Читаем без скачивания Доказательство виновности - Чарлз Тодд

Когда Ратлидж вошел в свой кабинет и закрыл за собой дверь, Хэмиш сказал: «Знаешь, он ведь нарочно не дал тебе больше времени».

Скорее всего, так оно и было.

Ратлидж успел предупредить Гудинга. Вот и все, что ему пока удалось.

Исчезновение Трейнора сыграло на руку Диасу. Теперь любой несогласный с мнением Ратлиджа может заявить: Трейнорам Диас никогда не угрожал. У него нет причин мстить им, так как виноградники и землю у отца Диаса купил Хауард Френч. Трейноры стали компаньонами фирмы лишь в следующем поколении.

Вся надежда была на Филдинга. Он по-прежнему разыскивал владельца велосипеда. Ратлидж заезжал на работу накануне вечером, после того как подвез домой Гудинга, и оставил на столе сержанта фотографию Валери Уитмен.

Не в силах усидеть на месте, он встал и пошел искать Филдинга. Ему сказали, что сержант очень рано заезжал сюда, но скоро снова уехал.

Скорее всего, он заезжал за фотографией.

Ратлидж вернулся в кабинет и долго сидел, глядя в окно и дожидаясь сообщения сержанта.

Филдинг появился только в четвертом часу пополудни. Он запыхался, так как поднимался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Лицо у него раскраснелось.

— Служащий багажного отделения, который дежурил в ту ночь… когда ему принесли велосипед… сегодня вернулся в Лондон. Я показал ему фотографию. Он не мог от нее оторваться. Ему кажется, что женщина, изображенная на снимке, очень похожа на ту, которая сдавала в багаж велосипед. Судя по билету, она должна была сойти в Тетфорде, но за велосипедом так никто и не явился. Он до сих пор в камере хранения.

— Он был уверен — или ему только кажется?

— Не знаю. Если честно, он сказал, что волосы у той женщины были темно-русые, так ему показалось. И на фото они кажутся темно-русыми. Он сказал, что у нее карие глаза. И на фото они кажутся карими. Она была хорошенькая. И женщина на фотографии кажется хорошенькой.

— На самом деле волосы у нее несколько иного цвета, а глаза — светло-карие.

— Ну да, но в спешке на тускло освещенной станции они вполне могли показаться ему карими.

— Он, должно быть, каждую неделю видит кучу народа. Почему он запомнил именно ее — тем более так надолго?

— Говорит, все из-за того, что ее велосипед упал и разбил его термос с чаем.

— Понимаю, что такое событие наверняка сохранилось в его памяти. Но почему он запомнил владелицу велосипеда?

— Да, я вас понял. И все же он утверждает, что это мисс Уитмен, и тут ничего не попишешь.

— И он готов присягнуть, что видел именно эту женщину и что она передала ему велосипед?

— Я послал констебля снять с него показания.

— Во что она была одета?

— Во что-то темное. Больше он ничего не помнит.

Ратлидж глубоко вздохнул:

— Вы должны передать эти сведения Маркему.

— Да, я знаю. — Филдинг нахмурился. — Но… сначала позвольте спросить, сэр. Эта женщина — ваша знакомая?

— Я в первый раз увидел ее, когда ездил по делу в Сент-Хилари.

Лицо Филдинга прояснилось.

— Тогда ладно. Я выполню свой долг. Как только констебль Дин привезет мне подписанный протокол, я отнесу его прямо к исполняющему обязанности старшего суперинтендента.

— Я сейчас разрабатываю еще одну версию. Очень вас прошу, придержите протокол до моего возвращения!

— Как скажете.

— То, что я собираюсь узнать, возможно, подтвердит показания железнодорожника.

— Да, конечно. Понимаю, сэр. Значит, пока я подержу протокол у себя.

— Спасибо.

Ратлидж дождался, пока Филдинг уйдет, и тихо покинул здание Скотленд-Ярда. Ни в коридоре, ни на лестнице он никого не встретил. Представляя себя беглым преступником, он быстро сел в машину. У него сорок восемь часов, и он собирался выжать из них все, что можно.

Глава 14

Вначале он ехал на максимальной скорости, но к северу от Лондона началась гроза, и пришлось остановиться. Ветер был такой, что обламывались ветви деревьев. Все улицы были завалены листьями. Потом пошел дождь, и повсюду появились лужи. После того как у Ратлиджа промокло плечо, он поспешил укрыться от непогоды в чайной. Сначала он просто наблюдал за грозой, а потом попросил чашку чая.

И без того расстроенный из-за потери драгоценного времени, Ратлидж потерял еще час, потому что дорогу перегородило упавшее дерево. Пришлось объезжать по проселочной дороге. Ему показалось, будто прошла целая вечность, прежде чем он вернулся на шоссе.

Наконец, впереди показались окраины Дедхэма, и выглянуло солнце. Ратлидж поехал дальше, в Тетфорд, а на станции спросил, где камера забытых вещей. Он потребовал, чтобы ему показали велосипед.

Велосипед оказался дамским, черным, совершенно непримечательным. Напрасно он возлагал на него какие-то надежды.

Поблагодарив служащего, он поехал в сторону Дедхэма и дальше, в Сент-Хилари.

Сначала он заехал к Френчам. Время было уже позднее; дверь ему открыла Нэн. Он заранее не обдумал, как начнет разговор с горничной. Он не мог спросить ее прямо: «Вы очень любите свою хозяйку? Стали бы вы покрывать ее, если бы она совершила убийство? А может, вы — ее сообщница? Признавайтесь, где вы зарыли труп ее брата?»

Стараясь не обращать внимания на недовольное бурчание Хэмиша, Ратлидж улыбнулся и сказал:

— Хотя уже поздно, у меня довольно важное…

— Сэр, мисс Френч уже легла спать. Если у вас не срочное дело… Она очень расстроилась, узнав, что ее кузен тоже пропал. Утром ей позвонил мистер Гудинг.

— Понимаю. Собственно говоря, я приехал, чтобы побеседовать именно с вами.

— Со мной?!

— У меня всего несколько вопросов, которые могут помочь нам в поисках мистера Френча.

— Спрашивайте, сэр. Постараюсь вам помочь.

— Пожалуйста, расскажите еще раз про тот вечер, когда уехал мистер Френч.

— Да мне и рассказывать-то особенно нечего. Он спустился к ужину, как обычно, а потом они с мисс Френч ушли в кабинет и беседовали. Не знаю, о чем там у них шла речь, но под конец мистер Френч взбежал к себе, переоделся в дорожный костюм, а потом спустился вниз. Я услышала, как за ним захлопнулась дверь.

— А что мисс Френч?

— Она в то время была в гостиной. Услышав, что он уходит, она выбежала на крыльцо. Что-то кричала, но что — я не расслышала. Мистер Френч уехал, а мисс Френч так и осталась на улице. Через какое-то время я вышла взглянуть, где она, и нашла ее в греческой беседке; она плакала. Я попросила ее войти в дом, так как ночью сыро и можно простудиться. Она отказалась и сказала: наверное, Луис сейчас вернется, и ей хочется его подождать. Меня она прогнала, но часа в два ночи я подошла к ее комнате и прислушалась. Мисс Френч была уже в постели.

— Спала?

— Не могу сказать, сэр.

Ратлидж обдумал все, что сказала ему Нэн. У Агнес Френч вполне хватало времени на то, чтобы убить брата. Если он в самом деле потом вернулся домой и нашел ее в саду, если они продолжили ссориться, она могла броситься к машине и в пылу гнева сбить его, когда он уходил прочь.

Но почему тогда обрывок материи, найденный под машиной Френча, совпал с одеждой неизвестного, а не Френча?

Вполне возможно, Френч так спешил убраться из дому после ссоры с сестрой, что нечаянно сбил на дороге человека. Потом у него начался припадок… А сестра позволила ему умереть.

Это бы все объясняло.

Надеясь застать служанку врасплох, он резко спросил:

— Кто отвез покойника в Лондон, бросил его там, а потом перегнал машину в Суррей?

Она нахмурилась:

— Я никогда не была в Суррее, сэр. Покойник? Какой покойник? Вы имеете в виду мистера Френча? Он умер? Вы поэтому приехали — чтобы сказать мисс Френч?

— Нет, — ответил Ратлидж, чувствуя, как затекли плечи после долгой поездки. На него навалилась усталость. Оказалось, что он напрасно потратил большую часть дарованных ему сорока восьми часов. — Мистера Френча мы еще не нашли.

— Очень рада, сэр. Мне бы не хотелось будить мисс Френч и сообщать ей такую новость.

Ратлидж сменил тему:

— Вы не помните, у мисс Уитмен был велосипед?

— Да, был; они с мистером Майклом, бывало, часто катались вместе. Уезжали куда-нибудь далеко, а обедали у знакомых… Самый обычный велосипед, ничего особенного. Мисс Уитмен очень любила его; отец мисс Френч как-то подарил ей его на Рождество.

— Спасибо, Нэн. Вы правы, не стоит тревожить вашу хозяйку.

Он направился к выходу; Нэн пожелала ему спокойной ночи.

Доехав до церкви, Ратлидж вышел из машины и отправился на кладбище. Бродя между надгробными плитами, он увидел, что мисс Уитмен не спит: в окне второго этажа ее дома горел свет. Глядя в освещенное окошко, он сказал вслух:

— Маркем собирается арестовать ее по обвинению в убийстве… И ее деда тоже. Куда запропастился Луис Френч? Или, точнее, куда запропастился его труп?

В тишине послышался отчетливый голос Хэмиша, который словно не отходил от его плеча: «Что толку жаловаться? У тебя еще осталась половина срока».