вне дворца оказалась куда проще. Никто не говорил, как ей стоит одеваться, как говорить и, самое главное, оказалось, многие вопросы решались либо деньгами, коими для Агнолии выступали взятые с собой украшения, либо силой, в чем молодой принцессе мало кто мог противостоять. На фоне бесконечных дневных унижений, учиненных матушкой, девушка своими силами превратила свое тело в прекрасное оружие. А пара особенно сильно радеющих за нее рыцарей показали много весьма эффективных приемов для самых разнообразных ситуаций. Самым сложным было скрываться, поскольку отсутствие глаза сильно выдавало. Девушка избавилась от повязки в тот же момент, как увидела свой портрет на двери одной из таверн столичного города. К сожалению, это вызвало осложнения при заживлении, поскольку в глазницу достаточно быстро попала грязь, но, на счастье девушки, гноящаяся и грязная рана обеспечила ей достаточно хорошую маскировку.
Спустя неделю столицу взбудоражили новости о прибывшем Архонте. Арес вошел в город как триумфатор, под крики толпы и с почетным караулом, обеспеченным королевской семьей. Архонту не нужны были никакие спутники, тем более телохранители, но свита позволяла ему выглядеть куда более важной особой, а от такого Арес никогда не отказывался. Внезапно его шествие прервали чьи-то крики, когда какая-то чумазая девчонка с отвратительным лицом напала на одного из рыцарей и подозрительно легко его одолела. Охранники вместе с городской стражей тут же бросились на перехват. Но девушка, умело пользуясь столпотворением, мечом и внезапно вставшими на ее сторону несколькими рыцарями, добралась до Ареса.
— Серьезно, хочешь бросить мне вызов? — не скрывая азарта, бросил Архонт.
Агнолия благоговейно преклонила колено и подняла перед собой меч.
— Я хочу стать вашей ученицей, — с трудом держа ровный тембр, сказала девушка.
Схватка вокруг прекратилась. Сторонники Агнолии быстро донесли до всех, кем является прервавшая их особа.
Арес тут же потерял интерес к происходящему.
— Пфф, возвращайся в свой хлев. Я не беру учеников.
— Сейчас, — прошипела одна из теней, что уже окутали весь окружающий мир.
И круг сомкнулся.
Внезапно охвативший жар вынул Мелиссу из тьмы в тот момент, когда она уже почти добралась до центра водоворота. Вернувшись в реальность, первым, что она почувствовала, были чьи-то мягкие губы. Все существо девушки оказалось в этом прикосновении. Она резко открыла глаза, не понимая, что происходит, но за мгновение до этого с силой оттолкнула наглеца, осмелившегося…
— Ты же был мертв, — прошептала она, в мгновение ока потеряв весь запал.
Прямо перед её взором предстала картина, как Риттер с закатившимся глазами проваливается во тьму.
Прошло несколько секунд, прежде чем пришло осознание.
— Риттер! — крикнула Мелисса. Но комната уже была пуста. Роящиеся тени старательно избегали свою прошлую жертву, а самая большая из них, окутавшая молодого адъютанта, растворилась в щелях между досками вместе с ним.
Мелисса огляделась по сторонам, пытаясь понять, где она и как здесь оказалась. Комната казалась нетронутой, не считая нескольких кровавых пятен на полу. Продолжая пребывать в сомнениях, девушка наверняка знала одно: что-то утянуло Риттера. А потому тотчас приняла решение вернуть его. Как минимум чтобы заставить объясниться.
Сделав твердый шаг вперед, она повелела полу под ее ногой покрыться настолько холодным льдом, что любая тварь, засевшая под ним, непременно бы обожглась. Затем, когда её воля была исполнена, девушка с рыком ударила кулаком по наледи, совершенно не заботясь о себе. Кровь с разбитого кулака окропила место удара, а пол разбился на ледяные щепки, представляя взору до боли знакомую картину. Скопище тьмы, словно гигантский водоворот, стекалось куда-то вглубь здания. Девушка спрыгнула вниз. Кровь, продолжая мерно капать с её руки, словно огнем жгла щупальца из теней, и те с шипением отступали от мест, куда упали капли.
Быстро оглядев помещение, Мелисса вновь сделала ледяной шаг, и вся огромная комната, весь пол, стены и потолок тут же покрылись ледяной коркой. Морозная прохлада по каким-то неведомым причинам разогнала затхлый воздух, и голубое сияние тысячелетних ледников, которым Мелисса одарила свое творение, озарило пространство.
Тени сжались и начали извиваться. Колоссальный сгусток чего-то влажного, мерзкого и явно бывшего сердцем укоренившегося зла находился прямо в центре помещения. Риттера же нигде видно не было.
“Убить тварь. Вернуть Риттера. Где Агнолия?”
Встряхнув головой, девушка решила, что думать она будет потом. Сейчас пришла пора выпустить наружу всю свою разрушительную силу, чтобы отплатить твари её же монетой.
Это была борьба льда и тьмы. Клубящиеся щупальца бросались на Мелиссу, оставляя гигантские дыры в стенах и полу, и там, куда приходился удар появлялись новые разломы с щупальцами.
Движения девушки больше напоминали танец. Риттер хорошо объяснил ей принцип сотворения магии, и эффективность её заклинаний подтверждала, что он оказался прав. Каждый взмах руки, каждый шаг творили ледяные цветы, латая дыры в реальности или разрезая воздух и тьму ледяными клинками, брошенными в их сторону.
Лед и тьма воистину подходят друг другу. В другой вселенной они бы прекрасно сошлись в несокрушимом дуэте. Но эта чернота была лишь аллюзией на темные материи или даже пустоту, существующие за пределами мироздания. А потому их противоборство напоминало борьбу с депрессией. Планомерные действия, повторяющиеся раз за разом, из чистого упорства, злобы или банального желания жить. Мелисса старательно двигалась к тому, чтобы отринуть эмоции. Так прекрасно умеющая притворяться девушка в жизни предпочитала холодный расчет. Вместо того, чтобы как в начале боя продолжать яростно бросаться на врага, она попыталась оценить ситуацию. И расклад был неутешительным. Противника явно что-то подпитывало. И она даже была уверена, кто.
— Идиот! — не удержалась она. — Высвободив меня, преподнес себя на блюдечке.
Противостояние зашло в тупик. Каждый удар и выпад, каждая новая возможность тут же нивелировались противодействием соперника. И хотя Мелисса этого не знала, ледяной воздух постепенно распространился по всей территории топей Глашатая.
Хуже того, Архонт потеряла самообладание, когда осознала, что поскольку Риттер является батарейкой, то затянувшееся сражение может его убить. Она бросилась вперед, пытаясь нарастить темп, отчего теперь её движения стали больше напоминать методы Ареса, нежели грациозный танец.
Столь яро сторонившиеся Архонта части теневого водоворота внезапно отрастили клыки. Неверный шаг и… Девушка поняла, что слишком поздно. Один из отростков быстро сформировался в новое щупальце, схватил её и впечатал в стену. Едва успев сотворить барьер, Мелисса все равно получила достаточно повреждений, чтобы услышать хруст в районе грудной клетки. Издав сдавленный крик, девушка обратила злобный взор на продолжавшую сжимать её тварь, и та, промерзнув насквозь, рассыпалась ледяной пылью.
Тени сгущались, и Мелисса, на мгновение открывшая свой разум для атаки, чуть было снова не очутилась в той самой
