девушка, поняв, что происходит, забилась в истерике. Она кричала, пыталась броситься к брату, ничего и никого не замечая вокруг. Он же вдруг только улыбнулся ей и прошептал:
— Зато целых две недели мы пожили как нормальные люди. И у тебя останутся обо мне воспоминания, — лицо Шартаза осветилось радостью. Он стремительно старел, но продолжал улыбаться. А по щекам его сестры текли слезы. Она заламывала руки, но больше вслух не произнесла ни слова. Даже не всхлипнула ни разу, широко раскрытыми глазами наблюдая за братом. В этот момент она напоминала статую: скулы заострились, рот приоткрыт в беззвучном крике, широко распахнутые глаза блестят от непролитых слез.
Агенты департамента, затаив дыхание, наблюдали за братом и сестрой. Зрелище поистине ужасное, но завораживающее. Никто не мог нарушить тишины, сдвинуться с места или попросту громко и шумно выдохнуть, пока все не закончилось. Да и потом еще пару минут стояла тишина.
И только когда на полу остался лежать иссохший бездыханный старик, Ганр вызвал службу защистки. В то время, пока упаковывали труп, выносили его из дома, чтобы порталом отправить на исследования, сестра покойного тихо и беззвучно лила слезы. Ее плечи вздрагивали, но она больше не закатывала истерики. Один раз только девушка сорвалась. Когда Шартаза вынесли, она хотела было броситься за ним, громко закричав, но ведьма перехватила ее. И Лианида, вцепившись в Затрину, глядя на нее безумными глазами стала приговаривать:
— Найдите его. Вы ведь отыщете убийцу моего брата? Пообещайте, что найдете эту сволочь. Пообещайте мне… — безумная в своем горе, она трясла ведьму за плечи, требуя с нее обещаний.
— Да. Найдем. Обязательно найдем. Но вы должны нам помочь, рассказать все, что произошло за эти две недели, — едва произнесла Затрина, клацая зубами, так сильно ее трясли.
Лианида мгновенно успокоилась, если это можно так назвать. И быстро-быстро закивала. Отпустила ведьму и сама опустилась в кресло. На миг прикрыла глаза и только после этого ответила:
— Расскажу, все обязательно расскажу.
Все находящиеся в комнате застыли, ожидая рассказа девушки.
Глава 8
Лианида вздохнула, утерла слезы. Выпила принесенной одним из парней воды и только после этого, устремив взгляд в одну точку, начала рассказывать:
— Когда Шартаз вернулся, я так радовалась. К тому же он обещал завязать с воровством и прочими темными делами. Хотя я видела, его что-то угнетает. На разговор брата удалось вызвать только на третий день после возвращения. Да и то он не хотел говорить, но я настояла.
* * *
— Шартаз, что с тобой происходит? Ты совершенно разучился улыбаться. На тебя так тюрьма повлияла? — обняв брата, прошептала Лианида.
— И она тоже. Но меня смущает другое… — и снова юноша замолчал. Он пытался не то вспомнить о чем-то, не то скрыть основную часть правды. Но сестра ему не дала такой возможности.
— Расскажи все. Может, я смогу чем-то помочь? И вдвоем мы быстрее справимся с проблемой, если она существует, — ласково попросила девушка. Шартаз как-то обреченно вздохнул и рассказал, что его беспокоит:
— У нас произошло нечто из ряда вон выходящее. Помнишь, я тебе писал, что лес стал меняться, двоих заключенных нашли мертвыми и полностью иссушенными? Именно с того самого момента и начал гибнуть лес и все, что его окружает, — сестра кивнула, припоминая ту историю. Хотя о ней почти ничего не говорили в новостных показах.
— И какое отношение имеют те двое погибших к твоей хандре? — не поняла Лианида. — Это же было три месяца назад, кажется?
— Да, ты правильно сказала, три месяца назад. Но, знаешь, перед самым моим освобождением произошло еще кое-что… — снова Шартаз замолчал. Или обдумывал мысли, или пытался в деталях вспомнить происходящее.
— Брат, не томи, — попросила Лианида. — Она начала волноваться за парня, шестым чувством страшась одного: он замешан в чем-то нехорошем.
— Совсем недавно один из моих товарищей, безобидный и неозлобленный, как многие, паренек вдруг получил удачу и… начал стареть. Хоть и медленно, но меня это напугало, — слова полились из Шартаза ровно, но беспокойство только усиливалось.
— Его тоже кто-то выпивал? — догадалась девушка, брат кивнул. — И что значит, получил удачу? Такое разве бывает?
— Бывает, — кивнул парень. — Я бы не поверил, если бы сам не стал свидетелем. Но все происходило на моих глазах. И тогда…
— Что? — Лианида начала волноваться не меньше брата. — Что ты натворил? — обреченно застонала она.
— Я видел, как однажды он достал камни. И не смог удержаться. Я украл их. И, знаешь, как только они оказались у меня, все пошло по-другому. Меня освободили на год раньше срока, как раз вместе с теми, кто должен был выйти на свободу. Мы с тобой смогли купить этот дом по дешевке, ты еще удивлялась данному факту. Мне предложили отличную работу.
Да, все происходило именно так. Лианида стала волноваться вместе с братом. Присматривалась к нему, изучала. Каждый вечер возвращалась домой и интересовалась новостями. А недавно, пару-тройку дней назад она заметила изменения, причем кардинальные. Девушка перепугалась, разнервничалась, начала тормошить брата на предмет происходящего. Он оказался разбитым и удрученным. Вчера он сам вызвал ее на разговор, видимо, полностью осознав, к чему все идет.
— Лианида, это конец. Все в точности так, как происходило с Хэйтом. Мне страшно. Процесс необратим. Две недели мы с тобой купались в везении. Ничего не происходило. А потом, когда я достал камешки, чтобы поблагодарить их за нашу удачу, явился он. Тот, кто освобождался вместе со мной.
— А кто он? И зачем к тебе вообще явился? Поэтому ты был сам не свой, когда я вернулась с работы? — потрясенно застыла Лианида.
— Да, поэтому. Он сначала вытащил другие камни, они были великолепны, я таких никогда не видел, но он вдруг сказал странную фразу, что камни принадлежат ему, и я должен их вернуть. Я не сразу понял, о чем он говорил. Ведь те, которые украл я, были совсем другие: не такие яркие, не такой правильной формы. Просто две симпатичные стекляшки. Я никак не мог понять, о чем он говорит. И мне пояснили…
— Пояснили что? — немного запуталась в объяснениях Лианида. У нее голова шла кругом. То те камни, то не те. И как они вдруг изменились?
— Пока камни работают наполовину, они не принимают свою истинную форму. К тому же их иногда нужно кормить. Этого я вообще не понял. А он вдруг заулыбался и предложил: если хочу и дальше ловить Фортуну за хвост, должен согласиться на сделку. Я отказался, хотя и камни отдавать тоже не хотел. Особенно,
