— Дипломатия… — бросил кто-то за пультом.
— Никакая это не дипломатия — это называется «кишка тонка»! Это херовы идальго?! Хуже баб! Вот Тэтчер — это да! Вот кто истинная арийка. Эх, я б ей вдул! Может, получилось бы, наконец, чего-то путное.
Война была окончена. Потери составили с английской стороны 258 человек убитыми, 2 фрегата, 2 эсминца, 1 контейнеровоз, 1 десантный корабль, 1 десантный катер, 1 «си— Харриер», потерянный в результате непонятной аварии. С аргентинской стороны: 649 человек убитыми, крейсер «Генерал Бельграно», 1 подводная лодка, 1 сторожевой катер, 4 транспортных судна, 1 рыболовный траулер, 22 штурмовика «А-4 Skyhawk» (19 пилотов) — примерно 25 % всего парка, 11 истребителей-бомбардировщиков Dagger. Аргентине не удалось выйти на мирные переговоры о статусе островов. Ее уже не воспринимали всерьез. 17 июня Леопольдо Гальтиери под влиянием массовых демонстраций в Буэнос-Айресе ушел в отставку. Адмирал Альфонсо Перес, тяжело переживая национальный позор, застрелился. 12 октября 1982 года в ознаменование победы в Лондоне прошел парад победы. Советские газеты и телевидение освещали ход боевых действий исключительно с английской стороны. Странно, учитывая то, что в разгаре «холодная война»…
Но этот урок людьми Ройтера был усвоен хорошо. Больше не будет союзников, кроме их самих, их ума, рук, опыта. Война станет другой. Это будет война теней, война призраков. И эти призраки будут наносить удары в самые чувствительные точки. Не будет больше крупных баталий, не будет противостояний эскадр. Будут подлые удары из темноты. Лицемерам — оружие лицемеров, яд, кинжал и ложь!
ВВС News
КОМАНДУЮЩИЙ БРИТАНСКИМ ФЛОТОМ НА ГИБРАЛТАРЕ НАЙДЕН МЕРТВЫМ В БАССЕЙНЕ
Капитан первого ранга ВМС Великобритании командующий флотом на Гибралтаре Дэвид Уайт (David White) был обнаружен мертвым в бассейне своего дома в Монт-Барбари (Mount Barbary).
Уайта нашел его помощник в субботу. Как заявили в британском Министерстве обороны, смерть едва ли была насильственной, однако и естественной ее назвать нельзя. Начато расследование инцидента, более точные сведения станут доступны после вскрытия.
Незадолго перед гибелью Уайта поставили в известность, что в его отношении начато служебное расследование, поэтому было принято решение временно отозвать его из Гибралтара в Великобританию. Характер совершенного офицером проступка или правонарушения не разглашается.
Уайт родился в Лондоне в 1954 году. Он участвовал в войне за Фолклендские острова в 1982 году, а затем в 1985 году стал командиром корабля «Онслот». Командующим британским флотом на Гибралтаре капитана назначили в мае 2004 года после службы в структурах НАТО.
The SUN
НАСЛЕДНИК ВИКОНТА САМУЭЛЯ КРЭЙТОНА РИДЖЕНЕЛЬД ПОГИБ, ПИЛОТИРУЯ «СЕССНУ»
Ридженальд Крэйтон — единственный наследник виконта Крэйтона, почетный член Королевского общества охраны животных и известный защитник окружающей среды погиб. Теперь это можно утверждать определенно. Спасателями поднят из моря его самолет, рухнувший в среду в 12 милях южнее острова Большой Кайман. Странным в этом деле представляется то, что никаких видимых причин для аварии не было. Погода была прекрасная, сам Ридженальд был опытным пилотом, а его самолет полностью исправен.
Напоминаем, что Ридженальд Крэйтон был усыновлен виконтом в 1993 году, не являясь его прямым родственником. Злые языки поговаривали о гомосексуальной связи старого Крэйтона с Ридженальдом, однако виконт решительно отверг все обвинения, а редактор газеты, опубликовавшей скандальный материал, сам оказался педофилом.
Эпилог
Герои должны умирать. Если они выживают, то становятся скучнейшими людьми на свете.
Эрих Мария Ремарк
Хейне Бауэр увлекался военной историей. Не сказать, чтобы он симпатизировал нацистам, то есть, может, и симпатизировал, просто в Германии 90-х очень опасно было показывать свои симпатии к определенным вещам. И Хейне старался их не показывать. Он учился на втором курсе в Университете Дармштадта, выдавал неплохие результаты, да и с товарищами у него все было нормально, короче, вел он обычную жизнь, какую может вести человек по фамилии Бауэр в Германии на излете XX века. Но была у него одна истинная страсть. Эта страсть — море. Порой она захлестывала его, с пеной и брызгами, как настоящая морская волна, как девятый вал, и ему хотелось все бросить и устроиться простым матросом на какой-нибудь каботажник или рыбацкое судно. А уж если речь заходила о немецком подводном флоте — тут Бауэру вообще не было равных. Он знал о некоторых поворотах войны в Атлантике более, чем иной нынешний преподаватель в Мюрвике. Однажды, зайдя в магазинчик, где продавались всякие старинные вещи, военная форма прошлых лет, фляги, ножи, ордена, Хейне разговорился со старичком-инвалидом, владельцем магазина, по-видимому, бывшим подводником. Старичок среди прочего продавал отличную капитанскую фуражку со значком 1-й флотилии U-boot'ов. Причем, что несколько удивило Хейне, с нее не был удален старый имперский орел. «Старичок рискует», — подумал Хейне. Так ведь можно и в кутузку загреметь. И не посмотрят, что он инвалид-колясочник. Так или иначе, но Хейне проникся симпатией к этому дядьке — все-таки отстаивать свои убеждения — это поступок. Тем более в таком возрасте! Они разговорились, и старичок-инвалид был очень приветлив. Он вообще был веселый и простой мужик. Манера его общения изобличала в нем крепкого крестьянина и изрядного шутника. Он как бы невзначай рассказал, как за годы войны сбил 18 самолетов союзников. Хейне понимал, что, вполне возможно, ветеран и преувеличивает свои победы. А что? Наверное, полсотни лет назад этот парень действительно мог отправить в ад не один десяток «томми». Хейне с удовольствием рассматривал фуражку и покручивал ее в руках, стараясь прикрыть орла — мало ли войдет кто-то. Старичок предложил ее померить, но как только Хейне надел фуражку, с ветераном что-то случилось. Лицо его вытянулось, как будто перед его взором пронеслось видение, или он чего-то испугался. Он был сильно взволнован, что-то бормотал, а студент никак не мог понять что. Потом вдруг неожиданно заторопился, сказал, что магазин закрыт, и, получив за фуражку 40 бундесмарок, ловко двигаясь на своей электрической коляске начал собирать товар. Хейне ничего не понял. Может быть, он чем-то обидел ветерана? А потом благополучно забыл об этом эпизоде.
Вспомнил о нем он спустя двое суток, ночью, когда у дверей его дома остановился BMW LT 1200, раскрашенный в черно-красно-белых тонах, и с него проворно спрыгнул долговязый седой человек в кожаном мотокомбенизоне, несомненно, ровесник того самого ветерана.
— Хейне Бауэр? — спросил седой человек в кожаном мотокомбенизоне, довольно бесцеремонно проходя в дом.
— Да, я Бауэр — слегка опешил студент. — А вы кто?
— Я? Ну как тебе сказать… — Незнакомец усмехнулся, прошелся по комнате, внимательно рассматривая то, что обычно может составлять какие-то семейные артефакты. — Скажи, Хейне, у тебя же наверняка есть бабушка?
— А, вы знаете мою бабушку, — догадался Хейне, вернее знали..
— Она умерла?..
— Умерла. Два года назад.
— Жаль… — задумчиво протянул седой незнакомец — Жаль… Я опоздал. А ты знаешь, она была хорошая тетка. В ней совсем не было зла. Это редкость. Особенно нынче. Да и, в общем-то, всегда это было редкостью.
Хейне молчал. Он с любопытством разглядывал странного ночного гостя.
— Скажи, дорогой друг, а не осталось ли от нее что-то… Может, какие письма, фотографии?
— Ну да, фотографии есть… А еще бабушка собирала открытки…
— Собирала открытки?
— Да.
— Вот как? Коллекционировала достопримечательности городов Германии?
— Да. Это верно. Но не только Германии, там и Польша, и Австрия…
— Ну да, точнее сказать, городов империи. Все верно. А можно взглянуть?
То, как этот человек произнес слово «империя», заставило Хейне задуматься. Очень он необычно это произнес. Как будто не было тяжелого военного поражения, голодных послевоенных лет, как будто не вытравливали из его памяти прошлое. Откуда он, этот старик?
— Вы воевали? — осторожно спросил Хейне.
Старик кивнул.
— Жизнь — это война. Бесконечная война добра со злом. Ты на чьей стороне?
— Я не знаю… — замялся Хейне, — Вы как-то очень странно говорите. А как вы определяете?
— Чувствую… А ты, как я погляжу, увлекаешься историей. — Старик наткнулся на справочник-определитель Криса Бишопа. — Такие фамилии, как Шепке, Кречмер, Прин, тебе о чем-то говорят?
— Ну да… Кречмер — самый результативный подводник Германии во Второй мировой войне. Возможно, самый результативный в мире…
— Да, блин, угораздило же старика Отто… — думая о чем-то своем, проговорил старик, внимательно рассматривая бабушкины альбомы открыток.
