Снежаны, которая скромно стоит у стены потупив глазки.
— Я? — она удивленно смотрит на Аделину Робертовну.
— Ты, не я же домработница, — отвечает свекровь.
— Я…я не домработница… — шепчет Снежана, — но я для вас приготовлю, я мигом.
Надо же какие метаморфозы, только что орала как резаная, а сейчас сама невинность. Скромная, услужливая, мечта любой свекрови.
Снежана уходит, а я во все глаза смотрю на Аделину Робертовну, жду продолжения. Очень интересно, что это такое она придумала.
— Василиса, прости меня, — вдруг обращается она ко мне.
Я медленно присаживаюсь в кресло, ноги почему-то перестали меня держать. В голове стучит. Что?! Моя свекровь просит у меня прощения?! Этого просто не может быть. Она никогда не извинялась передо мной.
Значит произошло что-то очень серьезное, я даже не могу представить что. Неужели… Нет, этого не может быть! Она бы не поступила так со мной, да, мы не очень ладили, но не до такой же степени!
— Ева не дочь Славика, — свекровь тяжело вздыхает и опускает глаза.
В ужасе смотрю на Славку, как же так, он знал? Он, выпучив глаза смотрит на мать. Видимо не знал.
— А…А чья она дочь? — с трудом выдавливаю из себя.
Это какой то театр абсурда, так не бывает!
— Донор, к сожалению, запретил разглашать данные. Но я тебя уверяю Василиса, это очень достойный человек, я очень тщательно выбирала отца своей внучки.
— Да что вы несете? Вы в своем уме? — прорывает меня, — какая она вам внучка тогда? Вы взяли генетический материал какого то незнакомого мужика, и заставили нас поверить что Ева дочь Славы? Зачем?!
— Понимаешь, Василиса, Слава не может иметь детей, совсем, это исключено. Из-за перенесенной в детстве инфекции. Ты не думай, мы старались, лечили его, но у него ноль жизнеспособных сперматозоидов и это не восстановится никогда.
— Мама! Что ты наделала? Зачем? — Славка наконец-то очухался.
— А затем, дорогой мой, чтобы у тебя наконец-то была семья! Чтобы ты перестал по койкам скакать, да деньги семейные транжирить! Мы с отцом надеялись, что ты образумишься, а ты идиотом был и идиотом остался! Ради очередной стервы и жену потерял и дочь!
— Но вы же меня не любите! Зачем пытались сохранить наш брак? — прошептала я.
— Я видела как ТЫ его любила, ты была хорошей женой, хоть и не ровня нам, — пожала плечами бывшая свекровь.
— Вот так вот просто вы решили мою судьбу? Да кто вы такая? Кто дал вам право так с людьми поступать? А меня нельзя было спросить? — набросилась я на свекровь.
— Я боялась, что ты откажешься, а где еще этот дурак такую найдёт? Чтобы в рот ему смотрела и на деньги не зарилась.
— Вы просто дебилы все! — я уже не контролировала себя, — семейка идиотов! И зачем я только с вами связалась! А знаете что? Я рада! Я рада, что Ева не дочь вашего сына придурка. Лучше чужой мужик, чем он. Отдайте мне ребенка и никогда, никогда, слышите не появляйтесь в моей жизни!
— Вячеслав, отдай ребенка матери, — приказала свекровь.
Внезапно мы услышали за дверью грохот, и шум отъезжающей машины.
Глава 57
Василиса…
За дверью раздается грохот бьющейся посуды и шум отъезжающий машины.
— Ева — кричу я, и бегу к дверям. — Снежана увезла мою девочку!
Сердце колотится в груди как сумасшедшее, нереальный прилив сил толкает меня вперед, уверена, что на таком адреналине, с легкостью догоню машину.
— Стой! Ева наверху! — кричит Славка и бросается за мной.
Я распахиваю дверь и подскальзываюсь на луже, падаю вперед успев подставить руки, вокруг уйма осколков от чайных чашек и один из них впивается мне в руку. Боль немного отрезвляет меня, до меня медленно доходит смысл Славкиных слов.
— Наверху? — тупо спрашиваю я
— Да, Снежана не смогла бы вынести ее мимо нас, она видимо подслушала наш разговор и свалила, пока я не спросил от кого у нее ребенок. Вот, блин, то два ребенка сразу, а теперь ни одного — горько усмехается он.
— Сам виноват, — бурчу я.
— Знаю, — он рассматривает мою руку, — нужен бинт и перекись.
— Несу, — свекровь уже торопится ко мне с аптечкой.
— Я хочу ее увидеть! — мне плевать на порез, я больше ни секунды не могу провести без Евы, дышать без нее не могу, жить не могу.
Мне кажется, что если я сейчас же не прижму к груди свое дитя, упаду замертво. Мое сердце отказывается биться, если рядом нет моей малышки.
Я бегу по лестнице, распахивая все двери, громко кричу “Ева!”, словно она может мне ответить и она отвечает, слышу громкий сердитый плач. Моя девочка устала меня ждать и злится.
Я врываюсь в комнату, и бросаюсь к кроватке, не обращая внимания на протесты, пожилой женщины, которая пытается покормить мою дочь из бутылочки.
— Спокойно, Зинаида Михайловна, это ее мама, — слышу голос Славки за спиной.
Я прижимаю доченьку к себе, крепко-крепко, чтобы она почувствовала, я здесь, я рядом, я никогда больше ее не оставлю, она моя, только моя.
Целую ее личико, мокрое от слез и сама плачу вместе с ней. Тут же ноет набухшая грудь, срочно нужно покормить дочку.
Сажусь на кровать, спиной ко всем и прикладываю малышку к груди. Слышу стук закрываемой двери. Все ушли, остались только мы с моей куколкой. Счастье переполняет меня всю, смывает все переживания, всю мою боль.
Я даю волю слезам и реву, от души, от всего сердца. Теперь я свободна, теперь никто не сможет забрать моего ребенка!
Мы с Евой выходим из комнаты и спускаемся вниз.
— А сейчас, дорогой мой, собирай вещи и поедешь со мной! Никаких денег ты больше не увидишь, сворачивай свой бизнес. Дом выставляй на продажу. Будешь жить с нами, раз один не умеешь! — слышится голос Свекрови
Славка что-то бурчит в ответ.
— И не смей мне перечить, иначе отец зашлет тебя в такую глушь, что будешь мечтать о нашем доме!
Они оба поворачиваются ко мне, свекровь как всегда невозмутима, вежливо улыбается, как будто не она только что сынка распекала. Смотрят на меня выжидающе.
— Васен, прости, я не хотел… — Славка и правда выглядит жалко, как побитый пес.
— Ты знаешь, — прерываю я его, — я даже рада, что так получилось, теперь ты не будешь претендовать на дочь и портить нам жизнь. И…я благодарна тебе Слава, за те годы, что мы прожили, я все таки была счастлива. А сейчас я счастлива, что у меня есть Ева и за это я
