Читаем без скачивания Судьба боится храбрых - Андрей Имранов

Тим сглотнул.

- Годзилла, - начал он неуверенно. Танар-ри издал короткий шипящий звук и быстро, очень быстро повернулся к Тиму.

- Мое имя Каравэра, - сообщил он странно изменившимся хрипло шипящим голосом, - надейся, что оно тебе не понадобится.

Конечности пришли в движение, потянувшись к замершему мальчику. Тим закрыл глаза.

- Я сохраню тебе жизнь, - услышал он голос и открыл глаза. Годзилла (точнее, Каравэра) уже спрятал большинство своих лап, оставив только две, и сейчас чертил ими что-то прямо на земле.

- Ты же обещал его не убивать, - пробормотал Тим, стараясь не глядеть на растерзанные остатки мага.

- Это неважно, - отозвался танар-ри, не прекращая работы. Тим огляделся и вдруг увидел в кустах, совсем рядом с собой, металлически поблескивающий бок 'тарелки'. Каравэра был метрах в десяти от него и был он весь поглощен своим занятием... вряд ли он стал быстрее, когда обрел разум... и вряд ли он успеет. Как там надо? По часовой? Тим вздохнул.

- Каравэра, - сказал он, - ты тарелку уронил.

Танар-ри оторвался от своей работы и повернулся к Тиму.

- Почему ты не попытался подчинить меня? - спросил он. Тим вздохнул, пожал плечами и промолчал.

- Ты понял, что применив таэс ко мне, ты получаешь надо мной неограниченную власть?

- Да, - сказал Тим, - в первый же день. Я сказал тебе, чтобы ты меня охранял, пока я спал. А потом сказал, чтобы делал, что хочешь.

- Я помню, - сказал Каравэра, - почему ты не воспользовался своей властью? Это могло тебе помочь быстро достичь цели. В этом мире не так много людей, способных противостоять танар-ри даже в изначальной форме.

- Ну, - сказал Тим, пожимая плечами и вороша словарный запас, - так не делается. Не по-дружески это, понимаешь. Ты же вот ко мне эту тарелку не применял...

Часть фразы пришлось произнести по-русски, потому что искомого слова в местном языке так и не нашлось.

- Применял, - Каравэра издал длинный сосущий звук, - в первый день. Я не догадался заставить мага сделать отдельный таэс для людей. А когда я понял, что тот таэс, что есть у меня, не действует на людей, было поздно - маг был уже мертв.

'Вот новость', - подумал Тим с запоздалым испугом, - 'а если бы оно на мне сработало... ни хрена себе'.

- Что значит 'подружески', - поинтересовался Каравэра.

- Значит, что друзья так не поступают. Друг - это когда ты делаешь ему что-то, а он не становится тебе должен, понимаешь? И наоборот. А если и становится, то это даже не долг, ну, этот долг - он не неприятный, как обычный долг.

- Я понял, - сказал Каравэра, возвращаясь к своему занятию, - рекомендую тебе не считать меня своим друг.

- Почему? - огорчился Тим.

- Это небезопасно, - сказал Каравэра, приседая и издавая уже знакомый Тиму пронзительный свист. На земле коротко вспыхнул сложный узор, вспыхнул и погас, зато над ним резко и неожиданно возникло пятно чернильного мрака с неровными краями. Тим прерывисто вздохнул.

Каравэра шагнул к черному пятну.

- Постой, - сказал Тим. Танар-ри зашипел и развернулся, растопыривая лапы.

- Ты тоже не можешь отправить меня домой? - спросил Тим.

Каравэра помолчал, потом сложил конечности.

- Где твой дом? - спросил он.

Тим недоуменно огляделся, потом поднял взгляд к небу, словно надеясь увидеть там ответ. Опустил голову и сказал тихонько:

- Не знаю.

- Тогда не могу, - сказал Каравера, плавно развернулся и шагнул в черное пятно. Секунду еще виднелся подергивающийся хвост, потом исчез и он. Тим с интересом посмотрел на пятно. Может, прыгнуть следом? Уж, наверное, хуже, чем здесь, не будет. Ну и что, что там такие чудища водятся? Оно, по крайней мере, было единственным существом, с которым можно было общаться по-человечески. Тим сделал шаг к пятну, но тут в нем появился бугристый красный конус.

- Каравэра? - осторожно спросил Тим, пятясь назад.

Из пятна, из-за спины танар-ри, вылетели два светящихся оранжевых мяча и повисли в воздухе.

- Это йельмы, - сказал низкий хриплый голос, - они неразумны, но они способны выполнять команды, и привязаны к своему хозяину. Теперь ты их хозяин. Возможно, они помогут тебе достичь твоей цели.

Каравэра издал утробно-рычащий звук, отодвинулся назад и пропал в черном пятне. Почти сразу же с легким хлопком пропало и само пятно. Шары дернулись, издали серию потрескиваний, покрутились в воздухе над выцарапанным в земле узором, потом подлетели к Тиму и замерли перед ним на высоте метра.

- Йельмы, значит, - сказал Тим, оглядывая свое приобретение, - и что вы, интересно, умеете?

Шары остались недвижимы и безмолвны. Но какое-то ощущение от них шло - как от потерявших хозяина тоскующих собак.

- У вас хоть имена-то есть? - спросил Тим, - давай вот ты, слева, будешь Шарик. Неоригинально, зато соответствует. А ты, второй, - Рекс. Годится? Тогда пошли за мной.

Тим подошел к нацарапанному на земле узору, постоял над ним, потом бросил:

- Прощай, друг, - повернулся и побрел к дороге. Шары, повисев в воздухе пару секунд, двинулись за ним.

Глава 10

В Сейес Тим возвращаться не рискнул. Он понимал, что страхи его, скорее всего, беспочвенны, что никто не заметил пропажи мага, и, скорее всего, не заметит еще пару дней. Да и когда заметят - не факт, что так уж прямо сразу и догадаются, что с ним случилось. Так что в Сейес идти можно было смело, более того, можно было так же смело завалиться в опустевшую конторку мертвого мага и поискать там чего-нибудь полезного. Понятно, что ничего из его магических штучек он использовать не сможет, но там вполне могла найтись какая-нибудь запасная одежка местного фасона и подходящая обувь. Спички... или что-нибудь вроде них - тоже бы не помешали - в лесу-то. Плюс ножик там какой-нибудь, а то и меч - ну и что, что Тим его едва-едва держать правильно научился - с оружием оно все равно намного увереннее себя чувствуешь, чем без него.

Все это Тим понимал отлично, но не осмелился даже на пригорок подняться, более того, прочь от города он пошел хоть и рядом с дорогой, но по лесу. Ему все казалось, что неведомые правоохранительные органы городка уже давно знают о смерти одного из горожан и давно направили группы захвата на поимку преступника. Отшагав лана полтора, Тим остановился на привал и принялся разбираться с неожиданным подарком - шары всю дорогу бесшумно летели за ним на расстоянии пяти-семи шагов, ничем особенным себя не проявляя. Первым его открытием оказалось то, что шары запомнили свои имена и охотно на них отзываются - когда Тим поднял руку к висящим в сторонке шарам и сказал по-русски:

- Рекс, ко мне! - один из шаров издал короткий шипящий звук, потом быстро подлетел к Тиму и замер в полуметре от него, распространяя заметный, даже в местном прогретом воздухе, жар. Тим осторожно протянул к нему руку, но коснуться не решился - уже сантиметрах в двадцати от переливающейся поверхности (кожи?) йельма жар становился совершенно невыносимым - как на таком же расстоянии от хорошего костра. 'Мда', - подумал Тим с некоторым разочарованием, быстро убирая руку, - 'погладить его, пожалуй, не удастся'. Но тут у него мелькнула другая мысль, быстро заменившая разочарование надеждой, - 'если он и вправду такой горячий, то... как насчет костер зажечь?'. Указал рукой в сторону ближайшей кроны и сказал убедительным голосом, очень надеясь на успех, но, в то же время, не особо на него рассчитывая:

- Рекс, зажги вот это дерево.

И еле успел отшатнуться, отвернуть лицо - ревущее пламя охватило все дерево разом, от мощного ствола до самой верхушки. Затрещали, сворачиваясь от жара, волосы. Тим, пятясь назад сквозь кусты и обжигая легкие при каждом вздохе, орал не своим голосом:

- Потуши, хватит! Рекс - туши! - но то ли Рекс его не слышал, то ли не хотел тушить, то ли не мог - полыхало по-прежнему. Тим отодвинулся на безопасное расстояние, обхлопал ладонями тлеющие джинсы, ощупал голову, убедившись, что волосы обгорели не полностью, и поднял взгляд. Дерево догорало - от многометрового исполина остался только багрово светящийся изнутри обгрызенный остов высотой едва с человеческий рост, да и тот быстро уменьшался в размерах.

- Ё! - сказал Тим, машинально почесав кончик носа, - я вообще-то, не это имел в виду.

Багровое свечение угасло - черный полутораметровый пень постоял несколько секунд, потом, с легким шорохом, осыпался кучей пепла. Над большой выжженной проплешиной лениво поднимались струйки белесого дыма, и больше ничто не напоминало о том, что тут буквально минуту назад стояло громадное дерево.

- Хм, - сказал Тим, пристально глядя на Рекса - они тут сами так быстро горят, или это ты постарался?

Рекс ничего не ответил, только подпрыгнул пару раз, потом быстро сделал два круга над пепелищем и снова замер на месте, легонько пульсируя. Тиму явственно почудились идущие от шара флюиды удовольствия.

- Ну ты даешь, - сказал Тим, невольно улыбнувшись, - хороший песик!

'Песик' снова издал короткое шипение, потом резко увеличился в размерах, став раза в три толще и по поверхности его загуляли язычки пламени, сделав йельма похожим на миниатюрную модель солнца.