Читаем без скачивания Серплы - Акси Старк

Анна приехала вскоре после завтрака. Она сказала, что все данные уничтожены и, какое-то время, Эмма и ее ребенок могли чувствовать себя в относительной безопасности. Нам всем было страшно: напряжение витало в воздухе, словно наэлектризованное, и, казалось, я даже могу ощущать его вкус на языке.

«Я поднимаюсь», – скинул мне смс Кейл и я заволновалась. Когда в дверь позвонили, я чуть со стула не упала бросившись ее открывать. Маркус подозрительно смотрел мне в след, пока я неслась из кухни ко входу.

Распахнув дверь я, впустила Кейла. Он был скован и расстроен.

– Мне не стоило приезжать, – сказал он тихо, но я предостерегла его жестом. Нас могли слышать.

– Проходи скорее, – весело сказала я, – мы как раз обсуждали платье невесты – твою любимую часть.

Он покачал головой и последовал за мной. Было слышно по его шаркающей походке, что каждый шаг ему давался тяжело.

На кухне Анна и Эмма оживленно обсуждали последние тенденции в свадебной моде, выбирая наряды для подружек невесты и пытаясь найти оптимальный наряд для стремительно меняющейся фигуры Эммы. Маркус принимал пассивное участие, выдавая редкие ага и угу.

Увидев Кейла Анна подмигнула ему и улыбнулась.

– Мой партнер по криминалу.

Кейл посмотрел на меня словно ища поддержки.

– В этом он знает толк, – произнесла я засмеявшись слишком громко и Кейл нахмурился, сказав этим «не переигрывай».

Мы выпили весь кофе, съели все синтетические продукты, определились с декорациями, музыкой и нарядами гостей. Эмма хотела, чтобы все были одеты в золотые одежды и обязательно играла живая музыка. Выбор пал на музыкальную группу под названием «Скрипучие петли: все посмеялись, но, в конце концов, не наше это дело.

То, что Эмма серпл во втором поколении добавляло остроты к ее человеческим пристрастиям. Музыкальные группы были еще большей редкостью, чем мануальные краны и мыло в брусках. С современными технологиями хорошие, певучие голоса были у большей части населения и это перестало быть востребованным.

Теперь известные музыканты, как и актеры в кино были не более чем компьютерными персонажами, существующими в другой реальности. Они не требовали зарплаты, работали двадцать четыре часа в сутки, никогда не болели, а у продюсеров не болела голова о том, чтобы выполнить очередной каприз звезды, как это было раньше.

Я видела живой концерт лишь однажды, когда в первом округе местная группа выступала в маленьком пабе, том, что у главных ворот. На меня это не произвело впечатления, казалось, что они выпили все запасы алкоголя и в хмельном бреду стали барабанить по инструментам, выкрикивая все слова подряд, которые имелись у них в лексиконе и пришлись на ум.

Как «живая музыка» будет соответствовать «золотой» свадьбе и шикарному саду в доме родителей Эрика я боялась представить, но, в конце концов, это не мое дело ведь так?

– Платье, – вздохнула она перелистывая тысячную страницу свадебных каталогов.

– Ничего? – устало спросила Анна.

Эмма покачала головой.

– Я хотела, чтобы оно было из белоснежного кружева, с открытой спиной и длинным шлейфом, а куда мне теперь такое? Я похожа на клизму!

Она со злостью закрыла каталог.

– Клизма в кружевах – классное название для музыкальной группы! – Маркус смеялся, Эмма, казалась, готова разрыдаться, а Анна придушить брата силой взгляда, – что?! – спросил он в то время как я давилась хохотом, – я просто пошутил!!

И тут меня осенило.

– Кейл! – воскликнула я, – Диана сохранила, то самое платье, которое она сшила на конкурс дизайнеров в прошлом году?

– Не знаю, – ответил он озадачено. Уверена, он даже не помнил, что это платье когда-то существовало.

– Мне кажется, это как раз то, что нужно.

Я позвонила Диане, удостоверившись, что ее шедевр в первозданном виде. Она создала платье из белого кружева и шифона, вдохновленная греческой мифологией. Оно было собранно у груди золотой лентой и струилось вниз до самого пола. Идеально для Эммы.

– Я вот что подумала, сказала Анна, – для Эммы не безопасно оставаться здесь. Она может пожить у нас, хотя бы до тех пор пока не вернется Эрик!

– Отличная идея, – воскликнул Маркус, – у нас несколько свободных комнат, свежий воздух и охраняемая территория.

– Мне бы не хотелось уезжать отсюда, – слабо возразила Эмма, – и потом, что скажут ваши родители?

– Отец бывает дома несколько раз в месяц, сейчас он в отъезде, мама будет очень рада гостям. И потом, дом огромный, никто тебя не побеспокоит, если ты сама не захочешь.

– Кейт, Кейл? – воскликнула Анна, – Почему вы молчите? Лучшее, что мы можем сделать это обезопасить Эмму и на несколько дней укрыть ее у нас. К тому времени вернется Эрик и мы решим, что делать дальше. Или тебя пугает перспектива провести четыре дня со мной? – обратилась она к Эмме.

– Конечно нет! – ответила она.

– Тогда решено, – Анна встала со стула и, вроде бы, совсем невзначай коснулась плеча Кейла.

Время от времени она бросала мимолетные взгляды на него и в этом момент в ее глазах, что-то вспыхивало, словно маленькие фейерверки. Я могла с уверенностью сказать, что она влюблена в него.

Кейл был насторожен, наблюдал за всеми и почти ничего не говорил, но на Анну он смотрел с интересом – это трудно было не отметить.

Эмма собралась, и мы спустились в паркинг. Я с облегчением подумала, что это лучшее, что мы могли сейчас сделать, чтобы обезопасить ее. Так же хорошо я понимала, что остальным следует держаться подальше от меня, потому что мое чутье подсказывало: охота только началась. Эмма с Анной шли впереди, рядом с ними Маркус, а за ними я и Кейл.

Сегодня был ясный летний день: жаркий и солнечный. На дорогах движение было очень оживленным, и мы медленно продвигаясь следовали за флаем Маркуса. Его волосы светились яркими золотистыми прядками, казалось вбирая в себя весь солнечный свет.

Кейл сел за руль, я рядом, а Эмма и Анна не переставая разговаривали на задних сидениях. Я мельком посмотрела на них и подумала, что никогда не могла найти общий язык с людьми так легко. За несколько дней Анна и Эмма, буквально, стали неразлучны. Резкий контраст между отношением Анны ко мне и к Эмме, отзывался неприятным чувством где-то внутри меня. Неужели все только потому, что я человек?!

Когда флай Маркуса впереди нас миновал четвертый округ и стал подниматься выше, я спросила:

– Вы живете в пятом?

Анна недружелюбно улыбнулась мне. Улыбка вышла надменная и кривая.

– А ты думала, где может находиться дом Маркуса Коула?

Маркуса Коула? Я посмотрела на нее непонимающе.

Я знала, что его фамилия Коул, но никогда не придавала значения и уж тем более не ассоциировала ее с тем самым Маркусом Коулом – миллиардером и владельцем огромной империи.

– Маркус Коул ваш отец? – зачем-то спросила я.

– А ты не знала? – захлопала ресницами Эмма.

– А ты получается знала?! – спросила я.

– Это все нормальные люди знают, – ответила она.

Анна захохотала в голос довольная глупостью высказанной Эммой.

– Ой, – Эмма начала оправдываться, – я имела ввиду, кто интересуется жизнью Обливиона.

– Все в порядке, – я отвернулась от них стараясь игнорировать дальнейшие комментарии Анны. Господи, она только что сказала, что они нормальные люди! Я вздохнула, понимая, что это меня возвращает в прошлое, уже пройденный этап, когда я считала их суррогатами. Стараясь гнать от себя подобные мысли я снова посмотрела на Маркуса и его Chevi imp. Теперь все встало на свои места.

Он младший сын Маркуса Коула – владельца огромной империи! Как я сразу не поняла? Все было у меня, как на ладони. Им принадлежит концерн Chevrolet, именно поэтому у Маркуса был Imp, до того как они поступили в официальную продажу. Коул владел сетью известных отелей и ресторанов. «Луна» тоже принадлежала им.

Ворота пятого округа были похожи на огромный мерцающий портал. Когда мы подлетели совсем близко, я заметила, что его защищало едва различимое силовое поле.

По периметру плелось заграждение из материала похожего на стекло или хрусталь. Солнце преломлялось о его сверкающую поверхность и отбрасывало вверх столбы серебристого света. Зрелище было впечатляющее.

Проезжайте, – жестом показал Маркус. Глайдер Кейла пролетел сквозь ворота, за ним Маркус и я заметила как они снова закрылись.

Эмма обернулась и вздохнула. Вдоль широкой дороги тянулись ряды высоченных пальм, увенчанные фейерверком зеленых веток. Каждые несколько миль влево и вправо уходили маленькие дороги мощеные гладкой светлой плиткой, ведущие к частным резиденциям. Они терялись в зелени, и, только изредка, я выхватывала взглядом часть посадочной площадки, мраморных колонн и фонтанов.

Воздух пах солнцем, свежестью и солью. Сквозь кроны деревьев иногда проглядывало небо, словно кусочки бирюзовой мозаики инкрустированные в зеленое панно. Только, когда мы свернули вправо, проехали немного вглубь, сквозь белые ворота, я увидела, что голубой была водная гладь, расстилающаяся на многие мили впереди, покуда видели глаза.