в проходе, не только чтобы впустить Зою, но и на случай, если Слава снова найдет силы на меня кидаться — побегу к соседям, что еще делать.
И в квартире ж его одно не оставишь, как-то же нужно поставить уже точку в наших отношениях и выпроводить гада из своего нового дома и жизни навсегда!
— Я надеюсь теперь я достаточно ясно дала понять, что наши отношения окончены?! — чеканю я, а саму до сих пор трясет. — Совсем! Навсегда!
— Скорую вызывай, идиотка! — орет на меня Славик, зажимая ладонью кровоточащую бровь. — Ты мне череп раскроила, тварь!
— Не истери как баба! — выкрикиваю в ответ. — Там всего-то царапина.
— Какая еще царапина?! Да у меня походу сотрясение мозга…
— О, насчет этого не волнуйся, — шиплю я. — Было бы чему сотрясаться, может и стоило бы волноваться. А так, нет мозгов — нет проблем.
— Ну ты и сука, Лера! — вопит бывший. — Я же по-хорошему хотел!
— А я тоже, — фыркаю я. — Тоже знаешь ли хотела по-хорошему! До того, как ты попытался меня изнасиловать!
— Чего?! — рядом появляется Зойка. — Слав, а ты че тут делаешь?
— Так ты же сама ему адрес мой дала! — ору на дуру-подругу. — Вот! Мириться пришел!
— Да я ж тебе идиоту сказала с цветов начать и дать ей остыть! — увещевает она эту сволоч. — Ты нахрена сразу приперся-то, горемычный?!
— Ну, Зоя! — цежу я в ярости. — Вот теперь подбирай этого своего горемычного и проваливайте оба из моей квартиры!
— Лер, да ты чего? — еще удивляется зараза. — Ты же сама мне в клубе сказала, что в жизни только и мечтаешь о своем Славике, да детишек от него завести… Я ж как лучше хотела.
— Как лучше — не лезть в мою жизнь! — рявкаю я. — А твоими «добрыми намерениями» этот урод меня чуть не изнасиловал!
— Ты может примирительный секс с насилием перепутала? — вкрадчиво интересуется подруга.
— Ах, так и в этом вопросе ты у нас поработала? — перевожу взгляд на мужа. — Это ты ее фразочками меня утешить пытался?! Класс! Катитесь оба! И чтобы я вас больше не видела!
— Ну и дура ты! — отвечает Зоя, помогая моему бывшему подняться с пола.
Он как-то жалко напяливает штаны и хромая выходит вместе с этой козой из квартиры.
Прежде чем закрыть за ними дверь вышвыриваю потрепанный жизнью букет в подъезд, и наконец остаюсь наедине с собой.
Ладно, я погорячилась, когда думала, что одной в квартире тоскливо и что мне нужна компания. Никто мне не нужен! Я сама себе зашибись компания!
Закрыв дверь на все замки иду к холодильнику и достаю недопитое с Зойкой на новоселье шампанское. Наливаю в кружку и выпиваю залпом. Знаю, что потом мне будет плохо, но сейчас мне тоже не очень-то хорошо.
Черт. Только сейчас вспоминаю, что завтра мне на новую работу. Зря я выпила. Надо было лучше валерьянки накапать, но у меня нихрена в аптечке кроме того, что я брала от гриппа. Буду надеяться, что шампанское сработает как успокоительное.
Выключив свет бреду к кровати в тусклом свете ночника в надежде поскорее снова заснуть, чтобы как следует выспаться перед первым рабочим днем.
Однако из-за стресса и очевидно из-за того, что я проспала весь день, сон никак не идет. Зато я явно начинаю ощущать влияние выдохшегося шампанского на свой непривыкший к алкоголю организм.
Голову кружит. Вытаскиваю руку из-под одеяла и касаюсь пола, чтобы хоть немного заземлиться.
И почему я раньше не замечала какой мой муж мудак? Может он старался держать лицо? А теперь решил, что терять уже нечего, пан или пропал?
Скотина.
Сейчас даже мысли о притязаниях Артура не вызывают у меня такого отторжения, как домогательства Славы. Хотя вообще-то последний — «муж родной», с которым мы всякое в жизни прошли. Единственный мужчина, который когда-либо ко мне прикасался.
Ну теперь кроме Артура.
Артур вообще совсем по другому прикасается. Настойчиво и бережно одновременно. Будто по-хозяйски требовательно, но в то же время боясь сломать.
Слава же… потираю запястье, которое он кажется мне вывихнул.
Козел просто, Слава!
Чужой мужик ласковей чем свой. Уже почти бывший, но если подумать, Слава никогда со мной особо не церемонился. Его никогда не интересовало мое удовольствие. А Артур прямо-таки требовал, чтобы я кончила, даже если он при этом должен был остаться неудовлетворенным.
Странный он…
По телу разливается какое-то нездоровое тепло, вынуждая всю кожу пульсировать.
Интересно он до сих пор со своими шлюхами развлекается? И теперь плевать на меня хотел?
Чувствую себя какой-то жалкой.
Хватаю телефон с тумбочки, и набираю сообщение:
«Рада, что у вас все хорошо с вашими девушками. У меня тоже жизнь налаживается. Работу нашла. Муж приходил мириться. Вы были правы, он искренне раскаивается в содеянном», — даже не перечитывая жму кнопку отправить.
Ой, дура!
А зачем я это?
Только теперь перечитываю текст. Боже, да я ведь его неприкрытым текстом пытаюсь на ревность вывести. Зачем?!
Потому что сама приревновала постороннего мужика?!
Ой, дура! Ну дура же!
Это все шампанское! Не я! Не я!
Вздрагиваю, когда телефон вдруг начинает звонить.
Артур.
По видеосвязи.
Опять решил своих шлюшек показать?
Глава 59. ОН
Сам не понимаю нахрена опять ей звоню. Но хочу в глаза этой заразе посмотреть.
Нахуй она мне пишет о своем утырке?! Если все так хорошо у них, ну и наслаждалась бы примирением!
Меня прям распирает от ярости, пока я сжимаю в руке телефон и слушаю длинные гудки.
Если не возьмет, значит и правда с мужем помирилась. А если возьмет, значит…
— Не поздновато для звонков, Артур Тигранович? — ох, блядь, как же я уже соскучился по ее ебаному голосу.
— Ну и где же муж? — требую я, надеясь поймать ее на лжи.
Когда я пришел его не было. И сейчас поблизости его не видно. Обманула может? Или правда успел проскочить сучек?
— Буквально только что ушел, — отвечает она, и к моему сожалению не похоже, что врет.
Блядь!
— Значит к мужу решила вернуться? — цежу я.
— Еще не решила, — лежа в кровати пожимает плечиками и даже не замечает, как от этого действа с нее сползает одна бретелька. — Думаю еще.
Ведет себя странно. Голос лениво-размерянный.
— Ты опять пила? — предполагаю я.
— Валерьянки пару капель накапала.
— Поела?
— Мгм, — лениво улыбается сучка.
— Вкусно было?
— Очень, — облизывает свои пухлые губки. — Мне тут подруга бомбическую пасту сворганила, может даже с вашей потягаться.
— Подруга, значит? — ухмыляюсь я.
— Мхм.
— А че не мужик твой?
— Так мы же еще
