заворачивать рукава рубашки, грозно запыхтев: — Так и знал… Кикимер, тащи топор, счас я его… пущу… на конину с курятиной. Давно пора!
Кикимер послушно приволок жутковатого вида мясницкий топор, лезвие которого было не столько остро заточено, сколько истончено от частого использования, как это происходит с любимыми ножами, когда их сталь буквально «съедается» после десятилетий резки. Помимо щербатого лезвия, топор совершенно почернел от времени и был покрыт бурыми пятнами, и это были не только пятна крови. Поигрывая тесаком, Сириус пинком распахнул дверь и, тяжело дыша, ввалился в комнату, ища глазами вредную тварь. Клювокрыл обнаружился у окна, при виде топорика в руках хозяина он заинтересованно наклонил голову на бок, предмет был ему знаком, им Хагрид колол дрова. Вот только… прищуренные синие глаза хозяина что-то уж больно пристально смотрели на его шею. Интуитивно чувствуя опасность, гиппогриф распростер четырехметровые крылья, распушил перья на затылке и, раззявив пошире клюв, приготовился подороже продать свою жизнь. Стальные когти оставили глубокие борозды в дубовых досках пола…
— Ну всё!.. — выдохнул Сириус и, коротко кхекнув, замахнулся топором. Хищно сверкнув, тот широкой дугой просвистел по воздуху и… вонзился в подоконник. Гиппогриф успел увернуться — ловко поднырнув под лезвие, он скакнул влево и на ходу цапнул Сириуса в бок. Тот взревел, выдрал топор из подоконника и, развернувшись, снова ринулся в атаку на зверя. Клювокрыл прыгнул на кровать, колун — за ним и, снова промахнувшись, распорол подушку. Пуховая вьюга заполнила комнату, а выдирая застрявший топор из материи, Сириус вдобавок продрал и матрас, и вверх взметнулась ещё одна порция пуха и перьев. Видимость стала нулевой, а погода нелетной… Идем по приборам. Веселые пушинки хаотично сновали по комнате, забивались в рот, глаза и нос, заставляя жмуриться, кашлять и чихать. Пришлось отложить казнь до лучших времен. Сириус, Клювокрыл и Кикимер дружной кучей вывалились в коридор, прокашлялись-продышались-прочихались и удивленно уставились друг на друга — и с чего они эдакую карусель устроили? Ведь Клювокрыла надо просто выгулять… Где проблема-то, а?
И словно ставя последнюю точку в сегодняшних событиях, по коридору пролетела белая сова и, коротко ухнув, села на руку Сириусу. Это прилетела Букля с письмом от Гарри.
«Дорогой Сириус!
Помнишь, ты рассказывал мне про медальон, который Регулус попросил уничтожить? Но он не открывается, потому что нет змееуста. Так вот, я подружился с василиском из Тайной комнаты, он большой, красивый и очень умный. Я называю его Рексом, он на него хорошо отзывается, потому что дружелюбный и ласковый. Сириус, можешь прислать мне как-нибудь тот медальон? С Кикимером, например. А я передам его Рексу, он сможет его открыть и уничтожить. Передай привет Клюву.
Гарри.
PS. Если не сможешь прислать, то не беда, я сам зайду к тебе на новогодние каникулы».
Прочитав послание, Сириус долго оцепенело сидел на полу, слепо глядя в стену напротив, его воспаленный мозг пытался выложить нежданный паззл из кусков того, как Гарри дружит с василиском. Картинка никак не желала складываться, не хватало воображения, да и как такое можно представить? Василиск по имени Рекс. Да ну, бред же…
Помятый лист пергамента выпал из его ослабевших пальцев и, коротко спланировав, с тихим шорохом опустился к ногам Кикимера, тот, поколебавшись, подобрал листок, вчитался. Не поверил, перечитал ещё раз. И растерянно проскрипел:
— Маленький господин готов помочь?
* * *
Гарри радостно нес другу благую весть. А именно, новость о том, что родителей Невилла можно излечить, и он даже знает, кто это может сделать. Раз за разом вспоминал он события минувших дней, произошедшие на рождественских каникулах. Так как в эти дни ожидался Святочный Бал, то Гарри счел лучшим удрать домой и воссоединиться со своей новоприобретенной семьей. И вообще, только полный кретин откажется попробовать провести первые совместные праздники!
Тетя Петуния по его просьбе выяснила домашний телефон доктора Оксаны, который и выдала племяннику. Дрожащими от нетерпения пальцами Гарри набрал номер.
— Госпожа доктор? Здравствуйте, это Гарри, вы помните меня?
— Разве ж тебя забудешь? — раздалось из трубки
— Простите, что я вас беспокою, но вы же доктор и у меня… ну… вопрос…
— Давай так, у меня заканчивается дежурство и мы можем встретиться в Старбакс на Большой Портленд-стрит 159, согласен?
— Ура! То есть да, конечно! — радостный Гарри положил трубку и принялся быстро собираться, путаясь в одежде и прикидывая, на чем быстрее и надежней туда доехать. Подумав, он снова кинулся к телефону и вызвал такси.
Добравшись до означенного кафе, Гарри присел за угловым столиком, чтобы видеть вход, и заказал чай и пирожное с заварным кремом. Стараясь растянуть пирожное, он смаковал каждый кусочек, невольно привлекая внимание медиков, заскакивавших в кафе чем-нибудь перекусить в перерыве между пациентами.
Наконец, дверь хлопнула еще раз и в помещение вошла тетя-доктор, которую так ждал Гарри. Сразу же увидев мальчика, она стремительным шагом двинулась к нему, как-то вмиг оказавшись рядом со столиком. Мысль подняться и помочь сесть женщине еще только формировалась в голове мальчика, а женщина уже усаживалась за столик, скинув пальто на стул.
— Ну, здравствуй, Гарри, — спокойным голосом поздоровалась она. — Чем я могу тебе помочь?
— Понимаете, у моего друга… родители… ну как бы… ну, они… — Гарри смешался, не в силах найти слова.
— Успокойся и рассказывай по порядку, магические вещи можешь от меня не прятать, — улыбнулась доктор Оксана.
— Так вы из наших? — эта простая мысль не приходила ему в голову, хотя Оксана ему говорила практически прямым текстом.
Женщина лишь улыбнулась.
— У меня есть друг Невилл. У него мама и папа… — начал Гарри. Доктор Оксана сосредоточилась. — Они… болеют. Их пытали так, что они после этого как сумасшедшие — ничего не говорят, а просто лежат или ведут себя… ну… как…
— Агрессивно? Кусаются? Кричат? — решила уточнить Оксана.
— А… нет-нет, что вы, они просто никого не узнают и мама у него ведет себя как маленькая — фантики дарит, но ничего не говорит, хотя улыбается.
— Так, хорошо. А КТ мозга что показало?
— А… ну… они в Мунго, а там про это ничего не знают, — смутился Гарри.
— Понятно, Великобритания и ее девятнадцатый век, — грустно заключила Оксана. — Мне нужно посмотреть, но судя по тому, что ты рассказываешь, вылечить их можно. Нужно привезти их к моему знакомому, я с ним свяжусь, вот по этому адресу, — Оксана протянула карточку с напечатанным адресом. — И тогда будем знать точно. Сумеешь?
— Да! Я все-все сделаю! Спасибо! — Гарри был счастлив.
Они еще долго говорили о всяких разностях, о магическом мире,
