изящен. Летать на таком я не стала бы… Но я должна была осмотреть его снаружи и изнутри. Множество лишних помещений, но стоит поработать полгода — и это будет лучший корабль империи.
С самого начала, когда империя только вышла в космос, основным источником энергии для звездолётов служили энергии — как внешние, так и внутренние. Насколько мне известно, только Айрен удалось построить корабль, который работ бы на внутреннем ресурсе экипажа, и для пилотирования требовались менталы исключительной мощи. Полёты иссушали их настолько, что сегодня этот метод кажется нам бесчеловечным. Другой тип кораблей, построенный под патронажем дома Магдаро, использовал внешние энергии и потому мог перемещаться стабильно практически бесконечное количество времени — иссушая один регион космоса, он попросту перемещался в другой. Однако оба метода были ограничены необходимостью искать так называемые «Ветра» — аномалии, которые позволяли кораблям выходить в подпространство без специального оборудования. Ветра были опасным и долгим способом перемещения, они позволяли исследовать только те планеты, которые находились вблизи аномалий.
С тех пор минуло много лет и давно уже найден способ открытия ворот в гиперпространство, но в большинстве своём конструкции эти настолько громоздки, что для активации туннеля приходится строить специализированные спутники. Большинству кораблей не хватает грузоподъёмности, чтобы нести подобную махину на борту. Исключение — как обычно, корабли Ордена, да и то исключительно небольшие, не требующие больших воронок.
Моя мечта — построить корабль крупного класса, способный преодолеть это ограничение.
На сегодняшний день не только «Ветра» отошли в прошлое, но и сама идея использования внешних или внутренних энергий для разгона корабля. В большинстве случаев используются самые обычные фотонные или ионные двигатели и такое же технотронное оружие. Именно это сделало кораблестроение не только доступным для старта, но и крайне прибыльным бизнесом для таких семей, как Мело. Аркан включился в освоение космоса на заре звездоплаванья, все корабли, построенные домом, до сих пор работают на ментальной тяге. Полагаю, не отличается ситуация и в домах тёмной дуги. Насколько мне известно, единственной из великих семей, освоивших новый тип кораблестроения, остаётся Фэроу. Но даже для них это составляет проблему, потому что новые двигатели требуют совсем других шахт и рудников для добычи топлива. По большей части планеты с этим типом ресурсов с самого начала не интересовали первооткрывателей из великих домов, и они не сообразили застолбить их за собой.
Последующие волны колонизации сделали то, чего не смогли и не захотели делать пионеры. И вот результат — здесь, на станции Мело, можно увидеть такую технику, которая нашим аристократам даже не снилась.
День 4
Как я не старалась сосредоточиться на переводе, мысли о Рейвене не давали мне покоя.
Вот уже больше трёх часов я сидела над единственной страницей «Книги звёзд». Сама книга написана на древнем, полузабытом языке саус, а катраны подразумевают слишком много метафор, чтобы уложить их в тот же объём. Писать же многотомные комментарии, которые не сможет прочитать никто, кроме такого же фанатика, как я, мне не хочется. Это всегда составляет проблему. Но мне всё равно нравится эта работа. Образы «Книги» зачаровывают меня, позволяют задуматься о многом, что лежит за границей чувственного восприятия.
Обычно процесс доставляет мне не меньшее удовольствие, чем результат, но в то утро я совсем не думала о том, что читаю. Только о разговоре, который состоялся накануне между мной и Рейвеном. И о том, что я буду делать, если он в самом деле не сможет прийти завтра к Фэроу?
В конце концов я не выдержала и набрала номер секретаря.
— Пожалуйста, составьте мне сводку ближайших светских мероприятий Тёмной дуг.
Когда ответ отразился на экране моего монитора, сердце ухнуло и на мгновение остановилось. «Сегодня», — билось в голове. Я боялась поверить, что увижу его так скоро. И к тому же, понятия не имела, что ему скажу.
…Свинцовые волны бьются о скалы… Этот маленький город навевает тоску. Кажется, жизнь здесь остановилась. Уйдёшь — и люди замрут выключенными куклами в своих доисторических лавках, на углах полу рассыпавшихся каменных домов. Два часа в горы пешком — или в полтора раза меньше, если взять рикшу. Никогда не ездила с рикшами, это… дико. Но идти пешком по горной пыли в белой — будь проклят этикет — традиционной мантии до земли — ещё безумнее. А флаеры здесь не летают — силовое поле. Многие старые семьи предпочитают поддерживать в своих резиденциях традиционную атмосферу, но Тао в своём высокомерии переплюнули даже Эмбер. Даже Аркан. Даже тебя.
В этой усадьбе нет электричества. Нет отопления. Нет доступа в сеть. Залы, не столь огромные, как во дворцах Нимеи, поражают воображение скорее богатством убранства, нежели изысканностью. Нет, это место непохоже на моего Тао… Того Тао, которого я встретила во втором круге — поправила я себя.
Всю дорогу от пристани я задавала себе два вопроса. Первый, наверное, очевиден. Что я здесь делаю? Никто не присылал мне приглашения на Звёздный Вечер. Я, конечно, не сомневаюсь, что они не осмелятся отказать мне в приёме, тем более, сейчас я представляю власть Императрицы. Представительница Владычицы… Нет, я уже знала, что принципы не позволят мне назваться так. Авроре нет дела до Вечера Звёзд, иначе я узнала бы о нём от твоего секретаря, а не от Рейвена Тао. И то, что мне показалась хорошей идея посетить эту полурелигиозную церемонию, не должно коснуться репутации императорского дома.
Но тогда кто я? Каратель специального отряда Ордена? Не самая лучшая рекомендация даже в домах светлой дуги. По всему выходило, что я просто Инэрис, с сомнительным правом приставить к этому имени фамилию Магдаро. Когда мысли эти измучили меня вконец, я остановилась и коснулась пальцами браслета. Слава звёздам, он здесь работал.
Набрать номер было непросто. Мы с сестрой никогда не ладили. Меня раздражало в ней всё — от манеры говорить, до манеры вести дела. Наверное, точно так же раздражала её я. Если бы не заверения Авроры, я бы вовсе решила, то мы с ней — просто случайные соседки по выброшенной корзине. Какие родители могли произвести на свет столь непохожих детей?
Откровенно говоря, вопрос моего происхождения всегда заботил меня только в контексте отношений с Элеонор. Я твёрдо знала с самого детства, что отец — не тот, кто породил, а тот, кто воспитал. И хотя я не решилась бы применить к Авроре слово «мать», но она определённо была самым близким мне человеком и единственным, кому я по-настоящему могла
