сомнений. Или неуверенности. Ни в отношении его, ни в отношении их. Но с пульсом, бьющимся в члене, который не мог стать ещё сильнее, он решил показать ей это, а не обсуждать.
Если понадобится, они смогут поговорить позже. Или нет. Он намеревался выбить из неё всю неуверенность.
Он замер на коленях с презервативом в руке. Его член плакал, требуя удовлетворения. Но подушка всё ещё была между ними, как барьер.
— Мерри? — в этом слове был заключён его вопрос. Она всё ещё хотела его? Или момент прошёл?
Она подняла брови, отбросив подушку в сторону.
— Чего ты ждешь?
— О, слава Богу, — он выдохнул и надел презерватив.
Опираясь руками на её согнутые колени и держа член у её входа, он низко наклонился и поцеловал эту удивительную женщину, с которой ему посчастливилось познакомиться при самых безумных обстоятельствах. Он был так счастлив, что она появилась в его жизни.
И он не мог больше ждать, чтобы овладеть ею полностью.
Он издал низкий стон, входя в её тело и задерживаясь там. Он был слишком возбуждён.
И уже готов был взорваться, когда её тело сжимало его пальцы, и она кончала от его языка. Ещё больше его возбуждали планы того, что они будут делать вместе на этой большой кровати. А может быть, и в душе. А ещё лучше — в мыльной ванне. Сегодня вечером. Завтра. На следующий день.
Он снова застонал ей в губы и стал любить её языком, пока не смог уговорить свой член не кончать, не начав.
Но, чёрт возьми, единственное, о чём он мог думать, это о том, как она будет чувствовать себя, кончая с его членом глубоко внутри.
Она скользнула руками вниз по его спине, до самой задницы, где крепко обхватила его и потянула в себя ещё глубже.
Чёрт. Если он кончит через двадцать секунд, как грёбаный подросток, им придётся повторить всё сначала.
Он двинулся глубже, достигнув предела в скользком жаре Мерри, а затем отстранился и задал амбициозный темп. Если ему и предстояло позорно быстро кончить, то, по крайней мере, он собирался сделать это с энтузиазмом.
Его руки дрожали, а голова повисла, когда он замер над ней. Зажмурившись, он чувствовал, что это происходит. Покалывание в позвоночнике, доходящее до яиц. Точка невозврата.
Нет. Пожалуйста. Не сейчас. Он безмолвно умолял своё тело подождать, но он был уже слишком далеко. Да и член редко слушал его голову.
Уткнувшись лицом в подушку рядом с головой Мерри, он ещё раз глубоко вошёл в неё и кончил. Дрожь пробежала по всему телу, когда он наполнил презерватив.
Он так и остался лежать, развалившись на Мерри, всё ещё погруженный в неё, его голова была рядом с её головой, пока дыхание обоих не стало нормальным.
— Прости меня, — сказал он в подушку.
— За что? — спросила она.
— Обычно я не такой быстрый. Клянусь, — он поднял голову, чтобы посмотреть на неё, но не стал выходить. Ему было слишком приятно наконец-то оказаться внутри неё, даже сейчас.
— Наверное, это было примерно так же долго, как раньше с Джеффом, так что не волнуйся об этом, — она улыбнулась ему, дав понять, что знала, что мучало его, и наслаждалась этим.
Его глаза прищурились, и он, наконец, вытащил свой член.
Затем направился в ванную через открытую дверь, мысленно прикинув план действий на эту ночь, пока срывал презерватив и выбрасывал его в мусорное ведро.
Сначала они займутся этим снова. Немедленно. И он прекрасно знал, что во второй раз это будет длиться вечно. Так что она ещё пожалеет о своём замечании.
А потом, после того, как она придет в себя, он наполнит ванну и посмотрит, как она отнесётся ко всем тем непотребствам, что у него на уме, и которые он сделает с ней в ванной.
Джефф. Ха!
Он заставит её пожалеть об этом — и под пожалеть он имел в виду заставить её кончать до тех пор, пока она не сможет больше кончать.
Когда он вышел из ванной, она сказала.
— Прости. Я не должна была дразниться. Ты сердишься?
— Я? Злюсь? Нет. Я не злюсь, милая. Я отомщу, — он улыбнулся, потянувшись за вторым из четырёх презервативов, которые он предусмотрительно захватил с собой на всякий случай.
Её глаза расширились, когда она, сидя прямо у изголовья, смотрела, как он разрывал упаковку.
Он встретил её взгляд.
— Что? Ты думала, что мы закончили? Мы даже не приблизились к этому, малышка. Совсем.
Забравшись на матрас, он схватил её за лодыжки и потянул. Она вскрикнула, когда он потянул её, пока она не оказалась на спине. Обхватив её колени руками, он медленно вошел в неё, наслаждаясь каждым сантиметром и не опасаясь, что всё закончится слишком быстро.
Он попал в то место, которое показалось ему особенно приятным. Благодаря углу наклона она ощущалась очень тугой. Он вышел и снова вошёл, чтобы почувствовать специфическое трение, которое обеспечивал этот угол проникновения.
Идеально. Он мог бы провести так долгое время. Собственно, он так и сделает, подумал он, снова попав в эту точку.
Мерри задохнулась.
— Ты в порядке? — спросил он, переведя взгляд на её лицо.
Когда она открыла глаза, он увидел, что они расфокусированы. Её щеки были розовыми. Дыхание было неглубоким и учащённым.
Он снова вошёл, и её глаза закрылись.
— Тебе нравится?
Это был скорее комментарий, чем вопрос, поскольку ответ был чертовски очевиден.
— М-м-м…
Он смочил большой палец и нащупал её клитор, стимулируя его и одновременно попадая членом в нужную точку. Это вызвало у неё стон, а у него — улыбку.
Теперь, делая все всерьёз, он почувствовал приближение её оргазма, возможно, раньше, чем она сама. Её мышцы напряглись, и она плотно обхватила его член.
Он вошел в неё глубже, потом ещё глубже, не желая упускать возможности быть полностью погруженным в неё, когда она упадет через край.
Она издала звук, который заставил его подумать, что ей нравится, когда он полностью заполняет её. Он остался там, глубоко внутри, вращая бедрами, чтобы создать изысканное трение для них обоих.
Это всё, что требовалось.
Мерри прижалась к нему, обхватив его руками и ногами, и стала двигаться под ним, доводя себя до оргазма. От этого ощущения у него открылся рот и закрылись глаза, он впитывал и запоминал каждое ощущение.
Он прокатился на волне вместе с ней до самого конца. А затем наслаждался пульсацией послеоргазменных толчков, которые ласкали его член, пока она продолжала содрогаться.
— Потрясающе, — только и сказал
