Однако, сколько бы мы ни искали, найти обоснование и объяснение такого странного поступка нам не удалось. Лишь пара намёков на то, что часть испытуемых со временем становилась плохоуправляемыми. Но фактически убивать их за это? Не думаю, что Создателям были какими-то садистами и делали подобное исключительно по собственной прихоти. За всем этим крылась какая-то причина.
— Получается, Седьмой, до меня у тебя уже был Носитель? — наконец, резюмировал я, отодвигаясь от экрана терминала.
«Мне об этом ничего не известно», — спокойно ответил тот. — «Если такое и было, все данные и воспоминания были удалены из моей памяти».
— Да уж, разобраться бы ещё в чём заключается твоё отличие от других экспериментов, вы же должны были сильно отличаться друг от друга?
«Всё верно, Носитель».
Мы сегодня узнали куда больше, чем рассчитывали. Седьмой нашёл документы, объясняющие принципы слияния конструкта с тенью человека и каким образом происходило взаимодействие конструкта с телом, магической силой и сосудом души носителя. Отчасти это походило на то, как это делали контрактные боги, но со своими нюансами, конечно. Что же касается отличий, то на их обнаружение у нас ушло ещё больше времени.
Всё время пока мы корпели над терминалом, меня не покидали самые дурные предчувствия, не пойми откуда появившиеся, но при этом с каждой минутой становившиеся всё более отчётливые. Что-то назревало, но как бы я ни старался понять, что меня беспокоило, никак не удавалось.
Итак, с первого по третий номер конструктов фокус Создателей был сосредоточен на физическом и магическом усилении Носителей. Причины неудачи экспериментов указывались, как деградация функций мышления и разрушение личности Носителей после первого месяца использования конструктов. При этом отмечалось быстрое наращивание потенциала людей и их ускоренное, по сравнению с обычными, развитие. Как в магической силе, так и в энергетической закалке тела.
Эксперимент четыре провалился вследствие разрушения Сосуда души, Носителя, не выдержавшего скорости его расширения. Очевидно, в Четвёртом Создатели захотели попробовать воплотить своё желание создания сильнейшего медиума. Однако из-за того, что на тот момент изнанка всё ещё только расширялась, а сущности и фамильные боги не были таким частым явлением, как это было сейчас, у них оказалось недостаточно опыта в реализации задуманного.
Когда Седьмой рассказал мне об этом, я мысленно пожалел беднягу, которому не повезло оказаться участником четвёртого эксперимента. Разрушение сосуда души, это безвозвратное уничтожение тени и одна из самых отвратительных смертей. В Семье и клане часто ходили байки о медиумах, перестаравшихся во время своих тренировок и уничтоживших собственные сосуды, а после ещё несколько часов, умиравших в сильнейших муках. Нда-уж.
С пятым и шестым экспериментами было всё понятно. Создатели пытались совместить в них набранный опыт и знания по развитию силы магии, закалки тела и сосуда души, а также стабилизировать магический конструкт через наборы ограничений и команд. К сожалению, нужных результатов это не принесло. Все носители погибли из-за разрушения разума, превратившись в растения. Лишь седьмая итерация эксперимента смогла похвастаться стабильностью и безопасностью для своих Носителей. Да именно во множественном числе.
Как я понял, Создатели не сильно беспокоились о людях, имплантируя, а затем позже извлекая магические конструкты из тел других людей. Причиной успеха седьмого эксперимента оказалось использование в структуре конструкта зачатка человеческой души. А если быть точнее ошмётков разных теней, соединённых друг с другом и ограниченных набором команд. «Разумность» магического конструкта в этом случае выходила условно стабильной и позволяла ему развиваться параллельно со своим Носителем.
— Погоди, Седьмой, получается, тебя создали из ошмётков душ разных людей? — спросил я, прервав его на мгновенье.
«Здесь указывается пять осколков теней, однако не нужно считать, что это именно души. Как я понял, носитель, Создатели использовали фрагменты теней, как место хранения информации, инструкций и директив. Отсюда и невозможность отделения магического конструкта от личности Носителя без уничтожения последнего. Фактически мы с вами уже слились и представляем единую душу-тень», — пояснил Седьмой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вот же проклятье, — не смог удержаться я от удивлённого восклицания. — Теперь становится понятнее, каким образом происходят изменения в личности. Да уж.
Остальные эксперименты, так или иначе, пытались развить удачную технологию, которую удалось реализовать в Седьмом. Правда, Создатели делали это методом проб и ошибок. И вот тут-то и была зарыта та самая собака. Причиной такого странного процента удачных экспериментов стало то, что Создатели толком и сами не знали, что же они делали. Они просто тыкались чуть ли не наобум в попытке создать управляющий конструкт.
Следующие после Седьмого итерации были направлены не на сбалансированное развитие, а уже на принудительное расширение сосуда души и магической силы. Очевидно, не очень успешно. Как раз во время изучения результатов последних экспериментов нам с Седьмым, кажется, удалось наткнуться на кое-какую информацию объясняющую, почему же разработка управляющих конструктов была приостановлена, а позже и вовсе завершена.
«Результат экспериментов одиннадцатой и двенадцатой итерации — создан устойчивый контур управляющей тени. Скорость развития в пятнадцать раз выше от обычной, неизбежное появление комплекса бога-ребёнка у всех удачных итераций». — зачитал Седьмой. — «Более конкретные данные повреждены или принудительно стёрты».
— Комплекс бога-ребёнка? — не понял я о чём он.
«Это один из последних этапов развития Скульптора реальности, носитель», — ответил он.
Глава 21. Сомнения
В голове молнией сверкнуло воспоминание о рейде в Оранжевом мире, где нам на глаза впервые попались Якоря Реальности, кажется тогда седьмой уже говорил мне об этом «комплексе бога-ребёнка». Одновременно с этим в голове вертелись его последние слова. «Неизбежное появление этого комплекса у всех Носителей». Не нужно быть гением, чтобы не понять очевидного.
— Получается, результат твоих действий станет моё превращение в Скульптора Реальности? — спросил я, продолжая задумчиво смотреть бессмысленным взглядом на горящие ровным белым светом строчки языка Создателей на экране.
«Дело в том, что Создатели не закладывали в эксперимент номер семь ограничения, Носитель. Иными словами, моей задачей будет помощь в вашем развитии до вашей физической смерти, если она произойдёт».
Я глубоко задумался. То что говорил Седьмой, мне сильно не нравилось, так как, по словам конструкта и старика из сна-яви, все без исключения Скульпторы теряли собственную человечность, постепенно превращаясь в заложников собственной невероятной силы. Со слов Седьмого это было непреложной истинной и прежде всего оказалось связано с природой самого человека. Его внутренних страстей и терзаний. Исключения были, конечно. Как это случилось со стариком Дэниэлом, который попросту отказался от собственных сил, уйдя в добровольное изгнание в сон-явь. Ещё же одним путём мог бы быть отказ от самой человечности и связанных с ней…
Впрочем, перспектива стать Скульптором для меня была настолько призрачна и далека, что думать об этом сейчас не имело никакого смысла.
— Ладно, давай заканчивать, мы и так уже здесь задержались, а я ещё хотел осмотреть сам комплекс на предмет того, чтобы отсюда вынести полезного.
«Да, Носитель».
Далее мы в течение ещё пары часов копались в базе данных, которую в ускоренном темпе просматривал Седьмой для дальнейшего анализа. Пару раз натыкались на кое-какую интересную информацию. Например, это касалось механики появления изнанки или сущностей, что населяли её, но самое интересное нас, конечно, ожидало, когда мы смогли обнаружить информацию по инициативе Трибунал.
