Володя уехал вместе с Галиной из Владивостока в 1979 году, дослужившись до старпома.
Работал на 4-х, а, иногда, и на 5 работах, купил квартиру, машину и жизнью доволен, тем более что имеет лёгкий характер и оптимист по натуре.
Проговорили с ним до 3-х часов ночи. Прошу рассказать его один-два случая из его морской жизни, зная наперёд, что таких наберётся у каждого из нас не мало.
– Было дело на Кубе, я был в должности 4 помощника капитана на судне Дальневосточного пароходства, – начал он. – За долгий переход отрастил бороду, усы и густую русую шевелюру. Все это не нравилось первому помощнику капитана, и он заявил мне, что не даст добро сойти на берег на Кубе, пока не приведу себя в божеский вид. На берег хотелось, и я решил сбрить полностью бороду, усы и обрить голову наголо в знак протеста.
Только закончил процедуру бритья, ко мне в каюту звонит старпом и приказывает принять лоцмана с правого борта. Встречаю лоцмана и веду его на ходовой мостик. Вхожу через дверь первым, ко мне бросается капитан и протягивает руку для пожатия, я тоже автоматически протягиваю свою и крепко жму его в ответ. Капитан начинает скороговоркой говорить со мной как с лоцманом по-английски, и я понимаю, что влип не на шутку. В это время из-за моей спины появляется лоцман-кубинец в форме и лоцманской фуражке и, в свою очередь, протягивает руку капитану и спрашивает его, как прошёл рейс. Капитан столбенеет и, наконец, во мне с трудом узнает своего 4-го помощника, но только без привычной бороды и усов. Не проронив ни слова, мы занялись каждый своим делом на мостике, капитан – капитанским, а я – обязанностями его 4-го помощника.
За сутки пройдено 147 км, с начала пути 6938 км.
День 74-й 02 июня 2010 года. «ЖЕНЩИНА СТАЛА МНОГО ГОВОРИТЬ».
В 7 утра, толком не выспавшись, поднимаемся. Володе нужно ехать в Читу по просьбе соседа привезти жену после лечения в больнице. Мне тоже нужно в Читу, но я еду на велосипеде, и мы планируем встретиться на трассе, когда он будет возвращаться.
Володя уезжает раньше меня на час. Галина уходит в школу, где работает, сегодня ЕГЭ. Собравшись, захлопываю дверь и направляюсь в путь, до Читы 220 км.
С утра прохладно и приятно ехать, но к обеду наступает невыносимая жара, и я прячусь на пару часов от солнца в прохладном бетонном помещении автобусной лесной остановки. Жара спадает, и я выезжаю на дорогу. Через несколько часов заканчивается вода, а пить хочется ещё сильнее. Поднимаю пустую пластиковую бутылку горлышком вниз, когда ко мне приближается грузовик. Водитель тормозит, вылезает из кабины и, молча, идёт к люку небольшого грузового отсека с правой стороны машины, достаёт 5 литровую канистру с родниковой водой. Наливает бутылку и говорит: «Пей, а я ещё потом долью». Выпиваю залпом полтора литра и наливаю ещё, теперь расход по глотку на каждые 10 км. Благодарю водителя, а он гудит на прощание.
В 6 вечера встречаемся с Володей, на переднем сидении сидит измождённая бледная женщина. Одеваю на него жилет с надписью Сочи – Сахалин, и мы вместе фотографируемся, а затем, перекинувшись парой шуток, расстаёмся. Договорились встретиться во Владивостоке через 3 года на 40-летие нашего выпуска.
На заходе солнца проезжаю придорожное кафе, на дороге две девушки с рюкзаками. Саша и Татьяна путешествуют автостопом из Санкт-Петербурга во Владивосток и таким же образом намерены ехать обратно. В пути полтора месяца и порядком устали. Долго были на Байкале, посетили остров Ольхон, самое заповедное место для туристов. На дороге ждут попутки уже несколько часов, но рыбка не клюёт. Говорят, что утром было предложение от одного водителя довести до Хабаровска, но они отказались, так как водитель намекнул, что в оплату предпочитает натуру. Фотографируемся и желаем друг другу счастливого пути.
Ночую у фермера в посёлке Танга. Он разведён, но, по-прежнему, ведёт с бывшей женой совместное хозяйство. На мой вопрос, почему развёлся, просто ответил: «Женщина стала много говорить».
Коротко, но, похоже, я его понял.
За сутки пройдено 119 км, с начала пути 7058 км.
День 75-й 03 июня 2010 года. ВЫЕХАЛ ИЗ ТАНГИ В 9 УТРА.
Фермер накормил меня на прощание жареной картошкой с мясом и напоил чаем. Признаться, было интересно с ним побеседовать практически на любые темы, что вызвало во мне некоторое удивление и даже восхищение его эрудицией, особенно знанием истории.
Снова жара и раскалённый асфальт. На закате дня прошусь на ночёвку к сторожу в недостроенное придорожное кафе недалеко от села Татаурово. Сторож принимает меня с удовольствием, так как один уже почти полгода и редко выезжает отсюда. Маленькая собачонка долго не унимается, пока не получает пинка от хозяина. Беру ведро, швабру и мою пол в отведённом мне для ночёвки углу комнаты, вытираю насухо и располагаюсь на ночь. В течение часа слушаю сторожа, иногда поддакивая, а потом крепко засыпаю.
От Иркутска пройдено почти 1000 км, и уже чувствуется накапливающаяся усталость, несмотря на регулярный отдых по ночам.
За сутки пройдено 135 км, с начала пути 7193 км.
День 76-й 04 июня 2010 года.
В 7 УТРА ВЫЕЗЖАЮ НА ЧИТУ, а вернее, мой пункт назначения – станция Новая в 40 км южнее Читы.
Собираюсь остановиться на длительный отдых в доме старшего брата моей мамы, дяди Кости. Ему 92 года и он – фронтовик. По пути из Ленинграда, 21 год назад, мы останавливались у него.
Позвонил по мобильному телефону Алле, его дочери и, оказалось, что он живёт у неё там же, недалеко от своего дома. После смерти его второй жены, ему стало трудно одному, и дочь взяла его к себе.
В час дня по объездной дороге обхожу Читу и направляюсь на станцию Новая. Сплошные перевалы и, признаться, последние 40 км дались мне с превеликим трудом.
Наконец, в 5 вечера я на месте, топится баня и готовится ужин. Парюсь в бане и ужинаю вместе с Аллой и дядей Костей. Несмотря на свои 92 года, он ещё крепок и по праздникам, особенно, в день победы, выпивает бутылку водки. Но сегодня Алла взяла бутылку кагора, и он весьма этим недоволен.
Долго объясняю, зачем еду на велосипеде вокруг света и, похоже, он это принимает, как нормальное явление.
Дядя Костя был призван в армию за год до Великой Отечественной войны в танковые войска. Войну встретил на польской границе, где стоял его полк. В первом же бою его танк Т-26, где он был заряжающим, подожгли термитным снарядом. Экипаж, объятый пламенем, начал покидать танк. Командир первым пытался выбраться через верхний люк, но зацепился ремешком от пистолета за что-то, застрял в люке и тут же был убит пулей в голову. Пришлось выбираться через нижний люк вместе с оставшимся в живых механиком-водителем. Им это удалось, и они с трудом погасили огонь, объявший их собственные тела, катаясь в ближайшей луже с водой. Потом долгое излечение в госпитале и снова бои. Горел он, кстати, и ещё раз.
Войну закончил в Нюрнберге, где потом проходил судебный процесс по делу над военными преступниками.
