Мелинда Кимри не очень-то привыкла к дочерним объятиям, но стойко их выдержала.
— Спасибо… — прошептала она. — Скажи, чем я могу тебе помочь?
Мик задумалась.
— Мне нужны деньги, — сказала она после недолгих раздумий. — Я хотела взять кредит в банке, но, думаю, будет лучше, если я возьму их у тебя.
— Конечно, — просияла Мелинда, обрадованная тем, что хоть что-то может сделать для дочери. — У меня с собой — кредитка, которую мы хоть сейчас обналичим… Кстати, у тебя нет желания пройтись по магазинам? — улыбнулась она. — Мне нужно кое-что из одежды…
— Отличная идея, — поддержала ее Мик. — А мне нужно сменить гардероб. Представь себе, я несколько лет ходила только в красном…
— Неужели?..
Лаэрт Спэлон не переставал удивляться тому, как в последнее время изменилась его любовница. Вот и теперь она пришла, нет, влетела в его офис вся легкая и белоснежная, как голубка. На губах — прозрачный блеск. На ресницах — немножечко туши. Она казалась такой свежей, окрыленной, ослепительной. Но, увы, это была не его Мик…
— Микаэла, — дружелюбно улыбнулся он, когда она зашла в его кабинет. — Ну наконец-то. Насколько я понимаю, ты дописала статью?
Мик отрицательно покачала головой.
— Нет. Я не собираюсь ее дописывать. Она получается фальшивой и неискренней. Я обещала Эрику Торланду, что статья появится в прессе только в том случае, если она будет… живой.
Глаза Лаэрта превратились в маленькие блюдца, наполненные грязной водой.
— Живой?! Ты спятила, Мик?! Какого черта ты даешь обещания человеку, которого едва знаешь?!
— Нет, Лэрри. Я прекрасно знаю Эрика. Гораздо лучше, чем тебя…
— Что?! — Лэрри вскочил со стула. Его подбородок мелко дрожал. — Я вижу, ты окончательно потеряла рассудок! Я отправил тебя на Бора-Бора, заплатил немалые деньги за отель…
— В котором я не жила, — лаконично добавила Мик.
— За перелет…
— Кстати, об отеле и перелете… — Мик открыла светлую кожаную сумочку, висевшую у нее на плече, и извлекла оттуда стопочку купюр. — Посчитай, думаю, этого хватит и за перелет, и за отель.
Лэрри упал в кресло и потянулся, чтобы ослабить галстук. После того, что сказала Мик, ему стало трудно дышать. Что же с ним делает эта безумная девчонка?!
— Мик… Я не просил тебя возвращать деньги… — прохрипел он. — Что ты задумала?
— Ничего. Просто я ухожу от тебя, Лаэрт. Вот и все.
— А как же работа в «Откровениях»?
— На самом деле, я никогда не хотела здесь работать. А если бы начала и осталась с тобой — это была бы уже не я. Мне нужно стать собой, Лэрри. Понять, кто я такая на самом деле. Почувствовать настоящую свободу…
— Но разве я не давал тебе свободы?
— Это совсем не та свобода. Не внутренняя. С тобой я никогда не была свободной, Лэрри. У меня не было выбора.
— А теперь он есть? — Да.
— И твой выбор — Эрик Торланд?
Мик усмехнулась.
— Похоже, ты так ничего и не понял… Эрик Торланд будет со мной, если захочет. А если нет… Что ж… Это уже ничего не меняет. Я больше не хочу зависеть от мужчин. Я хочу жить своей жизнью…
Лэрри поднялся с кресла и, чуть не перевернув его, подлетел к Мик. Он стиснул ее в объятиях и горячо зашептал ей на ухо:
— Останься со мной… Останься… Прошу тебя… Умоляю… У тебя будет свобода… У тебя будут деньги… У тебя буду я…
— Не нужно, Лэрри… — Мик попыталась оттолкнуть его, но он был гораздо сильнее. Ей было душно в его объятиях, тошно от его прерывистого дыхания. И как она могла спать с этим мужчиной?! — Прекрати!
— Тс-тс… тише… — прошептал Лаэрт. — Золотце мое, ты ведь не оставишь меня, правда?
— Не называй меня золотцем. И отпусти…
— Тебе же всегда нравилось это прозвище?
— Я просто молчала. Пусти меня, Лэрри. Пусти, или я начну кричать…
Но Лэрри не внял ее просьбе. Он стиснул ее еще сильнее и впился в ее губы раскаленным поцелуем. Мик вырывалась, колотила кулаками по его спине, но все это было бесполезно. Ее тошнило, трясло от омерзения. В этот момент она ненавидела своего бывшего любовника.
Тогда Мик решилась на последний способ, столь распространенный среди женщин, которые носят туфли на каблуках. Мик изо всех сил наступила каблуком на ногу Лэрри, а затем двинула коленом прямо туда, куда больно получить любому человеку, а особенно — мужчине…
Лэрри взвизгнул и отпрянул от Мик. Но вместо выражения боли она увидела на его лице страх. Однако Лэрри смотрел не на нее. Его расширенные глаза смотрели на дверь.
Мик обернулась. На пороге директорского кабинета стояла Ольга Спэлон. Похоже, она видела всю сцену: от начала и до конца. На ее лице был написан гнев. Ее на редкость неживые глаза блестели, как у кошки.
— Простите, миссис Спэлон, — пожала плечами Мик. — Но, увы, ваш муж заслужил подобное обращение. Не расстраивайтесь, я думаю, на его теле есть еще места, которые вы сможете использовать так же, как и я…
Она прошла мимо ошеломленной Ольги и закрыла за собой дверь. Пусть законная супруга насладится своей местью сполна…
Мик торопливо упаковывала вещи, сознавая, что, как обычно, опаздывает.
Перед тем как выключить компьютер, она решила проверить почту. Вдруг ей пришли новые письма? Она не ошиблась. Целых два новых письма за один день. И оба — из издательств. Дрожащими руками Мик коснулась «мышки». Неужели ей ответили насчет книги?
И снова Мик не ошиблась. Два крупных издательства предлагали ей свое сотрудничество. Сердце Мик радостно забилось. Она может продать свою книгу! Сможет расплатиться с долгами! Правда, еще рано радоваться — книга не дописана, и многие проблемы еще не решены. Ну ничего! Главное, она сделала то, о чем мечтала всю жизнь…
Выключив компьютер и подхватив чемоданы, Мик выбежала из квартиры. Опоздает! Как обычно, опоздает! Да еще что-нибудь забудет!
12
Риокаа смотрел на Эрика и понимал, что еще секунда — и эта ракета замедленного действия взорвется у него на глазах. Но, похоже, это понимал только Риокаа. Мидас, все это время ходивший вокруг Эрика кругами, не задумывался о последствиях своих слов и действий.
— Еще раз объясняю вам, мистер Торланд, и тебе, Риокаа. Ваш переезд неизбежен, как цунами, как тайфун, как смерч… Вам остается только смириться с этим, как вы миритесь с природными явлениями. Я добьюсь своего, так или иначе… И вы подпишете эти бумаги, а вместе с вами — те полинезийцы, которые глядят вам в рот. — Мидас положил бумаги на стол перед Эриком. — Вам лучше сделать это сейчас. Потом — будет поздно…
Эрик Торланд медленно поднялся со стула. Его глаза — только что вылупившиеся из кожицы каштаны — горели гневом. Риокаа понял — Мидас его вывел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
