многие из вас знают меня. Я Якоб Мил. Я хочу говорить с вами. Я хочу рассказать, что ждет Кларжес в будущем.

Толпа примолкла.

— Друзья, вы все слишком возбуждены. И это понятно. Потому что вы разрушили свое прошлое, и теперь перед вами лежит только будущее. Вы пришли сюда в поисках Гэвина Вэйлока. Но это глупо!

Толпа снова взревела:

— Он в корабле!

Якоб Мил невозмутимо продолжал:

— Кто такой Гэйвин Вэйлок? Как можно ненавидеть его? Это значит ненавидеть себя. Ведь он — это мы. Он сделал то, что каждый из вас хотел сделать. Он действовал без сожаления, без страха. И добился успеха, которому мы все жестоко завидуем.

Гэвин Вэйлок совершил противозаконное деяние. Ну что же, разорвите его на куски. Может, это и будет справедливо, но что будет с вами?

Толпа молчала.

— Вэйлок менее виновен, чем все мы вместе, государстве Кларжес. Мы запятнали свою историю человечества, мы испортили человеческую расу. Как? Мы ограничили применение изобретения человеческого гения. Мы тешили себя чудесными видениями жизни, держали в руках ароматный плод, а пользовались только огрызками от него.

Напряжение в ваших душах неумолимо возрастало, и теперь произошел взрыв. Он был неотвратим. Вэйлок оказался лишь катализатором. Он ускорил течение истории, и его за это нужно благодарить.

Толпа молчала.

Якоб Мил сделал шаг вперед, пригладил волосы. Лицо его стало строгим, как бы вырезанным из камня, голос зазвенел:

— Все о Вэйлоке. Он сам по себе не важен. Но ценно то, что он сделал. Он разрушил систему. Мы свободны! Актуриан уничтожен, все записи потеряны, пропали; каждый человек стал таким же, как и все остальные. Все люди равны!

Как мы воспользуемся своей свободой? Мы можем восстановить Актуриан, можем распределиться по филам, можем снова запутаться в этих сетях как мухи в паутине. Или мы можем перейти в новую фазу истории — туда, где жизнь принадлежит всем, а не одному из двух тысяч!

Толпа понемногу заражалась энтузиазмом Мила. Послышались возгласы одобрения.

— Как нам это сделать? Мы знаем, что наш мир мал для вечной жизни. Это правда. Теперь мы должны стать пионерами, должны осваивать новые территории. Так было раньше, в далекой древности. Так должно стать сейчас. Именно это условие вечной жизни. Разве этого мало? Если человек сам строит свою жизнь, он заслуживает того, чтобы жить вечно!

Толпа взревела:

— Жизнь! Жизнь! Жизнь!

— Где мы можем найти жизненное пространство? Во-первых, на земле, за границами Кларжеса. Мы можем идти к варварам как завоеватели, а можем идти как пилигримы, миссионеры. А потом, когда земля будет освоена полностью и снова встанет проблема жизненного пространства, где мы сможем найти его?

Мил повернулся к “Стар Энтерпрайз”, посмотрел в небо.

— Когда мы уничтожили Актуриан, мы уничтожили барьер между нами и небом. Теперь жизнь, вечная жизнь у каждого в руках. Человек должен двигаться вперед, это природа его мозга. Сегодня человек живет на земле, завтра он полетит к звездам. Вселенная ждет нас!

Толпа молчала. Люди привыкали к новому направлению мыслей, обдумывали все, сказанное Милом. Наконец люди задвигались, заговорили…

— Люди Кларжеса, — снова продолжал Мил. — В ваших руках решение. Вы решаете, нужны ли нам перемены. Какова ваша воля?

Ответ толпы был единодушен.

И только издали донесся одинокий голос — голос Роденейва:

— Но Гэвин Вэйлок! Что с Гэвином Вэйлоком?

— А, Вэйлок, — задумчиво сказал Мил. — Он одновременно и величайший преступник, и величайший герой. Может, нам стоит и наградить и наказать его? — Мил повернулся к “Стар Энтерпрайз”. — Вот стоит прекрасный корабль, готовый погрузиться в пучину космоса. Разве может быть более благородная миссия, чем открытие новых миров для человечества? Что может быть страшнее наказания для Гэвина Вэйлока, чем покинуть Землю на “Стар Энтерпрайз”?

Гэвин Вэйлок вышел из люка и встал на площадке рядом с Милом. Он стоял и смотрел на толпу, которая взревела и двинулась вперед.

Вэйлок поднял руку, и мгновенно стало тихо.

— Я слышал ваше решение обо мне. Я слышал и согласен с ним. Я отправляюсь в космос. Я отправляюсь искать новые миры.

Он поднял руку, поклонился, повернулся и исчез в корабле.

Прошло два часа. Толпа отошла подальше от корабля. Люди заняли места на склонах Эльденбургских холмов.

Завыли предупредительные сирены. Столбы голубого пламени задрожали пол “Стар Энтерпрайз”…

Медленно она оторвалась от земли и, постепенно наращивая скорость, стала уходить в вечернее небо.

Голубой огонь превратился в яркую звезду, которая все тускнела, удаляясь, пока не исчезла совсем.

Умирающая земля

Туржан Миирский