получаешь больше, чем я за десять.
– Дурачок! – со смешком фыркнула Ира.
– Дурачок, – подтвердил Алмаз. – Этот маленький кусочек, что ты отковырял, стоит дороже центнера железа. Добывай и молчи.
– Ладно, – проворчал Дмитрий, стал усердно махать своим инструментом, да залез в настройки включить группу "Топорами гномы машут". А ему предложили купить допуск на их канал.
– Как?! – возмутился Димон. – Я же уже оплатил на сутки!
– Так здесь сутки уже давно прошли, – сообщил страж, нервно сглотнув – вспомнил про договор Дурака на месяц с администрацией.
– Вот жмоты! Не буду больше у них допуск покупать, – решил Дима.
– А мне месяц по времени в игре или в реале отрабатывать надо? – вдруг вспомнил Дурачок.
– В реале, – уточнил гном, слегка ожидая, что друг вскипит. Но нет, обошлось.
– Да уж, – почесал лоб Димон, – я привык по реальному времени всё считать, лоханулся с "Топорами гномы машут". Ладно, потом на месяц на какой-нибудь недорогой канал подпишусь. Сейчас лень.
И пошли все пахать дальше. Ну, как пахать? Иса стала листики с кустиков и деревьев срывать на изучение, да полезные в сумку складывать. А руда-добыватели взялись мифрил ковырять, только искры во все стороны полетели.
Глава 17. Пора в игру
Николай Петрович Ивашкин писал отчёт по "дураку", да поглядывал на экран, сверяя цифры для отчётности.
– 17,9 прыжки сна, ого! – удивился полковник. – Вот так Дурачок! А стабильно 10,3 держится. В жизни не поверил бы, что такое возможно. У Искорки теперь постоянно индекс сна 7,2 – прыгает до 10,3. Сон Алмаза 6,8 – прыгает до 10,1. Лишь бы всё не пропало завтра, а то напишу отчёт… Так, что тут у нас за подготовка к бою идёт? Милла!!!
Николай так гаркнул, что у самого в ушах немного зазвенело.
– Что Милла? – на экране появилась милака с ником Милака, только сейчас кошка-девушка была одета в блестящую розовую кольчугу с такого же цвета боевым шлемом и сапогами. По одёжке даже искры проскакивали. Увидишь и не сразу узнаешь в ней кошечку-барда из села Харитоново.
– Ты почему не доложила о предстоящей битве с чёрными у команды Алмаза? – грозно спросил Николай Петрович. – Я сейчас же захожу в игру!
– Не стоит так переживать, – Милла, а это была именно она, махнула сереньким хвостом, показывая всем своим видом, что дело пустячное. – Ничего с твоей Ирой не случиться, а если Вы ввалитесь в игру на своём 150+ лвл, да всем там наваляете, то у всех игроков возникнут вопросы – что это было? Почему? Даже совсем тупые поймут – что Искорка не чужой для вас человек. А сколько желающих тогда появится убить дочку генерального директора игры? Чёрных игроков то тьма-тьмущая, играть спокойно не дадут.
– Ладно, – голос у полковника стал помягче, – но впредь о подобном мне докладывай незамедлительно. Вижу, что Изврат поможет и даже сам ЗвёздныйБард будет.
– И я всех в пух и прах побью, – пообещала Милака.
– Да что ты со своим 35 уровнем в битве сделаешь? – пренебрежительно отмахнулся Ивашкин. – Ну, убьёшь парочку-другую пкшеров выше себя лвл и всё… приплыли, на перерождение.
– А так? – Милла улыбнулась и над её головой 35 лвл превратился в 350.
– Вот это глюк! – вытаращился полковник на ИВИ. – А мне так можешь? А моим друзьям?
– Это мой честно заработанный уровень, – ответила Милака, её уровень мигнул и опять стал тридцать пятым. – Просто могу скрывать лишнее, пусть окружающие думают, что я только песенки в деревнях и городах распеваю. А Вам последнюю цифру в лвл убирать ни к чему. Ваш реальный уровень в игре каждый знает.
– Ладно, – согласился Николай, – вижу, что мою дочку защитите.
– Не вопрос, – ответила кошка-девушка, смешно сморщила носик, к чему-то принюхиваясь. – Ой, у меня манная каша на восстановление энергии в бою подгорела.
И милака исчезла с экрана монитора.
– Да не может у ИВИ ничего подгореть! – крикнул ей вслед полковник. Включил трансляцию местности, где была его дочка. Николай Петрович вздохнул, глядя на шагающую на экране монитора маленькую Искорку в компании гнома и неуклюжего воина. Не хотел он её в игру отпускать, чуяло сердце, что опасно, очень опасно там. Но ведь дочка в офис "Реального фентези" явилась, виртшлем померила, тесты прошла. Вот, пока тестировалась, Милла и доложила.
И на виртшлем Ира сама накопила, да мама добавила. А попробуй им докажи, что игра всё ещё сырая. Что Лене, что дочке разумные аргументы – как об стенку горох. Пришлось уступить, только без надзора всё равно не пустил в игру – отправил вместе с другом Игорем, которого еле уговорил поиграть, да присмотреть за дочкой. Ире было зазорно бегать под присмотром в свои четырнадцать, но сказал говорить, что ей десять лет. И ради своих хоббитов Ирочка согласилась. Лучше бы не договорились тогда. Хотя Милла на её стороне была – не факт, что удалось бы доступ заблокировать. Ладно, дочке уже через час просыпаться. А детям только два раза в неделю разрешено играть в виртуальности. И то потом тяжело адаптируются к прежней жизни. С взрослыми, правда, та же песня, хоть играть им каждый день можно. Точнее, каждую ночь. Но к реальности потом долго привыкают: побей там всяких гоблинов полмесяца (7 часов сна в игре – чуть больше 13 суток, но многие спят и по 8-9 часов), а тут бац – реальность на 17 часов (а то и меньше) и опять в выдуманную реальность на полмесяца. Жесть, а не жизнь.
Глава 18. Два процента
Димон с Алмазом закончили добывать мифрил, только когда 30 тысяч кусков руды крупной добыли и 57 тысяч мелкой, с напёрсток. Руда по 1 тысяче в ячейку сумки помещалась. У гнома был розовый кошелёк от ИВИ на 700 ячеек, только он никому ещё не говорил. Да ещё побили мифриловых жуков. Игорь остановился лишь на двадцати панцирях, каждый из них занимал отдельную ячейку в сумке, впрочем, как и железный. Гном отругал Дмитрия, что сет драконьей розовой бижи и доспехов не одел. Но выбросить не дал. С добычей ресурсов провозились больше суток. Пару раз обедали, но
