Друзья удивлённо переглянулись и отложили в сторону учебники и пергаменты. Джинни сейчас сказала нечто настолько невероятное, что впору было заподозрить её в невменяемости. Снейп? Снейп способен кого-то похвалить? Причём не за реальные заслуги, а за явную халтуру?! Но ведь это невозможно! Такого не может случиться в принципе! Может быть Джинни что-то напутала?
Первым пришёл в себя Гарри:
— Ты уверена, что это не сплетни? Разве такое вообще возможно?
— Уверена, — кивнула Джинни, придвигая стул к дивану, на котором сидела троица. — Весь Райвенкло только об этом и говорит.
— Может быть кто-то хочет навредить Лавгуд и распускает такие слухи? — это пришла в себя Гермиона.
— Если бы, — вздохнула Джинни. — Весь четвёртый курс Равенкло подтверждает это. Они и сами все в шоке. Думают, что Лавгуд стучит Снейпу на студентов. Хотя, некоторые считают, что она подмешала Снейпу Амортенцию.
— Чушь какая, — раздражённо дёрнула плечом Гермиона. — Я имею в виду Амортенцию. А насчёт «стучит»… Нет, я не представляю, чтобы Луна была способна на это. Она, конечно, странная, и в голове у неё полный бардак, но она не подлая. И вон как нам помогает.
— А если всё это для отвода глаз? — заговорил молчавший доселе Рон. — Если она специально делает вид, что верит Гарри, а сама рассказывает Снейпу обо всём, что у нас происходит? А тот потом докладывает Амбридж…
— Снейп — не дурак, — подал голос Гарри. — Он не стал бы так явно «засвечивать» Луну, если бы она была его агентом.
— Вот именно, — поддакнула Гермиона. — Тут что-то не то.
— Но что? — это уже спросила Джинни.
— Не знаю, — ответила Гермиона. — Но считаю, что нам нужно поговорить с самой Лавгуд. И послушать, что она думает по этому поводу.
— Правильно, — согласился Гарри. — Завтра же поговорим.
На следующий день Гарри догнал Луну после обеда на выходе из Большого зала.
— Надо поговорить, — сказал он, подстраиваясь под её медленный шаг. Луна всегда ходила с таким видом, будто вот-вот уснёт. Гарри не хотелось, чтобы вся школа видела, как он медленно бредёт рядом с Лавгуд, будто прогуливается с ней. — После уроков приходи на шестой этаж. Тот поворот коридора… Ну, ты знаешь.
— Хорошо, — кивнула Луна, к досаде Гарри ещё больше замедляя шаг.
Он решил не задерживаться более и, обогнав Луну, направился к выходу. Но было уже поздно — в дверях маячил Малфой со своими неизменными прихвостнями — Крэббом и Гойлом.
— Как трогательно, — прогнусавил он, растягивая слова. — Наш герой назначает свидание своей даме сердца. Причём пытается сделать это незаметно, чтобы не выглядеть идиотом в глазах окружающих.
По бледным губам Малфоя бродила ласково-презрительная ухмылка, глаза смотрели издевательски-насмешливо. Гарри попытался молча пройти мимо него, но у него ничего не получилось — телохранители Малфоя загораживали весь проход. А тот продолжал всё тем же тягуче-презрительным тоном:
— Поттер, не бойся. Можешь не прятаться — все и так видят, что ты идиот. Парочка сумасшедших — что может быть умилительней? Обнять и плакать…
— Всё сказал? — подал из-за спины Гарри голос Рон, подошедший с Гермионой к затору, образовавшемуся в дверях Большого зала. — Тогда пошёл вон с дороги. Тоже мне, староста! Загородил своими шкафами весь проход, — он насмешливо кивнул в сторону набычившихся Крэбба и Гойла, — а людям невозможно свободно из Зала выйти.
Малфой хотел что-то ответить, но, заметив приближающуюся к толпе в дверях МакГонагалл, скорчил презрительную гримасу и покинул зал, сопровождаемый Крэббом и Гойлом.
Луна стояла в стороне, не вмешиваясь. Что-то в последнее время её стали часто «сватать» — то с Гарри, то со Снейпом… Неужели внешне действительно похоже, что она влюбилась? Нужно будет последить за собой, за выражением своего лица и за своими словами. Может и вправду она выдаёт себя чем-то, что незаметно ей самой, но что прекрасно видят окружающие?
Гриффиндорская троица ушла вперёд, не обращая более на Луну никакого внимания. А Луна медленно побрела на трансфигурацию, размышляя о том, почему же всё-таки столько людей считают её влюблённой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Предстоящий разговор её мало волновал. Она знала, о чём пойдёт речь. Конечно же, о Снейпе и о причинах его к ней хорошего отношения. Луна решила держаться той же версии, которую она «выдала» Джессике. Версия базировалась на реальных событиях и выглядела вполне правдоподобно. Во всяком случае, Луна считала, что её вполне хватит для собственного оправдания.
После уроков, придя на шестой этаж, Луна застала там всех троих. Без долгий предисловий Гарри приступил к делу:
— Послушай, Луна. Это правда, что Снейп завышает тебе оценки и хвалит за то, за что всех остальных готов закопать живьём?
— Ага, — невозмутимо ответила Луна, глядя ему прямо в глаза. — И что по этому поводу говорят — тоже знаю.
— А что говорят по этому поводу? — пытливо уставилась на неё Гермиона.
— Что я «стучу» Снейпу, докладываю ему всё про вас, — сонным голосом произнесла Луна.
— А ты не стучишь? — это встрял Рон.
— Конечно нет, — Луна пожала плечами. Её невозмутимость сбивала друзей с толку. Каждый из них на её месте волновался бы и горячился, стараясь доказать свою невиновность. А эта смотрит спокойно своими выпученными глазами и, кажется, вовсе не переживает из-за предъявленных ей обвинений.
— Тогда почему он к тебе так относится? — Гарри задал главный вопрос, интересовавший всех. Как раз в этот момент к ним подошла Джинни, и четыре пары глаз пытливо уставились на Луну.
Та пожала плечами и заговорила так же сонно, как и раньше.
— Я не могу точно сказать, что у Снейпа в голове и почему он так относится ко мне. Но могу предположить…
— Ну давай уже свои предположения! — нетерпеливо воскликнул Рон.
Луна медленно перевела на него взгляд и заговорила, глядя ему прямо в глаза:
— В начале учебного года я была у него на отработке вместе с Лонгботтомом. Он тогда варил какое-то зелье для себя. Кажется, у него что-то пошло не так, потому что он заставил меня бросить всё и срочно нарезать ему драконью печень. Чем всё закончилось, я не знаю, потому что он выгнал нас с Невиллом за дверь. Но думаю, что зелье у него не удалось, и он решил, что в этом виновата я. Потому что он высказал мне своё недовольство тем, как я нарезала эту проклятую печень, — тут уж Луна откровенно врала, причём сама не понимая, как это у неё получается. Но ложь выходила у неё легко и вдохновенно, совсем не так, как тогда, когда пришлось соврать папе. Она и сама не ожидала, что её так «понесёт». — Потом он придирался ко мне на уроках, а когда увидел, что меня это не задевает, стал откровенно игнорировать. Как будто меня не было вовсе. Чтобы его задобрить, мы с папой решили прислать ему в подарок на Рождество рог морщерогого кизляка. Только вы не говорите, пожалуйста, об этом никому, — Луна просительно обвела глазами друзей. Те, недоумённо переглядываясь, пообещали держать этот странный факт в тайне. А Луна продолжила:
— Только это оказался рог не кизляка, а взрывопотама. И Снейп совсем взбесился. Вот после этого он и стал меня хвалить и завышать оценки, — обречённо вздохнула Луна. — Наверное, хочет поссорить меня с вами. Чтобы вы думали, будто я докладываю ему всё про вас. Мстит за пережитый страх.
Луна обвела друзей виноватым взглядом и вдруг заметила, что они едва сдерживают смех. Первым не выдержал Рон и зашёлся громким неудержимым хохотом. За ним прыснула Джинни. Гарри с Гермионой продержались недолго и тоже разразились дружным радостным ржанием. Луна недоумённо посмотрела на задыхающуюся от смеха четвёрку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вы чего? — непонимающе спросила она.
Заметив её серьёзность и искренне недоумение, друзья, которым героическими усилиями удалось успокоиться, вновь расхохотались.
— Ой, не могу, — с трудом выдохнул Рон, вытирая катящиеся по щекам слёзы, — представляю его лицо, когда он получил… рог… взрыво… ха-ха-ха… взрыво… п-п-потама… — наконец-то смог выдавить он.
